Клуб мертвых - Шарлин Харрис

как можно дольше, я сосредоточилась на том, чтобы молчать, пока со мной не заговорят, не ронять кусочки пищи на свое платье и следить за манерами. Конечно, я наслаждалась происходящим, но мне не хотелось, чтобы Алсид стыдился моего общества, даже если я с ним ненадолго.

Алсид забрал счет до того, как я потянулась к нему, и хмуро взглянул на меня, когда я открыла рот, чтобы возразить. В конце концов, я слегка наклонила голову. Несмотря на молчаливую стычку, я обратила внимание, что Алсид оставил щедрые чаевые. Еще один плюс в его копилку. Сказать по правде, он и так производил неправдоподобно хорошее впечатление. Я почти вибрировала в ожидании, что он скажет или сделает что-то плохое.

Когда мы вернулись к машине Алсида, он снова помог мне забраться на сиденье – я была уверена, что ему понравился сам процесс. Мы оба были тихими и задумчивыми.

– За ужином ты по большей части молчала, – сказал он. – Тебе не понравилось?

– Нет, очень понравилось. Мне просто показалось, что для громких высказываний момент не слишком подходящий.

– Как тебе Джек О'Мэлли? – О'Мэлли, мужчина лет шестидесяти с широкими седыми бровями, стоял у нашего столика и разговаривал с Алсидом больше пяти минут, время от времени поглядывая на мою грудь.

– Думаю, он планирует поиметь тебя по полной программе.

Повезло, что мы еще не выехали с парковки. Алсид зажег верхний свет и посмотрел на меня. Его лицо приобрело мрачное выражение.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он.

– Он хочет занизить стоимость твоих услуг при следующем заказе. Ему известны твои расценки, потому что он подкупил одну из твоих сотрудниц, Томасину или вроде того. А еще…

– Что?

Я порадовалась тому, что обогреватель в машине работает на полную. Ярость оборотня ощущалась в воздухе. Я так надеялась, что мне не придется объясняться с Алсидом. Так приятно было оставаться неузнанной.

– Что ты такое? – спросил он, не давая мне увильнуть от ответа.

– Телепат, – пробормотала я.

В машине повисло долгое молчание. Алсид переваривал новость.

– А что-нибудь хорошее ты услышала? – наконец спросил он.

– Конечно. Миссис О'Мэлли мечтает тебя объездить, – ответила я, широко улыбаясь. Мне пришлось напомнить себе, что волосы трогать не стоит.

– По-твоему, это хорошо?

– Сравнительно, – сказала я. – Лучше, когда тебя имеют в постели, а не в бизнесе. – Миссис О'Мэлли была лет на двадцать моложе своего мужа и заботилась о себе больше, чем любая моя знакомая. Готова поспорить, она перед сном брови причесывала.

Он покачал головой. Я не могла понять, о чем он думает.

– Что насчет меня? Ты читаешь мои мысли?

Ну вот.

– С перевертышами все непросто, – сказала я. – Я не могу прочитать конкретные мысли, но улавливаю настроение, намерения или вроде того. Наверное, если бы ты послал мне четкую мысль, я бы услышала. Хочешь попробовать? Подумай о чем-нибудь.

«На посуде, которой я пользуюсь, орнамент из желтых роз».

– Я бы не сказала, что это розы, – осторожно проговорила я. – По-моему, больше похоже на циннии.

Я почувствовала его настороженность – он закрывался от меня. Я вздохнула. Как всегда, все как всегда. Мне было немного больно, потому что Алсид мне нравился.

– Но просто взять и услышать, о чем ты думаешь, я вряд ли смогу, – сказала я. – С оборотнями и перевертышами это не работает так, как с людьми.

С некоторыми сверхъестественными существами мне было достаточно легко, но я не видела необходимости рассказывать об этом сейчас.

– Слава богу.

– О? – игриво спросила я, надеясь развеять часть напряжения. – Боишься, что я услышу что-то конкретное?

Алсид ухмыльнулся мне, прежде чем погасить верхний свет и выехать с парковки.

– Не обращай внимания, – сказал он почти легкомысленно. – Не обращай внимания. Значит, сегодня ты планируешь читать мысли людей, разыскивая зацепки относительно своего вампира?

– Точно. Я не могу читать мысли вампиров, они как будто не излучают никаких волн. Насколько я все это понимаю. Я не знаю, как у меня это получается и есть ли моим способностям научное объяснение. – Не то чтобы я лгала: сознания немертвых были действительно нечитаемы, если забыть о кратких вспышках, которые я время от времени улавливала. Нельзя сказать, что это было полезно. К тому же я никому об этом не рассказывала – если бы вампиры подумали, что я могу читать их мысли, даже Билл не спас бы меня. Может, не стал бы и пытаться.

Каждый раз, когда я на секунду забывала о том, что наши отношения совершенно изменились, вспоминать было больно.

– У тебя есть план?

– Я рассчитываю на людей, которые встречаются с местными вампирами или прислуживают им. В конце концов, похитителями были люди. Они проделали это днем. По крайней мере, так доложили Эрику.

– Надо было раньше тебя расспросить, – сказал он, похоже, самому себе. – Просто на случай, если я услышу что-то… обычным способом, ушами… Возможно, тебе стоит просветить меня.

Пока мы ехали – Алсид сказал, что в сторону старой железнодорожной станции, – я коротко ввела его в курс дела. Краем глаза я заметила табличку с названием улицы: «Эмити». Мы подъехали к навесу, натянутому над пустынным тротуаром. Мы находились в наполовину заброшенной части центра Джексона. Пространство под навесом заливал холодный и яркий свет. Почему-то этот отрезок тротуара казался ужасно зловещим, особенно с учетом того, что сама улица тонула во мраке. По спине побежали мурашки. Я чувствовала, как мне не хочется останавливаться рядом с этим навесом.

Я сказала себе, что это нелепое чувство. Это просто тротуар, просто кусок цемента. Никаких чудовищ. После пяти, когда офисы закрывались, центр пустел, это было нормально. Я готова была поспорить, что большинство тротуаров в Миссисипи были такими же пустыми в этот холодный декабрьский вечер.

Но в воздухе висело ощущение угрозы, какой-то настороженности с оттенком злобы. Глаза, следившие за нами, были невидимы, но они все равно следили. Когда Алсид выбрался из машины и обошел ее, чтобы помочь мне, я заметила, что ключи он оставил в замке зажигания. Я опустила ноги и положила ладони на плечи Алсида. Длинный шелковый палантин мягко обнимал меня, бахрома трепетала на холодном ветру. Я оттолкнулась от сиденья, Алсид подхватил меня, и я оказалась на тротуаре.

Пикап отъехал.

Я бросила взгляд на Алсида, чтобы понять, удивлен ли он – но нет, Алсид выглядел вполне спокойным.

– Машины, припаркованные перед зданием, привлекут слишком много ненужного внимания посторонних, – сказал он мне. Его голос тонул в плотной тишине, нависшей над этим тротуаром, освещенным холодным светом.

– Они здесь бывают? Посторонние? – спросила я, кивая на единственную железную дверь.