Одиночка. Том 6 - Дмитрий Лим

металла. Гулкая пустота недостроенных стен как-то успокаивала после кухонного безумия. Я пытался сосредоточиться на чертежах в планшете, но мозг упорно возвращался к Алине, к её «гвардии», к этому сюрреалистическому ощущению, что жизнь превратилась в плохо прописанную игру.

Рядом, опираясь на арматурный прут и с видом знатока осматривая перекрытия, маячила Капризова. На ней была обычная рабочая одежда, но даже в застиранной толстовке и потёртых джинсах она смотрелась так, будто сошла со съёмочной площадки какого-нибудь дерзкого архитектурного блога.

Со мной был и её «знакомый» — Игорь Потомака, тот самый магический танк. Он прибыл, как и договаривались ранее, «напоминать о договоре». Только теперь все договоры летели в тартарары.

— Вот и каркас пошёл, — философски заметила Катя, пнув бетонный блок носком ботинка. — Скоро и крышу начнём. А ты, я смотрю, уже и свитой обзаводишься. Сеньор.

Я фыркнул, но ответить не успел. Игорь, кряхтя, присел на корточки, чтобы получше рассмотреть схему фундамента, а потом поднял на меня честные, немного усталые глаза.

— Ну что, Саш, — начал он без предисловий. — Я понимаю, что договора между нами нет и не будет… но всё же… Зачистка сегодня, ближе к ночи. А-ранг. Ты же не откажешься поддержать старых друзей?

В его тоне не было давления, лишь деловая констатация. Ветер гулял по пустым проёмам будущих окон, и я почувствовал странную лёгкость. Ту самую, что приходит, когда с плеч сваливается гиря условностей.

— Игорь, — сказал я, откладывая планшет. — Был договор. Между Владимиром Войновым, частным лицом, и твоим кланом. Так?

Он кивнул, насторожившись.

— Так вот, — продолжил я, — Войнова больше нет, как ты знаешь. Понимаешь разницу? Тот парень, который мог тебе помогать за спасибо и приятную сумму, умер. Я же ничем тебе не обязан. У меня нет с тобой договора. Есть только память о том, что ты не сволочь и в бою надёжен. Но память — не контракт.

Потомака замер. Его добродушное лицо стало серьёзным, глаза сузились, оценивая. Он молча переварил сказанное. Потом он медленно выдохнул, и в уголке его губ дрогнула усмешка.

— Понял. Значит, так. Разговора не будет. — Он встал, отряхнул ладони о брюки. — Жаль. Твоё присутствие на А-ранге сильно бы упростило задачу. Без охотника твоего уровня риск потерь возрастает.

— Я и не пойду, — честно сказал я. — Хоть и хочу. Слишком много глаз сейчас смотрит в мою сторону. И слишком много дерьма в моей собственной голове.

— Что ж, — Игорь развёл руками, принимая правила игры. — Тогда, может, кого-нибудь из своих новоиспечённых выделишь? Слышал, у тебя теперь целая гвардия образуется. Хоть пару человек для поддержки. Мы бы закрыли слабые места.

Я посмотрел на Катю. Она наблюдала за нами, скрестив руки на груди, с тем самым выражением лица, которое я уже окрестил «опять эти ваши разломы». Но в её глазах читался интерес. Практический, деловой. Ей нужно было проверить свои силы после лишения системы.

— Ладно, — согласился я. — Катя с тобой пойдёт. Ей нужна практика. И ещё двоих своих выделю. Тоже В-ранг, но обстрелянные, из гвардии. С ними шансы у тебя вырастут.

Игорь явно обрадовался, но старался этого не показывать. Просто согласно крякнул.

— Спасибо, Саш. Выручил. Цена?

Тут я не удержался и позволил себе улыбнуться. Та самая лёгкость — знание, что ты больше не в клетке старых обязательств, — делала свое дело.

— Ну, раз уж я тебе не друг по старой памяти, а деловой партнёр, — начал я, глядя куда-то вдаль, на серое небо над стройкой, — то и считать будем по-деловому. Мои люди — мой ресурс. Риск — тоже мой. За их работу, за их безопасность, за то, что ты получаешь сбалансированную группу и повышаешь шансы на успех… Я думаю, пятьдесят процентов от чистого дохода с данжа — справедливо.

Катя тихо фыркнула. Игорь закатил глаза так, будто я попросил у него почку.

— Пятьдесят? Саш, да ты что! Это грабёж средь бела дня! Обычная ставка найма — двадцать, максимум — тридцать!

— Обычная ставка — когда нанимаешь наёмников, — парировал я спокойно. — А у тебя будет не просто наёмная сила, Игорь. У тебя будет личная гвардия главы рода Громовых. Это не только про урон и хил. Это про престиж, про доверие, про то, что за моими людьми стою я. И если с ними что-то случится из-за твоей ошибки, то следующий разговор у нас с тобой будет уже не о процентах. Так что пятьдесят — это я ещё по дружбе скидку даю.

Мы помолчали. Ветер свистел в арматуре. Игорь почесал затылок, потом тяжело вздохнул, но в его глазах я увидел не злость, а уважение. Он понимал игру. Понимал, что прежние правила кончились.

— Ладно, чёрт с тобой, — буркнул он. — Пятьдесят так пятьдесят. Но отчёт — детальный. И если там артефакт уникальный выпадет…

— Обсудим отдельно, — кивнул я. — Дай знать своему старосте, Катя свяжет тебя с моими людьми. Координаты, время — всё уточните.

Потомака кивнул, уже доставая телефон, чтобы что-то уточнить у своих. Я же отвернулся и сделал несколько шагов к краю площадки. Незаметно проверил через телефон статус его клана.

Статистика открытая, если знать. Картинка вырисовывалась неплохая: низкий уровень потерь, стабильный доход с рейдов, хорошая динамика роста рангов у основных бойцов. Никаких громких скандалов, никаких подозрительных сливов ресурсов. Пока что, во всяком случае.

«Молодец, — подумал я. — Держится на плаву без подлых интриг. На одной честной силе и расчёте. Возможно, у него будет будущее».

А будущее, как выяснилось, было сейчас дефицитным товаром.

Ко мне подошла Катя, встала рядом, следя за моим взглядом.

— Пятьдесят процентов — это жестоко, — заметила она беззлобно. — Потомака — мои друзья.

— Это реализм, — пожал я плечами. — Он заплатит безропотно. Потому что теперь я не просто сильный одиночка, которого можно позвать «на помощь». Я — фактор. И платить фактору надо дорого.

— И ты правда отпустишь меня с ними? — спросила она, и в её голосе прозвучала не неуверенность, а любопытство.

— Тебе надо размяться, понять, насколько сильно ты изменилась, — ответил я. — Да и посмотришь, что это за народ такой, моя новая «гвардия». На месте разберешься, кто чего стоит. Только смотри — вернись в целости. Мне потом с Игорем