Технарь - Владимир Кунин

«Гравитационное воздействие на организм – 820 килограммов, противодействие „Грузчиком“ – 725 килограммов, результирующее воздействие – 95 килограммов», – пояснила Оля.

«Так это ты? – удивился я. – Спасибо. В смысле благодарю. А почему симбиот халтурит?»

«Он не может оперировать гравитационными полями», – объяснила она.

– Он что, издевается? – спросил Арес Гермеса. – Я же просил его не вмешиваться.

– А он и не вмешивается, – откликнулся Гермес. – Он ведь даже не применяет свои способности.

– С таким ядовитым языком уж лучше бы применил что-нибудь из способностей, – проворчал Арес. – Странно, что модификатор судьбы молчит.

– Он искушает верой… нас? – удивился Гермес. – Ну ни хрена себе многоходовочка. Ты чувствуешь поток веры от него? Он в нас верит. Верит, что мы ведём его по верному пути.

– Ведь по грани идёт! – воскликнул Арес. – Ещё немного – и придётся вмешаться.

– Мне нравятся такие безбашенные, – улыбнулся Гермес. – Надо будет с ним сыграть как-нибудь по-крупному.

– Ох и устрою ему при встрече… – заявил Арес. – Игрушками точно не отделается.

– А ведь ты купился, – подколол Гермес Ареса. – Не вздумай обсуждать это с ним. Не опускай себя до его уровня. Пусть думает, что мы усиленно стабилизировали последствия его выходки. Пусть чувствует себя должником.

– И что, спустить это просто так ему? – прищурился Арес.

– По крайней мере, пока не выполнит обязательную запланированную работу, – закончил обсуждение Гермес. – Ты забыл, для чего мы его готовим?..

– А ты молодец, нашёл чем меня зацепить, – ухмыльнулся Троашк, отпуская меня и своего помощника из захвата. – Уважаю храбрых… людей. Искин, переводи режим защиты до шестой категории безопасности.

– Я не храбрый, я отмороженный, – поправил я, и тут мне пришла одна идея, основанная на дословном переводе его имени. – Я ведь пришёл сюда за знаниями в обмен на знания, необходимые вашему виду.

– Пришёл? – прищурился тот. – А не привели?

– Позволил привести, – уточнил я. – Ведь это ты у нас Познающий судьбу?

– Ты откуда знаешь язык имён? – очень удивился Троашк.

– Судьба даровала мне многие знания, в том числе и о себе самой, вот я и пришёл, то есть меня привели, чтобы обменять их на те знания, которые необходимы мне, – начал грузить я его. – Вам ведь нужны знания о судьбе?

– Нужны, но я сомневаюсь в полноте твоих знаний, – ответил он и со всей серьёзностью спросил: – Почему ты нас не боишься?

– Кто я такой, чтобы спорить с судьбой?.. – протянул я, и почему-то получилось стихами. – Не думаю, что и вам обоим стоит ей перечить.

– Ты так в ней уверен? – усомнился он.

– Ну смотри: мне необходимы технические знания, а установить нейросеть я не могу из-за проблем с мозгом. У вас есть такие знания и есть возможность установить мне нейросеть, – принялся я заинтересовывать моего «спасителя». – У меня есть знания о судьбе: принцип действия, суть, цель; которые нужны вам. Совпадение? Или судьба?

– Действительно, что-то в этом есть, – подтвердил он. – Убеждать ты умеешь, вернее, находить интерес для противоположной стороны. Давай тогда знакомиться: моё имя, как ты знаешь, Троашк, а это мой помощник Ахрет.

– Владимир Викторович Кунин, – подколол я их.

– Хорошо, снова уел, действительно, что-то мы разучились вести себя в обществе, – догадался он. – Давай снова. Моё полное имя Троашк квис Наван[20], а моего помощника – Ахрет лит Илира[21]. А не мог бы ты перевести значение своего имени, ведь наши ты знаешь.

– Вносящий ЛАД И МИР, сын победителя, из рода хитрых хищников, – не стал скрывать я.

– И сколько лет твоему роду, насколько он древний? – поинтересовался он. – Моему уже почти тридцать тысяч.

– Согласно древним знаниям, передаваемым устно хранителями на протяжении многих тысячелетий, мой род более древний, как минимум на несколько миллиардов лет, – сказанул я, чтобы сразу ошеломить. Надеюсь, не сильно соврал, ведь нашу историю стёрли полностью, поэтому могу говорить всё, что угодно, ни доказать, ни опровергнуть практически нереально. – Я больше чем уверен, что вашему роду тоже намного больше лет, чем вы думаете, просто историю постоянно переписывают, и ваш род могли сделать более молодым. Вы наверняка тоже переписали историю после победы над джоре?

– Несколько миллиардов? – скептически переспросил он. – Хотя ведь и вашу историю могли искусственно состарить.

– Согласен, тут доказательств никаких, – кивнул я. – Всё больше на веру.

– Да и ещё, ты же дикий, откуда информация о нашей истории? – поинтересовался он.

– Да было время немного полазать по инфосети, – пожал я плечами. – Что-то оттуда узнал, что-то додумал на основе своих знаний. Я где-то ошибся?

– Нет, всё так, – подтвердил Троашк. – Но почему тогда мы более развиты технически?

– Значит, мы были не техногенной цивилизацией или просто одичали после очередного поражения в войне, – продолжил заливать я. – Всё течёт, всё изменяется. У любых цивилизаций есть взлёты и падения.

– Интересно, почему тестирование показывает у тебя всего четыре единицы интеллекта при таких рассуждениях? – вспомнил Троашк.

– Может, у вас есть какие логические тесты с текстами или картинками на планшете? – спросил я. – Они-то точно покажут более реальные значения. А уж проблему с диагностом вы, скорее всего, быстро решите.

– Вот что значит дикий, действительно, такие тесты к технике отношения не имеют, соответственно, и сбоев не дадут, – хмыкнул он. – Молодец, решил проблему, взглянув на неё с другой стороны.

– Всегда пожалуйста, – проявил я вежливость. – Если есть ещё проблемы, говорите, не стесняйтесь, у меня хорошо получается их решать.

– Кроме своих, как я погляжу. – Теперь он подколол меня. – Ладно, я подумаю.

– Мне проще с вашей помощью решить проблему, – пояснил я.

– И что ты конкретно предлагаешь?

– Для начала восстанавливаете мне здоровье, это вы всё равно будете делать для чистоты экспериментов. Затем я рассказываю о судьбе. И наконец, жду, что мне будет установлена нейросеть и закачаны необходимые знания. Ну, или без нейросети, по примеру гипнопрограмм.

– Хорошо, я в принципе согласен. Это вполне соотносится с планом работ над объектом, в смысле над тобой, – подумав, кивнул он. – Но я для начала послушал бы, что ты мне можешь рассказать нового о судьбе.