Аптекарь - Дмитрий Чайка

слабеют, когда отходят от места своей силы, а потому не могут удаляться от него уж очень сильно. Несколько километров, и все, батарейка закончилась.

Весь двор замка закрыт сверху решеткой, а окошки в башнях узенькие, словно бойницы. Скорее всего, это бойницы и есть. И да, они тоже перекрыты решетками, вмазанными в стену. В общем, дело плохо. Если я будущий граф Монтекристо, то из этого замка Иф мне не сбежать. У меня ложек не хватит, чтобы процарапать бетон. А через двор не уйти. Я успел повернуться и увидеть, что здесь даже ворот двое. Внутренние ворота снаружи прикрывает мощная башня-барбакан.

— А у нас тут джазовые фестивали проводили, — хмыкнул я. — И детские спектакли.

Длинные коридоры с тусклой лампочкой под потолком, мало людей и внушающие уважение двери. Навряд ли его высочество изволят в этих покоях проживать. Оне, наверное, в донжоне квартируют. Там особенно мощная сфера стоит. Не иначе, самолично оттуда работает. А здесь, наверное, его служба безопасности сидит. По крайней мере, тип, напротив которого меня усадили за стол, никем иным быть не может. Только вот он маг первой ступени, пустоцвет, как их называют. Огонек в груди слабенький, похожий на клубок искр, и тоненькие оранжевые ниточки тянутся по всему телу. Да ведь это он шокером сработал, — догадался я.

— Имя, фамилия, — рявкнул он.

— Вольт, — покорно ответил я. — Фамилии нет. Без нее обхожусь.

— Адрес, место работы!

— Живу на Баррикадной, дом пятьдесят один, квартира сто пятнадцать, — торопливо сказал я, понимая, что задержка с ответом может слегка проредить мой жевательный аппарат. — Работаю в аптеке, фармацевтом. Баррикадная тридцать один. Телефон 2−14–41. Я на этой неделе выходной. Там сейчас сменщица моя. Валентина Тулубаева. У нее можете спросить. Она подтвердит.

— Снага — фармацевт? — изумленно посмотрел на меня безопасник. — Что заканчивал?

— Медучилище в Липецке, — ответил я. — Прошел по квоте.

— Умный, да? — он смотрел на меня не мигая. — Знаешь, почему ты здесь?

— Я здесь по беспределу, — ответил я. — Похищение в земском городе — это преступление.

Зря я это сказал. Мужичок, хоть и худой, но удар у него хорошо поставлен. Я лежу на полу, чувствую, как на затылке наливается могучая шишка, и разглядываю хоровод звезд, вращающихся вокруг моей головы. Это был небольшой тест, и его результаты подтвердили мои худшие догадки. В этом мире я полное говно, а если буду выделываться, то поеду на тот берег, в гости к тамошней живности.

— Итак, — не меняясь в лице, спросил он. — Знаешь, почему ты здесь?

— Начинаю догадываться, — я потрогал скулу. — Из-за Маринки. А что она, стерва, не сказала, что у нее мужик есть? И что он ревнивый? Я бы к ней и на выстрел не подошел. На хрен мне такие прибамбасы. Баб что ли мало на Чижовке! Я бы к другой подкатил.

— Ты с ней раньше встречался? — он сверлил меня суровым взглядом.

— Да попытался как-то, — ответил я, — но меня тамошняя гопота отметелила. Они тоже беспредельщики… Ой, прощения прошу! Я не хотел!

— Книги твои? — он с выражением полнейшего недоумения на лице перелистывал учебники, задерживаясь взглядом на мудреных таблицах и диаграммах.

— Ну да, — ответил я. — Я же дипломированный специалист. Вот, уровень повышаю.

— Кто. Ты. Такой. — раздельно произнося каждое слово, спросил особист. — Откуда знаешь авалонский язык? Почему так разговариваешь? Даю тебе тридцать секунд, а потом перейду к иным методам допроса. Это тебе для разминки.

Алая молния сорвалась с пальцев мага и вонзилась в предплечье. Сначала я почувствовал лишь толчок, словно кто-то со всей силы ударил кузнечным молотом. А потом пришла боль. Она не жгла, она рвала мышцы изнутри, заставляя каждое волокно кричать от нестерпимого жара. Пальцы свело судорогой, рука дернулась в бессильной попытке сбросить невидимые тиски, но ток уже расползался выше, к плечу, к груди, заставляя сердце пропускать удары. Я попытался вдохнуть, но легкие отказались слушаться, а единственным звуком, вырвавшимся наружу, был короткий, сдавленный хрип. Колени подогнулись, и мир качнулся, расплываясь в белых всполохах, которые плясали перед глазами. Последним, что я видел перед тем, как сознание начало гаснуть, стал портрет его высочества на стене, покрашенной масляной краской.

— Ну что, осознал всю печаль своего положения? — услышал я голос из какой-то бесконечной дали.

— Ага! — ответил я, понемногу приходя в себя. — Да что же вы, мужчина, так нехорошо поступаете? Я и сам все хотел рассказать. Без утайки.

— Для экономии времени, — скучным голосом ответил тот. — Такие, как ты, начинают врать, потому что считают себя очень умными, а всех остальных дураками. Так вот, чмо зеленое, я тебя разочарую. Это ни разу не так. Единственный дурак в этой комнате — это ты. Клади руку на этот шар и рассказывай. Если увижу вранье, получишь еще один разряд, но уже посерьезней. Начинай.

Он придвинул ко мне тускло мерцающий каменный шар на подставке. Я положил на него левую руку, и татау на ней тут же начала пульсировать. Мертвый холодный камень окутался голубоватым свечением и резко потеплел. Наверное, это артефакт, что-то вроде детектора лжи.

— Я попаданец, — осторожно начал я, подбирая каждое слово. — Провалился в этот гребаный мир чуть больше недели назад. Тут довольно неплохо, только я пока не понимаю ни хрена. Да и опасно здесь. Почти сразу под налет цапель попал. А авалонский — это английский из моего мира. Я его там учил. Маринке я просто хотел вдуть, потому что она девка красивая. Работаю в аптеке. Никем не завербован, потому что конторских ненавижу. Гниды вы все как один.

— Вон оно что! — опять удивился особист, не обращая ни малейшего внимания на нелестную характеристику своей породы. — Попаданец, значит. Зверь редкий, но не слишком. Встречал парочку. Один раз гламурная телка из Москвы попала в самку тролля. Она себя в зеркале увидела и такое устроила… Пришлось тогда опричный полк в ружье поднимать. Еле угомонили ее. Два танка потеряли и три БМП. День Победы когда у вас?

— Девятого мая.

— Ясно, — кивнул он и задумался. — Да, это многое объясняет. Поговорим?

Он мурыжил меня еще несколько часов, порой задавая такие вопросы, на которые я отвечать не хотел. Например, в какой позе я имел Ингу. И вот зачем ему это? Но увы, не получив ответа, он меня снова бил током, после чего я уже рассказывал ему все, что знал, все, что не знал и даже то, что уже давно забыл. Но во всем этом и немалый плюс нашелся. Оказывается, биткойны у меня на