Ястребы войны - Грант Блэквуд

– Не беда. За свою жизнь я научился тому, что здоровая подозрительность к чужакам зачастую вполне оправданна. Я лично предпочитаю людям собак. – Он похлопал по боку Кейна, устроившегося рядом.

Опускаясь на софу, Беа чуть улыбнулась, но Такер заметил тревожную морщинку, залегшую у нее меж бровей.

– Значит, вы друг Сэнди? – спросила она.

– Познакомились в Форт-Беннинге, но я не общался с нею несколько лет. Мне позвонила Джейн. Решила, что я могу помочь.

– Джейн – славная девочка, – кивнула Беа, поднимая взгляд на Такера; тревожная морщина стала еще глубже. – Думаете, сумеете сыскать Сэнди?

– Попытаюсь.

– Я вам верю, но беспокоюсь. Она всегда звонит. Не проходит пары дней, чтоб она мне не позвонила. Плюс в последние пару месяцев держалась как-то странно.

– Как это?

Женщина потерла ладони в нескрываемой тревоге:

– Вроде как ушла в себя, а это на нее не похоже. Сэнди всегда была щебетунья… А в последний раз, как наведалась, недели три тому, спрашивала, не спрошал ли тут кто про нее.

– А были такие?

– Тут – нет. А ежели б были в поселке, я бы про то слыхала.

Такер уселся поглубже в кресло, пытаясь составить себе полную картину жизни Сэнди.

– А вам известно, чем она занималась в Рэдстоуне, над каким проектом работала?

– Наверняка что-то секретное, – покачала головой Беа. – Никогда не сказывала, я уж знаю, что и спрашивать не стоит. Как я разумею, это что-то про компьютеры, математику и все такое. Она всегда была умным ребенком.

Такер кивнул:

– А она не упоминала никаких имен, друзей, с которыми работала?

– Только одну. Деваху по имени Нора Фрейкс. Сэнди она нравится. Даже привозила ее сюда на обед несколько раз. Славная деваха. Малость чересчур бойкая, но все одно славная.

Такер расслышал трепет в голосе женщины, проблеск беспокойства во взгляде, когда она сверкнула глазами в сторону окна. Должно быть, Нора Фрейкс была для Сэнди чуток ближе, чем просто подруга, но Беа не собиралась признаваться в этом перед относительно чужим человеком в доме.

Уэйн решил сменить тему на менее щекотливую:

– Расскажите мне о Сэнди. Как она заинтересовалась математикой и компьютерами?

– Я же говорю, она была умным ребенком, – снова засветилась улыбка Беа. – Но в начальной школе она не блистала. Да и в средней. Но вот когда пошла в девятый класс, вот тогда учитель математики ей понравился. Не успела я оглянуться, а она уже занимается алгеброй, высшей математикой, тригонометрией, вычислительной математикой. Она прям расцвела – доска отличников, лучший выпускник, полная стипендия в Массачусетском технологическом от ВВС, куда она и пошла после окончания.

– Похоже, она нашла свою нишу.

– Вот уж взаправду. Если б не тот учитель математики, она, наверно, была бы официанткой с дитем на руках. А наместо того провела шесть лет в ВВС. А когда ушла, делала чего-то в Вашингтоне – по-моему, вместе с Джейн.

Такер кивнул, вспомнив, что Джейн говорила ему, что они обе работали вместе в округе Колумбия.

– А потом Сэнди нашла эту работу в Рэдстоуне, – продолжала Беа. – По-моему, просто, чтоб быть ко мне поближе. Видеть ее рядом – просто благословение Господне.

– И в последний раз вы виделись чуть больше трех недель назад…

– Это верно.

Такер ощутил, что собеседница колеблется, не решаясь или не желая говорить о последнем визите дочери.

Она о чем-то умалчивает.

Уэйн вспомнил комментарий Фрэнка о том, что эти горцы блюдут свои секреты, испытывая прирожденное недоверие к чужакам. Надо как-то взломать лед.

Потянувшись к карману, он безмолвно просигнализировал Кейну:

«ПОДРУЖИСЬ».

Встав, пес подошел к софе и положил морду рядом с левым коленом Беа. Та с улыбкой почесала его за ухом, отчего хвост Кейна замахал энергичнее, постепенно вовлекая в это движение все ляжки. Такер знал, что Кейн вовсе не прикидывается. Для Уэйна язык тела овчарки был открытой книгой. Пес питал к Беа инстинктивную симпатию, а та со своим пунктиком на собаках отвечала ему взаимностью.

Беа похлопала по диванной подушке рядом с собой. Вспрыгнув туда, Кейн свернулся рядом с ней калачиком.

– Он прелесть, – вполголоса проронила она.

– И у него хорошее чутье на людей, – подавшись вперед, Такер пододвинул фотографию, взятую у Джейн, где они все в обнимку лыбились, как придурки. – Как и у Сэнди.

Взяв фото, Беа провела пальцем по чертам дочери.

– Она тут совсем молоденькая.

– Как и все мы, – так же печально усмехнулся Такер. – Даже мой пес Кейн, вот тут.

Беа прищурилась, глядя на пару военных собак, присевших у их ног на фото.

– Это Кейн?

– Когда он был…

Беа вдруг выпрямилась, уставившись на Такера во все глаза:

– Так вы тот солдат с двумя собаками.

Ее реакция ошарашила Такера.

– Помню, Сэнди рассказывала о вас, но, стало быть, я забыла ваше имя. И все ж таки помню рассказы Сэнди. Про вас, про Кейна и другую собаку…

– Абеля, – дрогнувшим голосом подсказал Такер.

При упоминании имени однопометника Кейн приподнял голову, тихонько заскулив. Беа опустила руку, чтобы утешить пса.

– Верно. Кейн и Абель[17]. – Она поглядела на распятье над телевизором. – Совсем как в Библии.

Такер кивнул, на минутку лишившись дара речи.

– Я знаю о вашей утрате, – протянув руку, коснулась его колена Беа. – Об этом Сэнди мне тоже рассказала. Искренне сочувствую.

Уэйн сглотнул, стараясь не дать темным воспоминаниям захлестнуть себя.

Надо сосредоточиться на цели приезда.

– Сп… спасибо, – пробормотал он и откашлялся. – Послушайте, миз Конлон…

– Пожалуйста, зовите меня просто Беа.

Он кивнул:

– Беа, если Сэнди могла здесь что-то оставить, что-то такое, что поможет разобраться в случившемся или понять, над чем она работала, я должен это знать.

Беа не колебалась ни секунды. Просто встала и сказала:

– Ждите здесь.

Она удалилась по лестнице наверх и вернулась минуту спустя, неся USB-накопитель из нержавеющей стали размером с большой палец Такера – крупнее, чем он когда-либо видел, и без какой-либо маркировки.

– Сэнди сказала, что, если с ней что-нибудь случится, я должна отдать это тому, кому доверяю, – и отдала флешку Такеру. – Моя дочь любила вас всех. Сразу было видно, коли она про вас говорила.