Нефритовый город - Фонда Ли

– Уже… хватит… пойми…

Гонт с Силой поднял Хило и отшвырнул его на несколько метров. Хило врезался в асфальт и на этот раз уже не поднялся. Он лежал, как сломанная кукла, грудь едва приподнималась, из нее вырывалось хриплое дыхание с кровавыми пузырями. Когда Гонт вытащил саблю, Хило дернул головой и выкрикнул:

– Давай!

Анден побежал. Никто из Зеленых Костей не обращал на него внимания. Он ведь всего лишь студент-подросток, просто свидетель событий, никто не заметил на нем оружия и не почувствовал нефритовую ауру. Страх и тревога, которую они в нем Чуяли, выглядели вполне естественными. А теперь он помчался вперед, удары сердца отдавались в ушах, и бросился на распростертое окровавленное тело кузена.

– Энди, – прошептал Хило и протянул ему руку.

И Анден вырвал из-под его рукава длинную ленту нефрита и намотал ее на кулак.

Два дня назад Хило извлек из тела почти весь нефрит и вставил его в тонкий шнур, который намотал вокруг левого предплечья – эта рука не привлекала внимания во время драки на ножах. Он оставил нефрит только на ключицах, чтобы все видели, как обычно. Его аура не изменилась, он по-прежнему носил все свои камни на коже. Хило содрогнулся, когда у него вырвали нефрит.

Для Андена весь мир превратился в сгусток чистой энергии.

Он как будто вылетел за пределы собственного тела. Он был везде и нигде, он согнулся над кузеном и смотрел на себя и Гонта сверху, он был внутри всех людей вокруг, пульсировал в их крови. Его собственное тело стало странной комбинацией систем и частей – обвивающих кости мускулов, кожи, жидкостей, мозгового вещества – и все же он был больше этого, много больше. Он сам превратился в сгусток энергии, которой мог управлять по своей воле.

Он никогда не думал, что может существовать такая ясность, такой экстаз силы и ощущений.

Когда вчера вечером они репетировали, как это случится, Анден только хватался за спрятанный нефрит, но не срывал его с руки Хило полностью. Они не хотели рисковать, подвергая себя нефритовому приливу и ломке. И все равно Анден ощущал жжение от такого количества нефрита. Но с нынешними чувствами не сравнить.

– Не двигайся, пока не скажу, – прошептал Хило. – Если я умру раньше, чем тебя позову, у тебя еще есть шанс, но только если Гонт близко. Он должен быть близко.

И Гонт теперь был близко. Анден увидел, как он слегка споткнулся, не понимая, в чем дело. Хило хорошо постарался, чтобы Штырь смотрел на него, и только на него, настолько его разъярил, что тот позабыл обо всем другом и не оглянулся на Андена, даже в короткий миг между криком Хило и прыжком Андена. Сабля в руке Гонта опустилась, но с долей нерешительности, белый металл падал медленно, словно воздух стал густым как мед, и Андену захотелось рассмеяться, когда он понял – это не Гонт движется медленно, это замедлилось время в его восприятии.

Анден осязаемо чувствовал его ауру, будто мог схватить ее пальцами. Он поднял руку и ощутил мощнейший поток энергии, сжал его и погрузился в самую сердцевину. Гонт замер, а потом в его глазах появились понимание и тревога. Легендарная Броня залила его сверху донизу. Анден почувствовал, как поток его энергии отклоняют назад, как мощная аура Гонта бьется в защите. Анден поднялся с зажатым в кулаке шнуром с нефритом, по-прежнему протягивая к врагу руку, и толкнул ее вперед. Его Концентарация железным копьем разорвала оболочку Брони и натолкнулась на непробиваемую защиту, не в силах проникнуть глубже.

Гонт выпучил глаза. Сабля задрожала, как будто все тело дергается в конвульсиях. Кожу Андена защекотал внезапный прилив тепла. Изо рта и носа Гонта хлынула кровь, шок и паника усилили его Броню, и она стала неумолимо расширяться в сторону Андена. А он больше не мог дышать, напрягся с такой силой, что глаза и легкие вот-вот лопнут.

И в этот миг отчаянного равновесия Хило поднялся, движимый одной лишь железной силой воли, выхватил нож Гонта из ножен и погрузил его Штырю в бок. Гонт зарычал от боли.

– Помнишь? – прохрипел Хило. – Байцзен вернулся из мертвых, чтобы убить врага.

Хило рухнул на землю. Оставшиеся бойцы Горных бросились на помощь Штырю, чтобы порезать Андена и Хило на куски, но они опоздали. Вонзившийся в бок Гонта нож сделал свое дело. Внимание Гонта и его Броня на мгновение сбились, и Анден Сконцентрировался изо всех сил, его внутреннее напряжение наконец-то нашло выход и с резким толчком проникло в тело врага.

Сердце Гонта остановилось, легкие схлопнулись, артерии в мозгу взорвались. Не в силах воспротивиться жестокой ясности своего Чутья, Анден разделил ощущения смерти, каждый кошмарный толчок, разрывающий тело врага. Гонт умирал, Анден умирал вместе с ним. Когда Штырь рухнул, он упал вместе с ним, открыв рот, но не в состоянии произнести ни звука. И тогда на него обрушилась еще одна смертельная волна – отлив нефритовой энергии, как будто злобный бог Йофо закрутил ветер и бросил его выворачивающим землю тайфуном. Обратная энергия умирающего была столь же мощной, как и сам Гонт. Под черепом Андена взорвались тысячи звезд, полыхнув жаром и светом. Его голова откинулась назад, он закричал в ужасе и экстазе.

Он сгорал, под кожей все кипело, избыточная энергия рвалась наружу и не находила выхода. Бойцы Горных, кинувшиеся на него с занесенными клинками, были сосудами, куда он мог сбросить лишнюю Концентрацию. Выход, спасительный выход. Ему даже не понадобилось к ним прикасаться, это было не сложнее, чем лишить жизни мышь в клетке. Двоих он застал в прыжке. Они схватились за грудь, изумленно вытаращив глаза, клинки клацнули по асфальту. Анден смотрел на их смерть с удивительным равнодушием и жадной радостью.

Зеленые Кости попятились. Анден заметил их страх и услышал свой странный смех. Он был демоном – бледный подросток, чудовище, пьющее нефритовую энергию и убивающее. Что вырастет, если скрестить овцу и тигра, спрашивал Коул Сен. Нечто странное и ужасающее.

Анден дернулся и выгнул хребет. Он резко вскинул руки, растопырив пальцы, и выпустил волну Отражения, подкинувшую трех Горных в воздух, они упали и покатились. Затем покачиваясь поднялись и, тревожно оглядываясь, побежали прочь, а другие вслед за ними. Их шаги грохотали в ушах Андена.

Анден вынырнул в реальность, чувствуя себя так, словно в ужасе свернулся калачиком в самом темном уголке собственной личности. Хило неподвижно лежал рядом, из его ран текли кровь и жизнь. Анден должен… должен помочь… позвонить кому-нибудь. Он уставился на витки нефрита в кулаке и, собрав всю свою силу воли, как будто выковыривает собственный глаз, разжал пальцы и выпустил шнур. Он встал, сделал шаг, и тут весь мир покачнулся и почернел, и Анден без чувств осел на асфальт рядом с кузеном.

Очнулся Анден в больнице, из него торчали трубки, а рядом пищал аппарат. Голова была тяжелой и разрывалась, глаза с трудом открылись. Горло горело, а кожа ныла, все тело было покрыто ссадинами, больно было даже шевелиться на больничном матрасе. Он не сразу сообразил, почему здесь находится, а потом внезапно все вспомнил. Сердце в панике дернулось, он тут же покрылся потом.