Братья по разуму - Олег Дивов

– Да, шлемы – не решение вопроса, – кивнул Королев. – Излучение психотронных генераторов, как известно, воздействует на весь организм. На московском Объекте шлемы применялись только для коротких перебежек из здания в здание. Минута-две максимум. А в зданиях были стационарные экраны. Если эта штука в Каледине – полноценный Объект…

– В общем, ребята просто не успеют, – сказал Дядя.

– А если послать сенсов? – спросил Вестгейт. – Как я понял из справки, которую мне передали, на Службе есть сенсы. Логично предположить, что они в состоянии экранироваться от таких излучений.

Игорь посмотрел на Вестгейта с определенным уважением. «Быстро ты ориентируешься, братец, – подумал он. – Экий гибкий, однако! Как сказали тебе – «прими за рабочую версию» – так ты по ней и чешешь. А ведь минуту назад сам признавался, что во все это не веришь… Опасный ты противник, братец. Одно слово – русский шпион».

– К сожалению, здесь нужны не просто сенсы. – Дядя вздохнул. – Нужны люди с очень специфической энергетикой, дорогой Алекс. И единственный такой человек, до которого мы в состоянии дотянуться, – форсированный экстрасенс по прозвищу Волк.

– Когда ситуация прояснится? – спросил Игорь. – Когда мы будем знать, что обязательно должны идти к Волку?

– Лететь, – поправил Дядя. – Думаю, часов через десять. Около четырех утра завтрашнего дня мы обязаны будем принять решение. И у вас останется не больше суток на то, чтобы выработать тактику. Потому что если мы не вернем город к нормальной жизни через два-три дня… Мне подумать страшно, что будет.

– Как вы справлялись до сих пор? – поинтересовался Вестгейт.

– Врали, – коротко ответил Дядя.

– Какая-то легенда?

– Минимум двадцать легенд. Город небольшой, но он имеет устоявшиеся торговые связи, там выпускают комплектующие для разных изделий… Хорошо еще, через него не проходит серьезных транспортных артерий. Иначе уже сейчас в стране поднялась бы паника. Но нам и так приходится туго. Мы за несколько часов создали в информационном пространстве второй Каледин. Который вяло отбрехивается от всех, кто звонит и спрашивает, что случилось, где деньги и тому подобное. Проще всего с родственниками жителей. Для них просто обрыв на линии, и все. Типа столбы повалило, а кабель бульдозер переехал. Но уже завтра придется запускать легенду для информационных агентств. Они пока не пронюхали ничего, но это ненадолго.

– Что ж, – сказал Игорь. – Остается только сказать вам спасибо за щедрость, с которой вы отпускаете нам сутки на подготовку.

– Нам очень нужен Волк, – ответил Дядя.

– Неужели никто больше не может?.. – пробормотал Вестгейт.

– Их было пятеро, – сказал Королев. – Один точно мог. Его фамилия Костенко. По слухам, он сейчас живет где-то там… – Королев ткнул пальцем в потолок. – Второй, тот самый Ларин, скорее всего тоже мог. Во всяком случае, он был уверен, что сможет. Пропал без вести. Мы уверены, что погиб. Третий помер от рака, это Малышев такой, физик, в Америке жил. Черт его знает, мог или нет. Но потенциально – да. Четвертый, то есть четвертая, спилась до смерти. С ней вообще непонятно. А пятый – Волк.

– И он может?..

– Теоретически – да. Мы полагаем, что он психотронному воздействию не поддается вообще. То есть если он захочет, то сможет пробыть на территории Объекта достаточно большой срок. Сколько именно, мы опять-таки не знаем. Ларин тоже не собирался особо задерживаться на московском Объекте. Но он добыл аэрофотосъемку и знал, куда идти. А у нас даже этого нет. Может, будет, если оперативники локализуют Объект в Каледине, прежде чем станут вовсе счастливы. А может, и не будет. И придется идти в город наобум, и там уже, на месте, «нюхать», как это сенсы называют.

– Только не спрашивайте меня, ребята, что случится, если мы не справимся, – попросил Дядя. – Я сам расскажу. Поднимется такой тарарам, что самым умным решением будет сбросить на город бомбу.

– Сколько там народу? – спросил Игорь.

– Где-то под сто пятьдесят тысяч, – сказал Королев. – И пока мы не закрыли дороги, успело еще понаехать… Точную цифру выяснить невозможно.

– И на хрена им собственный Объект? – задумался Игорь вслух. – Чей это город, а?

– Сейчас он сам по себе. А в прошлом веке это был город Министерства общего машиностроения. Может быть, поэтому он у нас выпал из общей картины. Мы в свое время захватили документацию Проекта и разнесли все генераторы на мелкие кусочки. А этот злосчастный Каледин… Вот мы вроде бы Служба, а всего только и удалось выяснить, что раньше там танки делали. Действительно – на хрена им Объект?

– Почему мы так мало знаем о психотронном оружии? – спросил Игорь. – Или это мне так кажется?

– Нет, – помотал головой Дядя. – Не кажется. Это такая поганая традиция. После нештатной ситуации – уничтожать архивы. А в деле с Объектами архивы были уничтожены дважды. Сначала, когда Костенко остановил психотеррор, потом – когда Охотники Ларина рванули Объект в Москве и психотроника была объявлена вне закона. Всех, кто занимался изысканиями в этой области, даже чистой наукой, так вздрючили, что мало не показалось.

– А ведь тогда в Москве снова появлялся Костенко… – вспомнил Игорь. – А он якобы был психократ.

– Да, он играл людьми как куклами, – кивнул Дядя. – Я тоже об этом думал. Он запросто мог внушить кому следует, что архивы нужно сжечь. Особенно техническую документацию. Уж кто-кто, а он психотронику люто ненавидел.

– Откровенно говоря, – признался Вестгейт, – я все еще, господа, не вошел в тему как следует. Далека она от меня. Извините. Я всегда считал психотронику наполовину шарлатанством. Если бы не дело Ларина… Но все равно это какая-то фантастика.

– Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, – промычал Королев. – Это излюбленное направление русской технической мысли.

– Да уж, – хмыкнул Дядя. – Машины хорошие делать до сих пор не научились. А водку и оружие – пожалуйста.

– У нас еще женщины красивые, – добавил Игорь.

– Точно, – улыбнулся Вестгейт. – Таких больше нигде нет.

– А ты не женат?

– Нет, Игорь, не женат.

– Ну, найдешь себе здесь…

– Да я же улетаю сразу, как только закончим…

– Успеем! – пообещал Игорь.

– Вы ему не верьте, Алекс, – посоветовал Королев. – У него репутация бабника, но это все враки. Так же, как и его имидж пьяницы.

– Я сообщил вам сейчас то, что вы передадите Волку, – сказал Дядя. – Все материалы, которые вы получите для работы, ему не нужны. Они нужны только вам, и только для того, чтобы вы смогли представить себе проблему во всей ее глубине. А она очень глубока, не сомневайтесь. Кризис, с которым мы столкнулись, был заложен больше пятидесяти лет назад. Это наше наследие, и никуда от него не деться. Вопросы есть?

– Есть, – кивнул Вестгейт. – Где мы найдем Волка?