Сад принцессы Сульдрун - Джек Холбрук Вэнс

служивший мажордомом в Родниковой Сени с тех пор, когда Эйлас еще не родился.

– Добро пожаловать домой, сэр Эйлас! – сказал мажордом.

– Спасибо, Вейр. – Эйлас обнял его. – На протяжении последних двух лет я часто мечтал здесь оказаться.

– У нас все по-прежнему, только с нами больше нет великодушного сэра Осперо, в замке тихо и одиноко. Я брожу и вспоминаю старые добрые дни, когда и вы, и сэр Осперо еще не уехали в Домрейс. – Вейр отступил на шаг и пригляделся к лицу Эйласа: – Вы уехали еще почти мальчиком, беззаботным, пригожим и веселым, без тяжелых мыслей.

– А теперь? Говори правду, Вейр, я постарел.

Мажордом чуть задумался, выбирая слова:

– Вы остались храбрым молодцем – но в вас появилось что-то темное. Боюсь, вам пришлось пережить много горя.

– Верно, но я вернулся, горе осталось позади.

– Хотелось бы надеяться, сэр Эйлас!

Эйлас снова обнял его:

– Познакомься, вот мой друг, благородный Шимрод, надеюсь, он часто будет нашим гостем и согласится гостить подолгу.

– Рад с вами познакомиться, сэр. Я размещу вас в Голубой гостиной, с прекрасным видом на озеро. Сэр Эйлас, я подумал, что сегодня вы могли бы предпочесть Красную гостиную. Вряд ли вы пожелаете ночевать в своих прежних комнатах или в апартаментах сэра Осперо – по меньшей мере, не сразу по приезде.

– Ты совершенно прав, Вейр! Ты разбираешься в том, что мне нужно, и всегда был ко мне очень добр.

– Вы всегда вызывали расположение окружающих, сэр Эйлас.

Через час Эйлас и Шимрод вышли прогуляться по террасе; солнце заходило за далекие холмы. Вейр принес каменный кувшин:

– Наше собственное вино, «Сан-Сью», вам оно так нравилось. В этом году мы закупорили восемьдесят шесть бочонков. Не стану подавать ореховое печенье – Флора не хочет, чтобы вы потеряли аппетит перед ужином.

– Надеюсь, она не готовит пир горой?

– Всего лишь несколько ваших любимых блюд.

Вейр удалился. Эйлас откинулся на спинку кресла:

– Я царствую уже неделю. Я говорил и слушал с утра до вечера. Я посвятил Каргуса и Ейна в рыцари и наделил их поместьями. Я послал людей за Эйирме и ее родней, чтобы она прожила остаток дней в покое и ни в чем не нуждалась. Я проинспектировал верфи, арсеналы и бараки. Благодаря людям, руководящим моей разведкой, я узнал уйму секретов и откровений, от которых до сих пор голова идет кругом. Я узнал, в частности, что король Казмир строит корабли в сухопутных доках, поодаль от берегов. Он надеется сформировать флот из сотни галер и вторгнуться в Тройсинет. Король Гранис собирался высадить армию на Прощальном мысу и захватить Трембланс до самого Троага. Он мог бы добиться успеха – Казмир не ожидал такой смелой вылазки; его шпионы заметили нашу флотилию, и Казмир поспешил с армией к Прощальному мысу, но разведчики предупредили Граниса о маневре Казмира и вторжение не состоялось.

– По-видимому, военные действия во многом зависят от шпионов.

Эйлас согласился с тем, что дело, вероятно, обстояло именно так:

– В общем и в целом преимущество на нашей стороне. Наши атакующие силы не понесли никакого урона, а новые катапульты позволяют метать снаряды на триста ярдов. Поэтому Казмир постоянно хватается то за одно, то за другое – наши десантные суда постоянно готовы к отплытию, а шпионы не успеют предупредить Казмира вовремя.

– Вы намерены с ним воевать?

Эйлас смотрел куда-то поверх озера:

– Иногда мне удается забыть на час-другой, что со мной сделал Казмир. Но только на пару часов.

– Казмир все еще не знает, кто отец его внука?

– Ему известно только имя, записанное жрецом, – если он потрудился поинтересоваться. Казмир считает, что я сгнил на дне темницы. В один прекрасный день ему придется удостовериться в обратном… А вот и Вейр, нас зовут ужинать!

За столом Эйлас сидел в кресле своего отца, а Шимрод занял место напротив. Вейр подал прудовую форель и болотную утку с салатом из замкового огорода. За вином с орехами, вытянув ноги к огню, Эйлас заметил:

– Я часто думаю о Карфилиоте. Он еще не знает, что Друн – мой сын.

– Сложное дело! – вздохнул Шимрод. – В конечном счете во всем виноват Тамурелло – он хотел нанести ущерб мне, чтобы досадить Мургену. Он заставил ведьму Меланкте обворожить меня, чтобы я погиб или навсегда остался в Айрерли – в потустороннем мире – и чтобы Карфилиот украл у меня магические инструменты и справочники.

– Мурген ничего не сделает, чтобы вернуть вам похищенное?

– Только если Тамурелло первый сделает свой ход.

– Но Тамурелло уже сделал ход!

– Не своей рукой.

– Тогда следует спровоцировать Тамурелло, чтобы его замыслы можно было однозначно приписать ему.

– Это легче сказать, чем сделать. Тамурелло очень осторожен.

– Недостаточно осторожен. Он упустил возможность ситуации, позволяющей мне воздать по заслугам и Казмиру, и Карфилиоту.

Шимрод задумался:

– Я вас не понял.

– Мой прадед Хельм приходился братом Лафингу, герцогу Южной Ульфляндии. Из Оэльдеса сообщают, что слабоумный король Квильси умер – захлебнулся в собственной ванне. Казмир еще не понял, что таким образом я – прямой наследник трона Южной Ульфляндии. А я намерен отстаивать свои претензии на этот трон самым решительным и бесцеремонным образом. Затем, будучи законным сюзереном моего вассала, герцога Карфилиота, я потребую, чтобы он явился ко мне из Тинцин-Фюраля, чтобы принести клятву верности.

– А если он откажется?

– Тогда мы осадим Тинцин-Фюраль.

– Говорят, это неприступная крепость.

– Говорят. Неудача ска только подтвердила это.

– Почему вы думаете, что вам будет сопутствовать удача?

Эйлас бросил в огонь пригоршню ореховых скорлупок:

– Я буду действовать в качестве правомочного государя. Посредники Исса будут только приветствовать мои маневры; ульфляндские бароны тоже ненавидят Карфилиота. Мне мог бы воспрепятствовать только Казмир, но он не легок на подъем и мы рассчитываем застать его врасплох.

– Вам удалось застать врасплох меня, а это не всем удается. Казмир в опасности!

– Надеюсь. Наши корабли готовы отчалить; тем временем мы распространяем ложную информацию к сведению шпионов. Казмира ждет неприятный сюрприз.

Глава 30

Король Лионесса Казмир, никогда не удовлетворявшийся полумерами, завел шпионов по всему Тройсинету, в том числе в замке Миральдра. Он справедливо допускал, что тройские шпионы следят за его действиями столь же внимательно; поэтому, когда один из его секретных агентов должен был сообщить ему те или иные сведения, Казмир принимал меры предосторожности с тем, чтобы личность агента оставалась неизвестной.

Информация передавалась различными способами. Однажды утром, за завтраком, король Казмир обнаружил небольшой белый камешек рядом со своей тарелкой. Не говоря ни слова, Казмир