Театр стекла и теней - Энн Корлетт

– Благодарю, друг мой.

– Мне пора назад. – И Помощник Режиссера развернулся на каблуках.

Его силуэт поблек, открылась и закрылась дверь.

Режиссер секунду постоял, затем подошел к зеркалу. Джульетта перестала дышать, встретившись с ним глазами, но сообразила, что он смотрит на свое отражение. Он стоял так близко, что она различала в его лице усталость и какую-то тяжесть. Затем он расправил плечи, растянул губы в улыбке шоумена, весь как будто взбодрился, воспрянул.

– Шоу должно продолжаться, – произнес он и отвернулся.

Глава 27

Джульетта медленно, глубоко вдохнула.

И пошла прочь, дальше по узкому проходу, про себя заново проигрывая весь разговор. Они говорили о ней – это она поняла, в отличие от всего прочего. Нарушенные обещания, одержимость, кровь и откуда что пошло. Мансфилд и его подозрения. Лунария. Итан, который не говорил ей, что он племянник Режиссера. Все это сплеталось с другими вещами, которые Джульетта чувствовала, но не вполне понимала.

Проход напоследок резко свернул и внезапно уперся в дверь, которая открывалась на крутую лестницу, а за ней были еще коридоры. Музыка стала громче, где-то рядом была локация, но в остальном Джульетта по-прежнему не понимала, куда ее занесло. Она уже и не пыталась прятаться, когда повернула за угол и лицом к лицу столкнулась с рабочим сцены.

От вздоха резко поднялась грудь, от испуга кровь ударила в голову. Никто не должен знать, что́ она слышала.

– Простите. – Голос дрогнул. – Я… Я искала Итана. Я… – Она осеклась, попыталась взять себя в руки. – Кое-что случилось. Я никого не могу найти.

Рабочий сцены жестом велел идти за ним, и ей оставалось только подчиниться. Сердце билось гулко. Куда он ее ведет? К Режиссеру? Она до сих пор не знала, в курсе ли Дейнс, что случилось с Джемаймой, или он…

– В чем дело? – Позади нее раздался знакомый голос, и Джульетта обернулась: по коридору к ней шел Итан.

Накатило облегчение, но почему-то вместе с ознобом, и она содрогнулась.

– Я нашел ее за кулисами, – сказал рабочий сцены.

Итан посмотрел на Джульетту и сказал рабочему:

– Можешь идти. Дальше я сам.

Тот коротко кивнул и нырнул в какую-то дверь. Когда она закрылась, Итан повернулся к Джульетте:

– Ты что делаешь? – Тон холодный. – Как ты попала за кулисы?

– Я искала тебя. – Горло перехватило. – Мне надо было… Я кое-что узнала. Про девушку в реке.

– Девушка в реке? – вытаращился Итан.

– У нее татуировка. – Джульетта еле выдавливала из себя слова. – Колибри.

– И что? – спросил Итан, а потом до него дошло. – Ты ее знала? Ты поэтому так расстроена? Джульетта, мне ужасно жаль, но…

– Я ее не знала. – Джульетта мотнула головой. – Или знала, но… – Она изо всех сил пыталась собраться. – Итан, это Джемайма. Девушка в реке – Джемайма.

– Ты что такое говоришь? – Итан, видимо, не понял вообще ничего. – Кто тебе сказал?

– Полицейский, – ответила Джульетта. – Что у нее татуировка, а я вспомнила, что на рисунке у Джемаймы была такая же.

– Ты ему сообщила, как ее зовут? – рявкнул Итан.

– Нет. – Джульетта опять мотнула головой. – Я ему ничего не сказала. Он все спрашивал, что я видела. Я ответила, что ничего не знаю, чтобы он отвязался. И пошла искать тебя, хотела рассказать, что Джемайма…

Она осеклась, глотая слезы, и Итан схватил ее за плечи.

– Джульетта, – сказал он. – Послушай меня. Они нашли не Джемайму.

– Нет, это она, они нашли ее. – (Он не понимал.) – У Джемаймы была татуировка, а потом я вспомнила, что мы давно не виделись. Еще с первой ночи. – Слова лились, подгоняемые страхом и смятением. – Люди говорят, тут что-то не так, но я думала, это просто байки, девушки ведь были не из Округа, а Джемайма из Округа, и я решила… Я не знала… – Она уже вовсю рыдала, содрогаясь и всхлипывая, не в силах сдержаться. – Я подумала…

Итан ее отпустил.

– Идем со мной. – Она не двинулась, и он крепко взял ее за руку. – Я хочу тебе кое-что показать.

Он быстро и уверенно шагал коридорами закулисья, а Джульетта ковыляла рядом, отчаянно пытаясь взять себя в руки. У двери на локацию он разжал пальцы и заглянул в глазок.

– Вот. Смотри.

– Что…

– Посмотри.

Джульетта подошла к двери и прижала глаз к отверстию. За дверью, в самом конце сводчатого коридора, танцевала девушка.

Джемайма.

Это какой-то бред. Джемайма умерла. Почему она здесь, танцует в потоке света перед полукругом фигур в масках?

– Видишь? – мягко произнес Итан у нее за спиной. – Джемайма жива и здорова. Ты не встречалась с ней, потому что ее роль сократили. Ее персонаж уже не тот.

Джемайма завершила танец, зашагала прочь и скрылась за дверью.

– Я не понимаю. – У Джульетты тряслись руки. – Татуировка…

– У Джемаймы нет татуировки, – сказал он. – С чего ты взяла вообще?

– Я видела рисунок в «Корабельных новостях», – ответила Джульетта. – Я помню.

– Ты уверена? – Голос мягок по-прежнему. – Джульетта, на тебя столько всего навалилось. Твой отец умирает. Ты приезжаешь сюда. Играешь в Шоу. И не думай, будто я не понимаю, что Режиссер выжимает из тебя все соки. Наша память играет с нами шутки. – Он помолчал. – Или, может, ты видела рисунок. Но откуда тебе знать, кто это нарисовал и почему? Может, кто-то хотел притвориться, будто играет в Шоу.

– Но тогда это означало бы, что они здесь бывали. – Сердце Джульетты опять загрохотало.

– Как и половина Лондона, – сказал Итан. – Я не знаю, что ты видела – или не видела, – но здесь нет никакой загадки. На Джемайму ты сейчас посмотрела своими глазами. Она цела и невредима. Уж не знаю, кто эта другая девушка и что с ней случилось, но она не из Округа.

– Я вообще не сомневалась, что это она. – Джульетта обхватила себя руками. Пора бы уже согреться, но холод не отпускал. – Я думала… я боялась, что-то случилось. В Округе.

– Потому что тебе наплели всякого, – ровно произнес Итан. – Ты сама сказала. С кем ты говорила?

– Только с детективом-констеблем Ламбертом. – Вышло слишком пронзительно. – Он приходил к нам домой с детективом-инспектором Мансфилдом. Я вышла пройтись, и он меня увидел. И узнал. Он бы не…

– Ты сказала «люди». – Итан не отрывал от нее взгляда.

– Ходят слухи. – Джульетта вонзила ногти в ладони. – Мои соседки рассказывали. О мертвых девушках. Я об этом. А разговаривала я только с Ламбертом.

– А он что-то передал Мансфилду, и этого хватило, чтобы Мансфилд опять вышел на тропу войны. – Итан потер лицо. – Это объясняет звонок Режиссеру из полиции. Мансфилд талдычит о