Подмосковье. Парадокс Рузы - Ольга Баумгертнер

– Вам придется также выписать сюда этих самых сталкеров и военных, – громко сказал полковник, увидев, что профессор смотрит на него. – Из местных я никого в этот рейд не отпущу. По крайней мере, военных точно.

Зал смолк.

– Почему, Иван Алексеевич? – спросил кто-то с передних рядов.

– У меня на это имеется очень много причин. Прошу прощения, что разрушаю сейчас ваши радужные настроения. Итак, во-первых, вчера на Институт было совершено нападение участниками можайской группировки. Профессор упомянул, что связи этого акта с Боровым нет, но она, увы, имеется. Находящийся при смерти Максим Денисович успел обмолвиться, что пообещал их главарю «Слезы Рузы». Подробности сделки мне, к сожалению, неизвестны. Что он рассказал об артефактах бандитам – тоже. Но вчера они решили прийти и забрать обещанное. И эти попытки могут повториться. Поэтому весь военный контингент остается на месте. Во-вторых, как я уже говорил вчера профессору, я считаю дальнейшее использование «Слез Рузы» крайне опасным. Взрыв послужил тому самым красноречивым доказательством. Артефакт также продемонстрировал и еще одно «удивительное» свойство – при взрыве он вызвал краткосрочную гравитационную аномалию, в результате действия которой все живые объекты и предметы в радиусе семи метров втянулись в артефакт. Как в черную дыру. Черный «блинчик», в который превратился образец, мы вытащили при помощи подъемного крана. Вес «блинчика» – 2400 килограммов. В него попало все – медицинское оборудование, кирпичи из разрушенных стен, крыша, трое людей. А вот его примерные размеры. – Он продемонстрировал залу кружок, вырезанный из черного картона, шириной в ладонь. – Именно поэтому все имеющиеся экземпляры «Слез Рузы» немедленно помещены в защитные контейнеры и убраны в подземное хранилище. От греха подальше. И это был один из самых мелких камней. Что нам тогда ждать от экземпляров покрупнее? Ну и последнее, я по-прежнему считаю крайне неудачной идеей собирать новую экспедицию. Существовал только один человек, который мог добывать «Слезы Рузы». Не побоюсь предположить, что он был уникальным и только он обладал способностью выносить эти артефакты из аномалии.

Иван закончил, и в зале разлилась тишина. Профессор выдержал паузу.

– Никто не отрицает, что поход в Зону, к Гиблому озеру, – рискованное мероприятие. Однако проигнорировать существование таких артефактов, как «Слезы Рузы», мы просто не имеем права, Иван Алексеевич, – твердо сказал Лазарев. – Но я благодарен вам, что вы проявляете беспокойство. Хотя вы также прекрасно знаете, что в запасниках Института имеется множество других опасных артефактов. Некоторые из них мы продолжаем изучать, другие – ждут своего времени. А вот насчет военных я с вами соглашусь. Я попрошу сюда прислать отряд с опытом хождения в Зоне. Но местные сталкеры все же понадобятся – Зону они знают прекрасно. Уговорить их пойти к Гиблому озеру, конечно, будет исключительно моей проблемой. Но я не считаю ее непреодолимой. Если от вас, конечно, не будет для них прямого запрета.

Иван хмуро выслушал ответ профессора, чуть дернул плечами. В зале между тем ученые оживились и принялись обсуждать контрвыступление Лазарева. Абрамов подумал, что он все же проиграл эту словесную битву. Да и разве можно кого-то переубедить, когда на кону стоит «лекарство от всех болезней»?

– Запрета не будет.

Он вышел в приоткрытую дверь в фойе, столкнулся там с Зарубиным.

– Что, Захар Викторович, пойдешь с профессором? – нарочито бодро спросил Абрамов, поняв, что сталкер тут стоит давно и все, похоже, слышал.

– Пойду.

Полковник неодобрительно покачал головой.

– С нами не хотите? – предложил вдруг Захар.

– Нет, спасибо, я последствий Зоны отсюда насмотрелся. Да ее и из окна верхних этажей госпиталя видно, далеко ходить не надо.

– Как думаете, бандиты еще сюда сунутся?

– Надеюсь, что нет, мы хорошо их в прошлый раз приложили. К тому же… – Абрамов миг помолчал, но потом все же продолжил: – Есть у меня один человек, слухи нужные распространяет. Вот сейчас он в баре Одноногого рассказал, что «Слезы Рузы», на которые ученые молились, разряжены и ни на что больше не годятся. А разряженные могут внезапно взорваться и убить. Так что я надеюсь, что информация эта дойдет до можайской группировки.

– Думаете, поверят?

– Поверят. У нас половину крыши госпиталя снесло. Как тут не поверить? Но как бы там ни было, территория санатория и поселка будет сейчас находиться под усиленной охраной.

Собрание в зале между тем закончилось. Ученые начали расходиться. К Ивану и Захару подошел профессор.

– Что ж ты, Ваня? – упрекнул Дмитрий Владимирович.

– Я всего лишь выполняю свой долг, предупреждаю о потенциальной опасности.

– И в Институт написал об этом?

– Зачем же? Я не собираюсь вам ставить палки в колеса. В конце концов, там взрослые люди сидят, ученые. Должны сами понимать и оценивать все риски.

– То есть ты считаешь, что риск не оправдан? Однако совсем недавно тебе самому не терпелось провести исследования. И та экспериментальная сотня обрела здоровье в том числе и благодаря твоему рвению помочь.

– Тогда я не знал, впрочем, как и вы, об одном из свойств артефакта.

– Тогда поступил бы иначе?

– Думаю, мы прекрасно понимаем, что тогда эксперимент строился бы другим образом. Вы уж простите, Дмитрий Владимирович, но сейчас это совершенно бесполезный спор. Я своего мнения не изменю. Но если вам экспедицию сверху одобрят, позовите меня на обсуждение, чтобы я был в курсе, кто и когда будет выходить из Герцена в Зону.

– Позову, Ваня, обязательно.

Абрамов кивнул и ушел. А у профессора остался неприятный осадок в душе. Вроде бы они заодно были все это время и не ругались, и вдруг какое-то странное недопонимание возникло. Он вздохнул и посмотрел на Зарубина.

– Что ж, Захар, надо нам с тобой список сталкеров составить. Людей надежных, отважных, кто хорошо знает Зону. Человека три-четыре, думаю. А уж мое дело будет потом их уговорить.

Через неделю после собрания в Герцена приехала группа военных в составе десяти человек с опытом хождения в Зоне, экипированных экзоскелетами последней модификации и такими же новенькими автоматическими винтовками. С собой бойцы привезли дополнительные комплекты для сталкеров и профессора, две самоходные тележки для перевозки грузов, управляемые дистанционно, двух роботов с манипуляторами, изготовленных из титана, с покрытием, способным защитить от некоторых аномалий Зоны.

– Но не от гравиконцентрата, – пробормотал Иван, глядя на приезжих из окна госпиталя.

Абрамов продолжал наблюдать за разгрузкой, понимая, что в Институте действительно посчитали экспедицию за «Слезами Рузы» очень важной миссией. Но только почему руководство не нашло все-таки инициативу профессора крайне опасной, практически безнадежной, он не понимал. Был же уже неудачный опыт хождения к Гиблому озеру экспедиции, организованной Боровым. И Абрамов втайне надеялся, что в Институте посчитают риски неоправданными. Но нет.