Репликация - Наташа Эвс

его просто что-то привлекло. Он же необычный ребенок. Все будет хорошо.

Перед воротами дома, я бросил мотоцикл и забежал в дом. Бледная Мия стояла у стены и напряженно смотрела перед собой.

— Как это произошло? — сходу спросил я, оглядывая комнату. — Ты везде проверила?

Мия покачала головой:

— Уже час прошел. Соседи молчат, никто ничего не видел, никто не знает. А его нет. Моего сына нет.

Я оглянулся на Миру, которая тихо сидела в углу и смотрела на нас большими испуганными глазами.

— Доченька, ты что-нибудь видела? — спросил я. — Знаешь, где твой брат?

Мирослава отрицательно покачала головой.

— Она была со мной на заднем дворе, — бесцветным голосом пояснила Мия. — Владислав находился в доме, читал свою книгу… Вот на этом месте. А когда мы вернулись, его уже не было.

— Соседей опросила?

— Местные молчат. Даже отвечать не хотят. Кому он понадобился, Марк? Зачем им маленький мальчик? Для чего?

Я обнял дрожащую Мию.

— Любимая, мы найдем его. Целым и невредимым. Я обещаю тебе, слышишь? Использую любые силы и возможности, и найду его.

После этого я связался с Яном, и он с ребятами быстро приехал к нам. Мы начали разрабатывать варианты поиска и искать мотивы похищения, если оно имело место быть. Потом разъехались по плану поиска. Через пять часов все вернулись в наш дом. С отрицательными результатами.

Мне было стыдно смотреть Мие в глаза, но нужно продолжать поиски.

— Может, обратиться в полицию по пропаже ребенка? — предложил один из помощников.

— У нас нет прав, — сказал я. — Они изгоями не занимаются.

В этот момент Мирослава сидела на кровати и чем-то долго шуршала, и я оглянулся на нее, чтобы попросить прекратить. Но когда я увидел, что в руках у дочери — не поверил своим глазам. Мира старательно разглаживала пальцами фантики от мятных конфет. Зеленые фантики с изображением листьев. Я видел такие. И однажды покупал эти конфеты сам.

— Доченька, где ты это взяла?

Мирослава вздрогнула и посмотрела на меня.

— Я взяла только одну, — испуганно проговорила она.

— Кто тебе их дал?

— Никто.

Я подошел к Мие, понимая, что если она ответит отрицательно, поворот событий может обернуться очень страшно.

— Ты покупала эти конфеты?

Мия напряженно подняла на меня глаза.

— Нет.

— В наш дом кто-то приходил?

— Нет, Марк. Когда ты уехал, я заперла все замки на воротах.

Снова обернувшись на дочь, я спросил:

— Мирослава, где ты нашла эти конфеты? Тебе их кто-то дал?

Мира испуганно и смущенно помолчала, вертя в пальцах разглаженный фантик, а после ответила:

— Я нашла их тут, где сидел Влад.

— Откуда у него эти конфеты?

— У Влада не было таких конфет, — с уверенностью произнесла Мирослава. — Они появились, когда он исчез. Пап, я взяла только одну.

Боже мой… Только не это. В памяти всплыла картина, как я принес кулек таких мятных конфет в больницу своему брату, потому что он их очень любил. Потом появился эпизод в Сером Городе, когда меня привели к главному в башню, но тогда я не знал, кто он. И в его кабинете на столе лежали мятные конфеты. А потом мой брат высокомерно разговаривал со мной, вытащив из кармана мятную конфету, которую бросил на стол.

Этого не может быть.

Просто не может быть.

Лишь один человек мог оставить этот знак. Для меня. Это его печать. И он интересовался моим сыном.

Я развернулся и помчался на выход.

— Братан, че происходит? — с недоумением бросил Ян, выскочив за мной. Рядом с ним появилась Мия.

— Я еду с тобой, — твердо объявила она.

— Прошу тебя, любимая, останься здесь. Сбереги нашу дочь. Это важно.

Мия остановилась и с болью посмотрела в мои глаза.

— Верни его, Марк, — прошептала она. — Прошу тебя. Верни.

— Ты знаешь, куда ехать? — удивился Ян.

Я завел мотоцикл и кивнул:

— Да. Знаю. Мой сын у Валентина.

— Что? — Януш раскрыл глаза. — Мы едем с тобой…

— Нет. Побудьте здесь. Пока меня не будет, присмотрите за моей семьей. Это очень важно.

Через минуту я летел по трассе к новому жилищу моего брата. Серафим рассказывал, какую локацию выбрал их руководитель. Это длинное шестиэтажное здание, слегка изогнутое дугой, в центре которого возвышалась смотровая башня. А по обе стороны от апартаментов простирались новые жилые постройки и различные организации.

Я был настолько шокирован догадкой, что не мог ни о чем думать. Вообще. Даже не знал, что бывают такие состояния. Передо мной лишь застыло лицо того, кого я готов был порвать на куски, но по факту совсем ничего не мог сделать против него.

Достигнув нужного здания, я наскоро припарковался, заметив несметное количество дронов и служащих, и торопливо побежал по высокому крыльцу парадного входа.

— Несанкционированный визит, — объявил зависший надо мной дрон. — Цель вашего…

— Уйди! — огрызнулся я, стукнув рукой по наблюдателю, отчего он перевернулся и отлетел в сторону.

В помещении было прохладно и как-то пасмурно. Словно в погребе. Я увидел впереди лифт и направился к нему. У самых дверей, меня остановил синий, модифицированный служащий, и тут же ткнул по экрану своего прозрачного планшета.

— Ваше имя и цель визита, — монотонно произнес он.

— Отвали от меня, — бросил я, нетерпеливо нажимая на кнопку лифта. — Уйди по-хорошему…

— Вас нет в базе приемов на сегодня, — не обращая внимания продолжил служащий. — Уточните данные. Вы должны подчиняться.

Я резко схватил мужика за воротник и притянул к себе.

— А не пошел бы ты на хрен.

— Вы должны… Вы должны… — забормотал синий, нервно моргая одним глазом, словно робот со сломанной системой.

— Я тебе ничего не должен. Ничего. Понял? И я все равно пройду к нему. Пустишь ты меня или нет.

В этот момент двери лифта открылись, но меня вдруг отбросило назад. Тут же появились два охранника и куча дронов. Я вскочил, но охранники попытались скрутить мне руки и после моего сопротивления вызвали по рации подмогу.

Я бил кулаками, не разбирая, куда попадаю, дрон ли это или лица охранников. Мне было все равно. Единственным желанием было подняться на верхний этаж, где находился мой родственник, и вырвать из него место нахождения сына.

Наша возня с мордобоем затянулась, я не сдавался, словно у меня появился новый ресурс энергии. Я был очень зол, и это поддерживало во мне силы.

— Неопознанный объект, — сказал один из дронов, зависая перед моим лицом. — Изгой. Идентификация невозможна.

— Сам ты объект, — сплюнул я, тяжело дыша. — Лучше пропусти меня.

— Это сбежавший В-1.01, — объявил другой дрон. — Бунтарь и грязный ген.

— Да. Я такой. Для вас