Мы - силы - Вадим Еловенко

Алина приняла ее и уронила перед собой на траву. Пластиковой вилкой и ножом принялась чистить, добираясь до парящих внутренностей. От одного из неуклюжих движений картошка разломилась, и Алина, подцепив вилкой кусочек, стала его объедать. Проглотив, она сказала:

– А потом меня подобрали спасатели. Двое. – Она разломила уже специально оставшийся кусок надвое и снова подцепила его вилкой. Поднеся ко рту, она посмотрела на Антона и сказала: – Ну, они меня, можно сказать, из города и спасли. И Мерзавца тоже.

Котенок, на «Мерзавца» не откликаясь, продолжал наяривать остатки паштета из маленькой баночки.

– Мою лодку они сзади привязали. Но на следующий день она на что-то напоролась и сдулась. Котенка пересадили к спасателям в катер.

– А он что, в лодке все время был?

– Они боялись, что он им нагадит.

– А-а-а-а…

– Да. А потом возле этой горки мы и сами напоролись. Я тогда себе колени разбила. Ну, спасти все не удалось. Но кое-что спасли, и я на этом жила. И Мерзавца кормила.

– А почему Мерзавец, кстати? – спросил Антон, выкидывая свои очистки в сторону и берясь за веточку, чтобы вытащить еще одну картофелину.

– Мурзиком он вначале был… а в Мерзавца по ходу взросления превратился.

– Прямо как человек, – усмехнулся Антон.

Алина приняла свою половину картофелины и повторила слова Антона:

– Прямо как человек… да…

– А эти спасатели… они нормальные люди были?

Алине стало зябко, и, передернув плечами, она попросила свою куртку, что лежала за Антоном на траве. Закутавшись, она сказала:

– Люди как люди, – больше не добавила ничего.

– А когда это случилось?

– Что?

– Ну, когда эти отморозки к вам приплыли?

– А… ты об этом… да уж время-то порядочно прошло. Да и нечего вспоминать. Я спряталась на чердаке. А они спасателей зарезали и уплыли.

– Просто зарезали и уплыли? – недоверчиво спросил Антон.

– Ну да…

– И ничего не взяли?

– Взяли? Да, помню, что-то прихватили. Но не помню что. Главное, они еду не тронули.

Антон вытер руки о траву, а потом и о тряпку, что ему протянула Алина, и сказал:

– Слушай, а ты запомнила, как они выглядели?

– Да нет. Ну, говорю же, я на чердаке была, – девушка отвечала Антону, не отвлекаясь от разделывания картошки.

– Странно, что они не нашли тебя.

– А они и не искали особо, – пожала плечами Алина.

– Понятно.

Алина тоже вытерла руки и сказала:

– Пошли спать.

– Иди… я еще посижу. Костер посильнее разведу.

– Э-э-э-э, тогда я тоже посижу.

– Ты меня боишься, что ли? Или думаешь, я без тебя уплыву?

Алина подбросила веток в костер и сказала:

– Мне просто скучно. Да и по людям я соскучилась. Вот. И раз ты спать не хочешь, то я с тобой посижу.

– Как хочешь. Только поздно уже. Завтра утром уплываем. Не выспишься, будешь вареная весь день.

– Ничего… – сказала девушка, просовывая руки в рукава куртки и застегивая молнию.

Небо над ними расчистилось, и тысячи звезд озарили небосвод своим таинственным узором. Доведя пламя до того, что уже было жарко возле него, Антон откинулся на спину и посмотрел в ночное небо. А ведь хотел же когда-то быть космонавтом. А кто не хотел?

– Алин, ты хотела быть космонавтом? – спросил он с усмешкой.

Алина посмотрела в небо и сказала:

– Не-а.

Ну, вот видишь, Антон, не все хотели стать космонавтами.

– Я королевой быть хотела. Ну, или, на худой конец, принцессой.

Антон усмехнулся:

– Сейчас ты королева.

– Да ну тебя.

– Королева острова кораблекрушений.

– Бредите, молодой человек… – усмехнулась засмотревшаяся на небо Алина. – А ты что, космонавтом быть хотел?

– Да. Давно это было, в детстве.

– А че не стал?

– Не знаю… Не сложилось. Может, сейчас мне на этот потоп было бы наплевать. Сидел бы на МКС и в ус не дул. Хотя нет. Пришлось бы голову ломать, кто же мне провизию и кислород на орбиту поднимет.

– Американцы, – уверенно сказала Алина.

Антон засмеялся:

– Патриотка, тоже мне… Я о наших только думал, а ты сразу на партнеров стрелки перекинула.

– А тебе там не все равно было бы? Ну, кто доставит на орбиту?..

– Наверное, все равно. Но свои когда, тогда приятнее, – сказал с улыбкой Антон.

– А по-моему, по фигу. Кислород же без запаха, цвета и вкуса.

– И то, и другое, и третье у него есть. У любого газа есть и то и другое. Просто мы так привыкли к его содержанию в атмосфере, что наши чувства его просто игнорируют. То же самое было бы с водородом, если бы он преобладал в атмосфере. Эффект зоопарка.

– Чего?

– Ну, когда ты вскоре перестаешь морщить свой носик от запаха животных.

– А-а-а-а. И откуда мы такие умные?

– С гидрометеопоста, – улыбнулся звездам Антон.

– Сколько тебе лет? – ни с того ни с сего спросила Алина.

– Старый я, – отмазался Антон.

– Нет, ну сколько?

– Скажем, около сорока, – сказал Антон.

– Во блин, папаша. А на столько не выглядишь.

– А на сколько выгляжу?

– На тридцать, – уверенно сказала Алина.

– Я пользуюсь кремами и шампунем, – усмехнулся Антон.

– Ты даже мылом не пользуешься.

– Это от его отсутствия, – заявил Антон.

– Я тебе дам.

– Да все равно я в эту вонючую воду не полезу, – сказал он, потягиваясь в тепле от пламени.

– Ну, мыться же все равно надо!

– А сама?

– Я раз в два дня. Я не могу чаще в такой ледяной воде мыться. Для меня это и так подвиг, – сказала гордо Алина.

– Прекрати на меня давить. Вымоюсь. Только не сегодня, – засмеялся Антон.

Алина, улыбаясь, встала и, потянувшись к звездам, сказала:

– Ну ладно, я спать. Ты спишь в комнате, где диван.

– О'кей. Но я могу перепутать! Я совершенно не знаю, чем отличается диван от тахты!