Подмосковье. Парадокс Рузы - Ольга Баумгертнер

– Что-то не так, Захар?

– Дмитрий Владимирович, стопроцентно уверен, что оборудование оставалось вон там. Видите поваленный ствол за пересохшим ручьем?

– Вижу. И теперь там ничего нет. Может быть, ты ошибся, Захар, в другом месте бросили? Дальше? Вон там, где холм делает изгиб.

Сталкер, нахмурившись, изучал взглядом местность.

– Всяко может быть, Дмитрий Владимирович, хотя память меня прежде не подводила. Мы узнаем, только спустившись и подойдя к тому месту.

– Аномалия могла какая-то уничтожить?

– Могла, теоретически. Но обычно в Зоне все вещи остаются на своих местах. Разве что там возникла «комариная плешь», тогда от оборудования остался только блин.

– Эх, я дурак, не предусмотрел такой вариант, – профессор обругал себя.

А потом бросил взгляд дальше, за противоположный холм, за которым должна была течь Руза, и смолк.

Серая мгла, висевшая над невидимым Гиблым озером, вдруг разошлась. Утреннее солнце высветило каскад облаков, с пика которого в бездну срывались облачные потоки, падая с какой-то невероятной скоростью. И там, в дымке у самой земли, среди радуг, цветных искр электричества били в небо черные молнии. Профессор схватился за висевшую на шее камеру, но озеро вновь затянуло дымкой.

– Ты видел, Захар? – едва слышно спросил профессор.

Сталкер кивнул. Открывшаяся, казалось, величественная картина не вызвала у него ничего, кроме оторопи. Зарубина запоздало передернуло, по всему телу прошелся жгучий озноб. Черные молнии. Такого он никогда не видел, и ему вдруг захотелось, чтобы он эти молнии больше никогда и не увидел. Со страшной силой потянуло назад, домой. И тут же пришло какое-то понимание, что один раз он уже едва унес отсюда ноги. Второй раз может не повезти, даже несмотря на присутствие военных-профессионалов, защитные костюмы последних разработок и крутое оружие. Захар тут же задавил в себе упаднические такие мысли. «Нет, находясь в Зоне, тем более в самой ее опасной области, нельзя допускать подобных размышлений. Нельзя. И точка». Он мельком глянул на Шустрого и Тягача. Те стояли бледные и немного растерянные. Тоже им это все не по нутру было. Шустрый поймал взгляд Захара, подошел вплотную.

– До костей продрало, Захар Викторович, – сознался он. – Даже толстокожего Тягача. Видели такое когда-нибудь?

– Нет.

Шустрый помотал головой, но, больше ничего не сказав, отошел к товарищу. Зарубин лишь понадеялся, что эти двое в самый ответственный момент не решат вдруг оставить экспедицию, и подумал, что нужно обязательно выбрать момент и поговорить с ними. Потом глубоко вздохнул, глянул на профессора, на Богданова.

– Пойдемте, Дмитрий Владимирович. Товарищ майор, дальше опаснее будет.

– Понял, Захар Викторович. Будем глядеть в оба.

Отряд начал осторожно спускаться с холма. Боевые ножи крушили осины не хуже мачете. Колючая лоза, которой теперь зарос лес, выстреливала в движущиеся фигуры красными шипами. Иглы отскакивали от стекол шлемов, но прилипали к экзоскелетам, выпуская алый липкий сок. От роботов эти осиновые «снаряды» тоже отлетали, оставляя красные разводы, из-за чего манипуляторы вскоре стали похожи на древние, истекающие ржавой кровью агрегаты.

– Что это за дрянь, Захар? – недоуменно спросил Тягач. – Никогда не видел такой.

– Я тоже. В прошлый раз ее здесь не было.

– Аккуратнее с лозой, – громко произнес Дмитрий Владимирович. – Сок, что вытекает из шипов, не внушает мне никакого доверия. Хорошо, если просто ядовитым окажется, а может, и еще что похуже.

Осины наконец расступились. Захар, поглядев на лежащий метрах в двухстах ствол поваленного дерева, бросил гайки. «Жаровня» и «комариная плешь», где погиб Лягушатник, обнаружились на прежнем месте. Предупреждающе темнело на сухой земле пятно – все, что осталось от бедолаги. Зарубин осторожно бросил еще несколько гаек, прощупывая путь. Наконец, обозначив границы аномалии, он повел отряд за собой. «Жаровня» активировалась, сквозь костюмы ощущался жар, и все же он не обжигал, а грел. Будто всего лишь на солнце припекало.

Они дошли до поваленного дерева и остановились. Захар первым делом увидел следы, оставленные на том месте, где раньше лежали ящики с оборудованием. Выходило, оно не просто исчезло, его кто-то погрузил на машину, скорее всего, на большой, с широким кузовом пикап, судя по оставленным следам протекторов.

– Следы совсем свежие, Захар Викторович, – заметил майор.

– Свежие…

Зарубин проследил, куда уводили полосы от колес. След вилял по узкому логу из стороны в сторону, видимо, обходя аномалии, а потом скрылся за холмом. Богданов передернул затвор винтовки, глянул на своих. Военным не терпелось нагнать врага.

– Сколько их? – спросил Лазарев. – Есть ли шанс догнать и отбить? Или лучше не рисковать?

– Перед машиной шли двое, прокладывали путь, – ответил Захар. – В машине могут разместиться человек восемь, наверное. По их следам быстро идти будем. Хотя это не повод, конечно, терять бдительность.

– Интересно, как эти «молодцы» сюда на авто добрались? – поинтересовался майор. – На машине по Зоне – это все равно что в русскую рулетку играть.

– Рисковые ребята, – согласился Захар.

Впереди вдруг грянуло несколько одиночных выстрелов. Совсем рядом, за тем самым холмом, куда уводили следы. И тут же раздался вой, который довольно быстро смолк после еще нескольких выстрелов.

– Да у нас оборудование прямо из-под носа увели, – возмутился профессор.

– Нагоним, Дмитрий Владимирович, – заверил Богданов и посмотрел на своих бойцов. – Идем точно след в след. Если увидим, что это бандиты, – не церемонимся, ответного огня не ждем. Берем одного «языка». Узнать надо, кто их на оборудование навел.

Он бросил взгляд на профессора и тележки.

– Вы, Дмитрий Владимирович, и водители телег идите медленнее, Тягач с вами пусть останется. Остальные – за мной. Захар Викторович, готов?

– Да, товарищ майор.

Профессор кивнул, а основная группа ускорила шаг. Около поворота холма, в стороне, чуть наэлектризовался воздух, стали вспыхивать мелкие молнии, но аномалия так и не активизировалась. Зарубин настороженно поглядывал в ее сторону, чувствуя, что рядом затаилась еще одна ловушка и что лучше все же пройти впритирку рядом с первой. Майор между тем замедлил шаг и на повороте остановился.

Метрах в ста в сторону заброшенной деревни медленно полз пикап. В кузове можно было разглядеть уложенные институтские коробки. Там же сидели четыре человека. Двое шли перед пикапом, прокладывая дорогу. Шли довольно уверенно – видимо, возвращались по своим же следам. С левой стороны от машины валялось несколько здоровых тел псов-мутантов.

Богданов под защитой холма изучал противников через оптический прицел.

– Твою ж мать! – ругнулся майор. – Вижу ножички из дамасской стали. Это не можайские ли ваши «друзья»? Которые на Герцена нападали?