Фрайди. Бездна - Роберт Хайнлайн

– Или чего-нибудь еще, – буркнул Жан.

– Или чего-нибудь еще, – согласно кивнула Жанет. – Ты прав, Жан. Скажем, если полиция станет разыскивать вражеских лазутчиков. Кстати, а вы – двое сильных и храбрых мужчин – подумали, что нам делать, когда начнут стучаться в нашу дверь?

– Да, я думал об этом, – ответил Джордж. – Первый план таков: вы отдадите Мардж в руки казаков, это их отвлечет, а у меня будет время убежать далеко-далеко.

– Понятно, – кивнула Жанет, – но у тебя, кажется, есть и другой план?

– Ну, он не так прост и элегантен, как предыдущий, но… есть и другой. Я сдаюсь гестапо. Они выясняют, можно ли меня – уважаемого гостя и исправного налогоплательщика, ни разу не уклонявшегося от взносов в фонд полицейских и пожарников, – бросить в застенок без всяких на то оснований. И пока я жертвую собой ради принципов, Мардж ныряет в тайник и ложится на дно. Они ведь не знают, что она здесь, а вот обо мне, к сожалению, знают. Так что, «то, что я делаю сегодня, неизмеримо лучше всего, что я когда-либо делал…»[21]

– Не играй в благородство, дорогой, это тебе не идет. Мы соединим оба плана. Если… Нет, когда они придут искать кого-то из вас или обоих, вы вместе нырнете в тайник и пробудете там столько, сколько потребуется. Дни… Недели. Словом, сколько нужно.

– Нет, – покачал головой Джордж, – это не для меня. Сыро. Вредно для здоровья.

– И потом, – вмешался Жан, – я обещал Мардж, что буду защищать ее от Джорджа. Какой смысл спасать ей жизнь, если ты отдашь ее в лапы этого сексуально озабоченного французишки?

– Не слушай его, милая. Моя единственная слабость – алкоголь.

– Крошка, ты нуждаешься в защите от Джорджа?

Я честно ответила, что скорее Джорджу может понадобиться защита от меня, но не уточнила, в каком плане.

– Что же касается твоих жалоб на сырость, Джордж, то в норе та же влажность, что и во всем доме, вполне комфортные сорок пять процентов – я так и планировала. Полиции мы тебя не отдадим, даже если понадобится для этого связать тебя и запихнуть туда силой. – Жанет повернулась ко мне. – Идем со мной, дорогая. Мы совершим небольшую прогулку. Или, скорее, заплыв. – Она отвела меня в мою комнату и взяла в руки мою сумку. – Что у тебя здесь?

– Ничего особенного. Смена белья, носки, паспорт. Бесполезная кредитка, немного наличных, удостоверение личности, блокнот… Весь мой багаж остался в порту.

– Это хорошо, потому что все, что может на тебя вывести, мы оставим в моей комнате, – у нас с тобой примерно один и тот же размер. – Она открыла ящик комода и достала пластиковый конверт, прикрепленный к поясу. Обычный дамский кошелек на поясе – я его сразу узнала, хотя никогда такой ерундой не пользовалась. Для моей работы не годится, слишком очевидно. – Положи сюда все, с чем ты не хочешь расстаться, и надень пояс на себя… Да, застегни его как следует, потому что ты вся вымокнешь. Волосы не боишься мочить?

– Господи, нет, конечно! Я и феном-то никогда не пользуюсь – просто вытираю их полотенцем или отряхиваюсь. Или просто не обращаю внимания.

– Отлично. Клади все в кошелек, надевай пояс и снимай с себя всю одежду – незачем ее мочить. Впрочем, если явятся жандармы, тебе все равно придется быстро нырнуть, шмотки вымокнут, но ты высушишь их в норе.

Через несколько секунд мы были в ее огромной ванной, на мне был только водонепроницаемый пояс с деньгами, на ней – одна улыбка.

– Дорогая, – сказала она, – посмотри под сиденье на той стороне, – и указала на противоположный конец ванны-бассейна.

– Ничего не вижу, – сказала я, пристально вглядевшись в поверхность воды.

– Я специально так рассчитала. Вода чистая, и ты можешь разглядывать все дно сколько угодно. Но в единственном месте, откуда можно заглянуть под сиденье, свет лампы отражается от поверхности воды и бьет прямо в глаза. Под сиденьем небольшой туннель. Ты его не увидишь, как бы ты ни старалась, но, если залезешь в воду, можно его нащупать. Он чуть меньше метра шириной, полметра в высоту и метров шесть в длину. Ты не боишься закрытого пространства? Клаустрофобия или что-нибудь в этом роде?

– Нет.

– Это хорошо. Потому что единственный способ попасть в нору – это вдохнуть поглубже, нырнуть и проплыть весь туннель. Это не так уж трудно, на дне его встроены специальные уступы, от которых можно отталкиваться… Но главное – не сомневаться, что он не слишком длинный, чтобы ты на одном дыхании добралась до того места, где можно встать и оказаться в воздухе. Сначала там будет темно, но свет быстро включится сам – выключатель сработает от твоего тепла. Для начала, пожалуй, я нырну первая. Ты готова?

– Думаю, да.

– Пошли. – Жанет встала на ближайшее сиденье, потом на дно бассейна. Вода доставала ей чуть выше талии. – Делаем глубокий вдох! – Она вдохнула, улыбнулась мне и нырнула под мраморное сиденье.

Я вошла в воду, провентилировала легкие и последовала за ней. Найти туннель на ощупь не составило труда, двигаться по нему было легко, а уступы на дне еще больше облегчали путешествие, но все равно мне показалось, что там гораздо больше шести метров.

Неожиданно впереди меня зажегся свет, я доплыла до него и поднялась на ноги. Жанет протянула мне руку, помогла выбраться из воды, и я очутилась в крохотной комнатке – от бетонного пола до потолка было не больше двух метров… Уютнее, чем в могиле, конечно, но… ненамного.

– Повернись, дорогая. Нам сюда.

«Сюда» скрывалось за тяжелой стальной дверью, она была расположена высоко над полом, под самым потолком. Жанет открыла ее, мы проникли внутрь, усевшись на порог, а потом перекинув ноги на другую сторону. Жанет потянула дверь за собой, и она со вздохом закрылась, словно дверь сейфа.

– Дверь герметичная, под избыточным давлением, – объяснила Жанет. – Если бомба разорвется поблизости, взрывная волна выплеснет всю воду из туннеля сюда, но дверь ее остановит. Ну конечно, при прямом попадании… Впрочем, прямого попадания мы не заметим, так что я на него не рассчитывала. Осваивайся, чувствуй себя как дома, а я поищу полотенце.

Мы очутились в длинной узкой комнате под сводчатым потолком. Справа у стены стояли двухъярусные кровати, стол со стульями, а над ним терминал компьютера, в дальнем конце – крохотная кухонька и дверь в ванную или душевую. Жанет зашла за эту дверь и тут же вышла с большим полотенцем.

– Постой спокойно и не вертись, пока мамуля тебя не вытрет, – сказала она. – Фенов здесь нет, я постаралась обойтись минимумом автоматики. Зато вполне функционально.

Она вытерла меня насухо, а потом за полотенце взялась я и «поработала» над ней – с большим удовольствием, должна признаться, ибо Жанет была красивым экземпляром человеческой породы. В конце концов она сказала:

– Хватит, крошка. Теперь давай-ка я устрою тебе небольшую экскурсию: вряд ли ты полезешь сюда еще раз, разве что тебе понадобится убежище… и ты можешь оказаться здесь совсем одна. Да-да, это очень даже возможно, и тогда твоя жизнь будет зависеть от того, насколько хорошо ты изучишь это место. Итак, первое: видишь книжку, висящую на цепи, над столом? Это книга с инструкциями и инвентарными списками, и цепочка здесь вовсе не ради шутки. С этой книжкой тебе не нужны никакие экскурсии – в ней все. Где аспирин, где аммонал, где яблочный соус – там все указано.