Сад принцессы Сульдрун - Джек Холбрук Вэнс

сути дела, говорил он себе, никогда еще он не наблюдал столь бесцельного, дурацкого времяпровождения. Он плохо выспался и ничего не ел со вчерашнего вечера, что не способствовало исправлению настроения.

Рядом прошел переодетый перепелом торговец пирожками; Карфилиот приобрел расстегай с потрохами, уплатив серебряной пуговицей своего жилета. Он принялся жевать расстегай, стоя у входа в гостиницу и бросая надменные и презрительные взгляды на разнузданную толпу.

Шайка молодых людей не преминула заметить неприязненное выражение на лице герцога и окружила его:

– Эй, ты! Сегодня карнавал! Почему ты не веселишься, а торчишь как пугало огородное?

Другой заорал:

– Смотрите! У него нет плюмажа! Даже хвостовых перьев нет? На фестивале их обязан носить каждый!

– Правила нужно соблюдать! – заключил третий. – Давай-ка этим займемся! – Заступив Карфилиоту за спину, он попытался заткнуть за пояс герцогу длинное белое гусиное перо. Карфилиот, не терпевший фамильярностей, оттолкнул юнца.

Приятелей обиженного молодого человека это только подзадорило; началась потасовка, сопровождавшаяся оскорбительными выкриками, проклятиями и ударами.

С площади раздался суровый окрик:

– Это еще что такое? Прекратить безобразие! – Проезжая мимо в украшенной трепещущими перьями карете, сумасшедший король Дьюэль собственной персоной приказал остановиться, чтобы навести порядок.

Один из молодых проказников закричал:

– Этот бродяга, одетый как палач, сам во всем виноват! Он отказывается носить хвостовые перья! Мы хотели ему пособить, ссылаясь на указ вашего величества, а он заявил, что все эти перья следует засунуть вашему величеству в задницу!

Король Дьюэль обратил внимание на Карфилиота:

– Он употребил такое выражение? Это невежливо. Нам известны, однако, средства, прививающие должное почтение к царственным особам. Стража! Ко мне!

Карфилиота схватили и перегнули через скамью. В его штанах сзади вырезали большую дыру, и ему в ягодицы воткнули десятки перьев всевозможных размеров и самой разнообразной расцветки, в том числе даже пару очень дорогих, страусовых. Наконечники перьев были заточены и зазубрены наподобие игл дикобраза, чтобы они не выпадали, причем, будучи воткнуты, перья поддерживали одно другое, и по завершении экзекуции плюмаж задорно торчал из задницы Карфилиота во всем великолепии.

– Превосходно! – захлопал в ладоши король Дьюэль. – Роскошный хвост, можешь им гордиться. А теперь ступай! Сегодня праздник – иди танцуй, веселись! Твоя внешность больше не оскорбляет взор.

Королевская карета тронулась и покатилась дальше. Критически рассмотрев Карфилиота, молодые люди согласились с тем, что плюмаж отвечал духу фестиваля, и тоже пошли своей дорогой.

Болезненно морщась на каждом шагу, Карфилиот вышел к перекрестку у окраины города. Надпись на заостренной доске, приколоченной к столбу, указывала направление на Аваллон.

Карфилиот ждал на перекрестке, выдирая по одному перья из задницы.

Из города выезжала телега; лошадью правила старая крестьянка. Подняв руку, герцог остановил телегу:

– Куда вы едете, бабушка?

– В деревню Фильстер, что в Берложьей Округе, если тебе хочется знать.

Карфилиот показал палец, украшенный кольцом:

– Посмотри внимательно на этот рубин!

Старуха пригляделась:

– Чудный самоцвет, горит красным пламенем! Когда такие камни лежат глубоко под землей, пока их еще никто не нашел, они, наверное, сами светятся в темноте?

– А теперь еще одно чудо: на этот рубин, хоть и небольшой, можно купить двадцать лошадей и телег, таких, как твоя.

Крестьянка моргнула:

– Что ж, придется поверить тебе на слово. Разве ты стал бы задерживать меня по дороге домой, чтобы рассказывать басни?

– Теперь слушай внимательно: я собираюсь предложить тебе сделку, но для того, чтобы понять мое предложение, его нужно выслушать до конца.

– Давай, говори! Я могу думать о трех вещах одновременно, и у меня даже голова не болит.

– Мне нужно добраться до Аваллона. У меня болят ноги; я не могу идти или сидеть на лошади. Я хотел бы доехать до Аваллона в твоей телеге. Если ты привезешь меня в Аваллон, я подарю тебе кольцо с рубином.

Старуха подняла указательный палец:

– У меня предложение еще лучше! Мы поедем в Фильстер, где мой сын Раффин положит на телегу мягкую подстилку из соломы и отвезет тебя в Аваллон. Чтобы за моей спиной никто не шептался и не хихикал.

– Это меня вполне устроит.

Увидев гостиницу «Кот-рыболов», Карфилиот спрыгнул с телеги и отдал кольцо с рубином Раффину, который тут же уехал.

Герцог зашел в вестибюль гостиницы. За стойкой стоял громадный увалень на две головы выше Карфилиота, с громадной красной рожей и громадным пузом, покоившимся на стойке. Он смотрел на вошедшего сверху вниз глазками, напоминавшими серые окатыши:

– Что вам угодно?

– Я хотел бы встретиться с Ругхальтом – человеком с больными коленями. По его словам, вы должны знать, где его можно найти.

Тучному великану не нравились манеры Карфилиота. Он отвернулся и некоторое время стучал пальцами по стойке, после чего резко сказал:

– Ругхальт скоро придет.

– Как скоро?

– Через полчаса.

– Я подожду. Я заметил у вас в кухне куриц на рашпилях. Принесите мне жареную курицу, ломоть свежего хлеба и флягу доброго вина.

– Платите вперед.

– Заплачу, когда придет Ругхальт.

– Значит, я подам курицу, когда придет Ругхальт.

Карфилиот бешено отвернулся, бормоча ругательства; великан продолжал смотреть на него сверху с недружелюбным безразличием.

Карфилиот уселся на скамью перед гостиницей. Наконец, осторожно переставляя ноги и время от времени шипя от боли, показался Ругхальт. Герцог наблюдал за его приближением, слегка нахмурившись. На старом палаче был потертый серый сюртук педагога.

Карфилиот поднялся на ноги – удивленный Ругхальт замер:

– Что вы здесь делаете – и в таком виде?

– Меня сюда привели предательство и черная магия – что еще? Приведи меня в приличную гостиницу – эта годится только для кельтов и прокаженных.

Ругхальт дернул себя за подбородок:

– Лучшей гостиницей считается «Черный бык» у Большого выгона. Но там дерут втридорога; вам придется платить за ночлег серебром.

– У меня нет с собой никаких денег – ни серебра, ни золота. Ты должен предоставить мне средства, пока я не получу кредит.

Ругхальт поморщился:

– По сути дела, «Кот-рыболов» не так уж плох. Старина Герди производит неприятное впечатление только с первого взгляда.

– К дьяволу! Эта хибарка воняет гнилой капустой и дерьмом. Веди меня к «Черному быку».

– Ладно, ладно. Ох, мои бедные ноги! Долг призывает вас идти.

В гостинице «Черный бык» Карфилиот нашел помещение, отвечавшее его потребностям, хотя Ругхальт зажмурился, когда услышал, сколько придется платить за этот номер. Галантерейщик подыскал костюм, подобающий достоинству герцога; тем не менее, к вящему огорчению Ругхальта, Карфилиот отказался торговаться, и Ругхальту пришлось уплатить портному, медленно отсчитывая монеты дрожащими пальцами.

Карфилиот и Ругхальт уселись за столом перед входом в гостиницу, наблюдая за проходящими мимо обитателями столицы Даота. Ругхальт заказал две половинные кружки эля.

– Подождите-ка! –