Вторжение. Книга 2. Смерть ночи - Джон Марсден

В целом наш госпиталь, скорее, походил на дом престарелых: в Виррави ведь не делали операций на открытом сердце или пересадку почек.

Был час тридцать пять ночи, когда мы подошли к месту. Электричество в этой части города было, свет горел всякий раз, когда мы посещали Виррави. Правда, не уличные фонари, а огромный прожектор на парковке. И сам госпиталь освещался, но в основном – его коридоры и фойе. В других же помещениях света почти не было.

В час сорок пять, как мы и договорились, Гомер и Робин сделали первый ход. Из-за деревьев на другой стороне улицы, напротив парковки, мы с Ли увидели две тёмные фигуры, двинувшиеся к дальней стороне амбулатории. Робин шла впереди, Гомер постоянно осматривался по сторонам. Меня удивило, какими маленькими они казались. В конце здания была дверь, которую мы сочли наиболее безопасным входом в госпиталь и надеялись обнаружить незапертой. Но уже через мгновение Робин отошла от двери и начала проверять окна, выходящие в нашу сторону, а Гомер исчез за углом. Через несколько минут он вернулся, Робин присоединилась к нему, и они быстро отступили к деревьям. Значит, вариант оказался неудачным.

Пять минут спустя Фай и Крис вышли из своего укрытия за каким-то сараем немного выше по холму. Их целью было здание в форме буквы «Т» – офисы администрации и палаты стариков. Им понадобилось около десяти минут, но результат оказался таким же: всё было заперто, как в банке. Крис посмотрел в нашу сторону и вскинул руки ладонями вверх. Он не мог нас видеть – по крайней мере, я на это надеялась, – но приблизительно знал, где мы должны находиться. Потом они с Фай отступили в укрытие, предоставив нам поле деятельности. Ли посмотрел на меня и округлил глаза, я в ответ усмехнулась, надеясь, что выгляжу не такой испуганной, какой была на самом деле.

Мы выждали условленные пять минут. Было два часа девять минут. Я коснулась руки Ли, он кивнул, и мы тронулись с места. По хрусткому гравию, вдоль цветочного бордюра из встрёпанной желтофиоли, к боковой двери главного крыла. Мы шли медленно, примерно на расстоянии трёх метров друг от друга. Я дышала тяжело, как будто бежала кросс, и уже вспотела с головы до ног. От пота стало жутко холодно, словно он тут же превращался в лёд. В горле застрял огромный ком, – казалось, я проглотила целого цыплёнка. В общем, чувствовала я себя ужасно. И очень, очень боялась. Я уже почти забыла чувство, которое привело нас сюда, – любовь к Корри и Кевину. Хотелось просто покончить со всем этим, найти их или не найти, а потом сбежать куда подальше. Вот и всё.

Я добралась до двери, она сама находилась в тени, но над ней горел зелёный огонёк, обозначавший вход. Я медленно повернула ручку, толкнула, потом потянула на себя. И эта дверь тоже оказалась крепко запертой.

Мы с Ли разделились, как это сделали и другие пары, и отправились проверять окна. Те, что выходили из коридора, были заперты, но на другой стороне нашлось несколько открытых. Вот только располагались они высоко – без лестницы не забраться. Я уже очутилась слишком близко к потоку света, падавшего из фойе, так что вернулась и рядом с запертым входом встретилась с Ли. Разговаривать тут было чересчур опасно, и мы отошли к сараю, стоявшему метрах в сорока в стороне, – маленькому запертому деревянному строению – и спрятались за ним.

– Что думаешь? – спросил Ли.

– Не знаю. Те открытые окна могут быть в комнатах охраны. Вряд ли нам захочется оказаться у них в руках.

– К тому же они слишком высоко.

– Да.

Последовала пауза. Я представления не имела, что делать дальше.

– Жаль, что наших рядом нет. Может, они знают, как быть?

– До времени отступления всего десять минут.

– Мм…

Прошла ещё минута. Я вздохнула и хотела уже встать на ноги. Не было смысла задерживаться в таком опасном месте. Но едва я шевельнулась, как Ли схватил меня за руку:

– Тсс! Погоди. Там что-то…

В это мгновение я тоже услышала: звук открывающейся двери. Я осторожно выглянула из-за угла сарая, Ли – с другой его стороны. Это была та самая дверь, которую мы надеялись найти незапертой. Из неё выходил человек в военной форме. Мы отлично его видели, сзади на него падал неяркий свет из коридора. Он даже оглядываться по сторонам не стал, просто прошёл немного вдоль бордюра, что-то доставая из кармана. Лишь когда он поднёс руку ко рту, я поняла, что он зажигал сигарету. Просто вышел покурить. Этим людям, как и всем нам, не разрешалось курить в госпитале. Я была потрясена. Я-то думала о них как о животных, чудовищах, но у них тоже есть свои условности, свои правила поведения. Наверное, это прозвучит наивно, но я впервые почувствовала что-то общее с ними. Странно…

Досадно было прятаться за сараем и смотреть на открытую дверь. Из-за жёлтого света, исходившего изнутри, казалось, что я всматриваюсь в какую-то золотую шахту. Я отчаянно искала в уме идею, как проникнуть туда. Но потом мои мысли были прерваны. Откуда-то слева, из-за деревьев, послышался крик, стон, как будто там рожал водяной зверь бинайп[4].

Я с головы до ног покрылась мурашками. Повернулась к Ли, схватила его за руку и в ужасе вытаращила глаза. Мои брови полезли на лоб. Крик и стон повторились, ещё более протяжно и ужасно. Роды явно шли с осложнениями.

– Это Гомер, – шепнул мне в ухо Ли.

Как только он это произнёс, я всё поняла. Гомер пытался заманить солдата подальше, оставив дверь распахнутой. Мы с Ли вернулись на наблюдательный пункт. И были потрясены. Вместо того чтобы героически ринуться к деревьям, солдат рванул обратно. Он проскочил внутрь и с грохотом захлопнул дверь за собой. Даже с такого расстояния мы услышали, как он задвигает засов и щеколду, а потом и вторую.

– Чёртов Гомер! – пробормотал Ли. – Ему всё кажется, что это игра.

– Будем надеяться, у них нет огнестрельного оружия, – сказала я. – А если что, доставят его не сразу.

– Я-то думал, солдаты у них уверенные, хорошо обученные профессионалы.

– А ты помнишь, что мы уже слышали? Профессионалы у них есть, но есть и множество призывников. Новобранцев. Судя по всему, они вовсе не рады тому, что их призвали.

– Нам лучше уйти отсюда.

Мы отступили и через двадцать минут встретились с остальными у дома учителя музыки. Гомер выглядел немного смущённым. Он не мог, конечно, в одночасье стать человеком полностью зрелым и ответственным. В нём всё ещё таился слегка диковатый и безумный подросток.

– Ладно, вперёд, валите всё на меня, – пробурчал он, прежде чем я успела произнести хоть слово. – Но мне показалось это неплохой идеей, вот и всё. Если б он пошёл посмотреть, в чём дело, Ли с Элли могли бы проскочить внутрь, и вы целовали бы теперь меня в обе щеки и платили бы за моё пиво.

– Надо бы дать тебе пинка под зад, – пробормотал Ли.

– Это было глупо, – заявил Крис. – Будь у солдата оружие, он бы тебя застрелил. А безоружным он ни за что не полез бы посреди ночи в кусты разбираться, в чём дело. В любом случае это было глупо.