Аптекарь - Дмитрий Чайка

пахнуть закат. Я разлил жидкость по пузырькам, а один залихватски забросил в себя и выпучил глаза от мерзкого вкуса. Чистый спирт, свежий навоз и тухлое мясо смешались в этом волшебном напитке. Но я мужественно проглотил его, положил ладонь на стол и варварски вскрыл одноразовый шприц, не заплатив за него. Трень! Это я поставил секундомер.

Укол. Еще укол. И еще. Я чувствую давление, а не боль. Возьму нож. Нажим посильнее, держит. А если порезать? А если порезать, то остается только слабая царапина, но кровь не выступает. А если взять обсидиановый алхимический нож? А вот с этим дело пошло. При нажиме на ладони выступила крошечная капля крови. Очень надеюсь, что Лилит не станет брать с собой обсидиановый клинок. У нее и без того когти такие, что любой нож заменят.

— Пять минут, сорок шесть секунд, — остановил я секундомер, когда после укола иглой ощутил боль. — Неплохо. Итак! Что мы имеем? «Медвежья сила» действует больше часа, а «Быстрая жизнь» полторы минуты. Рота бежит ровно с той скоростью, с какой бежит самый последний из ее солдат. А это значит, что все нужно будет делать быстро, чтобы никто не догадался.

Я закрыл аптеку, рывком опустил рольставни и пошел на берег, наслаждаясь летним вечером. Жара уже ушла, а легкий ветерок с реки приносил приятную прохладу и свежесть. И тухлятиной сегодня не пахло, что не могло не радовать. Видимо, раки, санитары речки, все-таки справились со своей задачей и утилизировали туши цапель-кровососов, которых отправили в последнее плавание пули и заклинания магов.

— Мужик, рака возьмешь? — какой-то гоблин протягивал мне членистоногое размером с лангуста и радостно щерился. Я почесал левое предплечье, где запульсировал подарок Бабая и внимательно всмотрелся в бессильно щелкающее огромными клешнями животное. Оно сияло ровным магическим светом, ласковым и успокаивающим. Неудивительно, на такой-то диете.

— Сегодня не возьму, — покачал я головой. — В понедельник после обеда приноси в аптеку на Баррикадной. Я на работе буду.

— Не, не приду, тебя завтра грохнут, — рассудительно ответил гоблин. — Ты же с Лилит дерешься. Ставки один к пятидесяти принимают. Сегодня рака бери! Тебе все равно деньги теперь без надобности.

— Вот урод! — расстроился я и пошел домой. Речная свежесть меня уже не радовала.

Около дома меня ждал кипящий котел из жильцов. Еще одна Урса с московскими номерами стояла у ворот, а собрание актива грозило перейти в потасовку. Жильцы не могли определиться, куда пойдут деньги после раздела наследства очередной бригады незадачливых киллеров.

— Кровлю перекрыть! — ревели одни.

— Лифт нужно заменить! — орали другие. — Нам пох ваша крыша! Мы на нижних этажах живем!

— Детскую площадку хотим! — вопили Эльза со Штырем. — Хоть куда-нибудь спиногрызов из дому выгнать! Скоро вздернемся нах!

— Фонтан желаем йопта! — требовали четвертые. — Чё как лохи без фонтана живем?

Высокое собрание заметило меня и замолкло. Жадные взоры людей и нелюдей обратились в мою сторону, а дядя Ганс, интеллигентно откашлявшись, спросил.

— Слушай, Вольт, тут такое дело. Народ договориться никак не может. Ты у нас держатель контрольного пакета, так сказать. Это ведь тебя валить приезжали. Значит, тебе и решать. Куда бабло потратим?

— Сначала кровлю перекрыть, — сказал я. — Потом лифт, а если останется, то детскую площадку сделаем. Без фонтана обойдетесь. Не баре!

— У-у-у, жмот! — заныли соседи. — Фонтан для людей зажал. Мы, может, о том фонтане с детства мечтали!

— Мы вот к тебе со всем уважением, Вольт, — с надеждой в глазах высказала общее мнение гоблинша Маруся из девяносто четвертой. — И подъезд помыли после сегодняшнего, и перцем от собак посыпали, и даже тела за домом прикопали. Все, как ты велел. Так вот, у народа к тебе просьба имеется. Может, ты еще где-нибудь так же круто повыёбываешься? Глянь, какая от этого прибыль всему обсчеству. И ты себе самооценку поднимешь, и ТСЖ наше ремонт в доме сделает. А то ведь, как босяки последние живем. Перед людьми стыдно!

— У меня завтра бой насмерть, — развел я руками. — Так что не обещаю. Если кто приедет по мою душу, стреляйте без разговоров. Деньгами распорядится Ганс Штанмайер.

— Дядя Вольт, — умильно смотрели на меня Крыс и Джессика, которые крутились тут же. — А можно, когда тебя убьют, мы твой ноутбук себе возьмем? Он тебе все равно уже не нужен. Мы ставки на этот бой видели. Ты точно труп нах.

— Можно, — махнул я рукой.

— А пароль какой? — не отставали дети.

— Админ, — обреченно ответил я, и счастливые дети убежали, громко радуясь будущей обновке.

Да что за день-то такой? Никто в меня не верит. Обидно…

Глава 22

На этот бой я ехал, как король на собственные именины. За мной прислали тонированный микроавтобус, за рулем которого сидел Волк. Крокодил, его товарищ, сел в салоне, видимо, опасаясь, что я дам деру в самый последний момент. Он довольно ненавязчиво перекрывал своей тушей выход. Шерхан просчитался. Никуда я убегать не собирался, только с удивлением смотрел, что мы движемся не в сторону свалки, а в направлении строго противоположном. И я подозревал, что в этом месте я уже совершенно точно был.

— Мы на арену едем, что ли? — спросил я.

— Ага, — кивнул крокодил и пророкотал, потешно двигая челюстями. — Шеф анонсировал особенно жестокое убийство в исполнении спятившей Лилит. Так, ты знаешь, почти все ложи забронировали. У нее есть свой клуб поклонников, многим охота посмотреть, как у нее крыша поехала. Шерхан сказал, не хрен деньги мимо кассы пускать. Пусть, грит, лох-аптекарь подохнет с пользой для фирмы.

— А если я не подохну? — поинтересовался я.

— Это будет косяк с твоей стороны, — почему-то обиделся крокодил. — Я на Лилит сотку поставил. Да и Волк тоже. Ты вроде нормальный пацан. С чего бы тебе так братве подсирать?

Больше я вопросов задавать не стал, и остальной путь мы проделали в полнейшей тишине. Обидно о себе такое выслушивать, да еще и в исполнении этого одноклеточного. Я просто смотрел в окно, невольно притягиваясь завораживающей жутью Хтони, которая бежала мимо. Лучи закатного солнца освещали причудливо искривленные деревья и непривычного вида кустарники. Из глубины темной чащи на нас пристально смотрят неблагожелательные глаза. Но, видимо, эманации эфира сегодня благоприятны, и на нас никто не нападает. Я-то понимаю, что десяток курвобобров вмиг разорвет наши покрышки, а потом вскроет тонкий металл и доберется до сладкого мяса. Сегодня спокойно, и даже татау на руке меня не беспокоит. Очевидно, маги Зоотерики не так просты. Они знают, когда можно ехать в эти места, а когда соваться сюда