Firefly. Поколения - Тим Леббон

– Если ты про человека, который там, внутри, то это потому, что он в анабиозе, – сказала Зои.

– Спит?

– Крепко спит.

– О нет, – сказала Ривер и снова улыбнулась. – Не думаю, что он вообще спал.

Она сделала шаг вперед и прижала ладони к металлу. Мэлу показалось, что дверь изменилась, стала светлее, более очевидной, словно за ней находился источник яркого света.

– Мы хотим просто собрать какое-нибудь добро и свалить, – сказал Мэл. – Я не знаю, кто он, но пусть им занимается Альянс, это его дело.

– И мое тоже, – сказала Ривер и постучала пальцем по виску. – Я вся изломанная, искореженная, а он, возможно, меня выпрямит. А может, я выпрямлю его.

– Кто он? – спросила Зои.

– Когда-то его звали Сайлас. Но имена – это очень личное. Они – окно в душу, двери, ведущие внутрь, и, возможно, он давным-давно изменил свое имя. Но он мне все расскажет.

Ривер провела ладонями по двери, чтобы сосредоточиться, опустила голову, и волосы закрыли ее лицо. Мэл нервно следил за ней, прислушиваясь, не доносятся ли звуки приближающихся беспилотников. Он верил, что Уош предупредит его, если увидит что-то на экранах, но пока что он хотел действовать как можно тише. Происходящее пугало и завораживало его. Что-то в Ривер – и в спящем человеке, которого они видели в комнате за этой дверью, – заставляло давно умерший корабль ожить.

С тихим щелчком замок открылся, и дверь снова скользнула в стену. Туман окружил Ривер, на миг уменьшил ее, сделал почти прозрачной, словно она не вполне принадлежала этому миру. Мэлу иногда казалось, что так оно и есть. Да, она точно ясновидящая и обладала великой мудростью, которой лишь изредка могла воспользоваться. Так и не примирившись с тем, кем она стала, с тем, что с ней сделали, она летала с ними на «Серенити», но по большей части, казалось, путешествовала сама по себе.

Туман почти рассеялся, но, когда Ривер уже собралась идти дальше, Мэл схватил ее за руку.

– Там опасно! – сказал он.

– Если ты со мной, то нет, – ответила Ривер и, высвободившись, зашла в комнату.

Мэл и Зои заглянули внутрь.

На платформе в центре комнаты лежала треснувшая крышка камеры. Человек внутри камеры сидел и смотрел прямо перед собой. Из его рта медленно и размеренно вылетали облачка пара. Его глаза были открыты, но лицо казалось бесстрастным. Его руки свисали по бокам от тела, а ладоней не было видно. К его голове, горлу и груди по-прежнему тянулись трубки и провода. «Как долго будет просыпаться тот, кто так долго спал?» – подумал Мэл.

– Прекрасно, – сказала Ривер.

Она пошла к нему, и не успели Мэл и Зои отреагировать, как она уже стояла у платформы и смотрела снизу вверх на человека.

Словно не замечая их присутствия, он медленно поднял руки и начал отделять провода и трубки от своего тела, чуть вздрагивая, когда они вылезали из вен в предплечьях и разрезах в его теле. Он со щелчком отсоединил несколько интерфейсов от портов в голове – там, где вокруг этих дополнений выросла ярко-красная ткань. При каждом отключении наружу вылетала струйка прозрачной вязкой жидкости. Вырвав последний провод из горла, человек встал, слегка покачиваясь, ногой отшвырнул от себя переплетенные кабели и трубки и протянул руки к потолку. Словно мертвец, снова обретающий жизнь, он стонал, изгибался, вставал на цыпочки, и каждый изгиб и поворот сопровождались щелканьем и хрустом костей. Узловатые мускулы обнаженных рук и ног поблескивали. Он был похож на дикого зверя, который прихорашивается и готовится к прыжку. Затем он замер и уставился вперед; он, похоже, все еще не замечал, что за ним наблюдают. Либо не замечал, либо ему было все равно.

«Столько времени прошло, а он все равно так силен», – подумал Мэл, но вдруг спокойствие и размеренность в движениях человека исчезли. Его кисти задрожали, затем дрожь распространилась на предплечья и плечи, туловище и голову. Он решил присесть, но оступился и упал боком на открытую крышку камеры. С нее он соскользнул на платформу, а затем с грохотом свалился с платформы на пол, ударившись плечом и бедром. Он сжался в комок, закрывая рот рукой. Его глаза распахнулись.

Ривер опустилась на колени рядом с ним. Мэл положил руку на рукоять пистолета.

– Я пела тебе, – сказала она. – Ты слышал?

Мужчина не ответил. Он смотрел куда-то вдаль. Возможно, он все еще был погружен в сны, которые преследовали его. Что Альянс делает с таким человеком в этой дыре? Почему они приложили столько усилий, чтобы привезти его сюда?

Что произойдет сейчас, когда он проснулся?

Мэл не убирал руку с рукояти и был готов в любой момент выхватить пистолет из кобуры. Он видел, что Зои тоже настороже. Если этот человек хоть в чем-то похож на Ривер, то после анабиоза его реакции будут в лучшем случае непредсказуемыми.

Его голова была выбрита по бокам, и Мэл разглядел на ней ряды отверстий, которые тянулись от ушей к лопаткам. Похожие раны также виднелись на его шее и на висках.

– Это от криокамеры? – спросила Зои.

– По-моему, нет, – ответил Мэл.

– Они похожи на незажившие раны.

– Нет, это что-то другое. От криокамеры, да, но не только. Его держали под замком.

– Но теперь он на свободе.

Мужчина не реагировал ни на их голоса, ни на голос Ривер. Она что-то негромко говорила ему, а он только дрожал, словно от холода, и все так же смотрел в пустоту. Мэл не знал, на что тот смотрит, но надеялся, что сам никогда это не увидит.

– Уош? – спросил Мэл. – Доложи, что там с «разрушителем» Альянса.

– Приближается, но осторожно. Советую вам бросить все дела и возвращаться на «Серенити». Мы припарковались очень неплохо, и я выключил все, кроме жизненно необходимых систем, так что мы не шумим, и их датчики не должны нас засечь. Но когда они подойдут поближе, то сразу нас увидят.

– Оставайся на связи.

Мэл нахмурился и посмотрел на Зои.

– У нас мало времени, – сказала она. – Ривер!

Ривер не обернулась и не ответила.

– Ривер, нам нужно уходить. Он может пойти…

– Эй! Притормози! – воскликнул Мэл.

Зои подняла руки вверх, без слов спрашивая его, что еще они могут сделать.

– У нас и так уже есть два человека, которых выслеживает Альянс, – сказал он.

– Одним больше, одним меньше, – возразила Зои.

– Об этом одном мы абсолютно ничего не знаем. А чужак мне на корабле не нужен.

«Особенно такой, кто чужой нам во всем, – подумал он. – Нет, ни за что».

– Сай… – с трудом произнес человек. Его глотка содрогалась, словно он пытался что-то выдавить из себя. – Сай… Сайлас. Я – Сайлас.

В его широко раскрытых глазах был страх, но Мэл заметил что-то еще: человек бросал взгляды то вправо, то влево и быстро моргал, словно осматривая и анализируя все, что находится вокруг. Это заставило Мэла задуматься.