Нефритовый город - Фонда Ли

– У тебя есть еще шанс подумать, – сказал Хило. – Как считаешь, ты сумеешь сделать то, о чем я прошу?

Анден кивнул. И внезапно понял, что это подлинный момент посвящения, к которому он шел всю свою жизнь. Колосс рассчитывает на него, и только на него, в самое трудное для клана время.

– Я тебя не подведу.

– Я знаю, Энди. – Хило на мгновение показал всю свою боль. – Нужно подготовиться к завтрашнему дню, но правильно. Я прошу тебя сделать это ради клана, ради меня, и тем самым ты станешь Зеленой Костью Равнинного клана. Церемония выпуска еще не состоялась, но ты прошел Испытания, а значит, можешь принести клятву. Ты знаешь ее наизусть, или мне произнести ее вместе с тобой?

– Я ее знаю, – ответил Анден.

Он опустился на колени перед кузеном и поднял сомкнутые ладони ко лбу. Его голос звучал громко и ровно.

– Клан – моя кровь, а Колосс – его повелитель. Меня избрали и учили нести дар богов ради блага и для защиты народа, против врагов клана, как бы они ни были сильны или многочисленны. Я вступаю в братство нефритовых воинов по собственной воле и всей душой, я буду называть их боевыми братьями. Если я когда-нибудь предам брата своего, то пусть умру от клинка. Если я когда-нибудь не приду на помощь брату моему, то пусть умру от клинка. Если я когда-нибудь буду искать выгоду за спиной брата моего, то пусть умру от клинка. Перед лицом всех небесных богов клянусь в этом. Клянусь честью, жизнью и нефритом.

Анден прикоснулся лбом к полу у ног Хило.

Хило поднял Андена и обнял его.

– Брат, – сказал он.

В конце первого дня года Хило и Анден въехали в Доки и незадолго до заката без каких-либо происшествий прибыли к дверям «Двойной удачи». Хило посадил за руль Андена.

– Хочу быть уверен, что ты не разобьешь мою машину на обратном пути, – сказал он.

Лан когда-то учил Андена водить на одном из старых семейных автомобилей, и он нервничал за рулем роскошной машины кузена, так что вел огромный седан как старую даму, и Хило его постоянно поддразнивал:

– «Княгиня Прайза» – это же зверь на колесах, а ты ведешь ее как трехколесный велосипед.

– Ты мог бы посадить за руль Кена или Тара, – возмутился Анден.

– Не мог. Сам видел, как они вчера были расстроены.

Их уже ждали. Медленное приближение «Княгини» заметили и доложили о ней еще задолго до въезда в Доки, так что когда они остановились перед «Двойной удачей» и Анден выключил двигатель, Хило увидел, что на парковке нет машин клиентов. Лишь в стороне стояло несколько больших черных машин вроде ZT «Храбрый» Гонта, а перед входом в ресторан толпились Горные.

Хило посидел с минуту в машине. Он Чуял нетерпение людей снаружи и безжалостную ауру Гонта Аша, валуном перекатывающуюся внутри «Двойной удачи» в сторону выхода. А яснее всего – страх кузена и колотящееся сердце Андена. Хило с удовлетворением отметил, что на лице Андена этот страх не отражается. Хило положил руку на плечо Андену и не снимал несколько секунд, а потом вышел из машины. Он снял пиджак и положил его на пассажирское сиденье, потом закрыл дверь и зашагал к толпе врагов. Через мгновение он Почуял и услышал, что Анден идет в двадцати шагах позади, его сердце по-прежнему громко колотилось.

Гонт Аш встал перед ним – в кожаном жилете и с саблей-полумесяцем за поясом, а по бокам от него с десяток воинов. Хило остановился, чуть не доходя до них. При всей взаимной ненависти, эти двое почти никогда не встречались и несколько долгих секунд изучали друг друга. Никто не говорил и не шевелился, все следили за этой встречей.

– Знаешь, а ведь это мой любимый ресторан, – наконец сказал Хило.

– И я понимаю почему, – прохрипел Гонт.

– Попробовал хрустящие шарики из кальмара?

– Ем их каждый день, – ответил Штырь Горных.

Хило прищурил левый глаз, его губы растянулись в напряженной улыбке.

– Завидую. – Он оглядел шеренгу закаленных бойцов Горного клана – наверняка кое-кто из них носил нефрит убитых Кулаков. – Ладно. Я здесь. Вы подло поступили с Эйтеном, говнюки. – Он плюнул под ноги. – Если бы мне бросили вызов на поединок на чистых клинках, я бы отнесся к вам с уважением. Но вы лишили воина достоинства, только чтобы привлечь мое внимание. Ну вот, вы его добились.

Гонт медленно двинулся вперед, как крадущийся лев.

– Если бы дело было в личной чести, Коул-цзен, – прорычал он, – мы двое давно бы уже дрались на чистых клинках. Но это война кланов. Мы Штыри и должны делать свою работу, ведь для нас на первом месте клан, разве не так? – Он обошел Хило кругом, оценивая его глубоко посаженными глазами. – Должен признать, я не ожидал, что ты придешь. Думал, мне придется прорубить к тебе путь через последнего воина Равнинных.

– Если ты еще хочешь поединка, то я готов сразиться прямо здесь и сейчас, – ответил Хило, тоже следуя за вражеским Штырем взглядом и Чутьем.

Гонт хохотнул.

– Я такого не предлагал. Я не настолько эгоистичен, чтобы рисковать исходом войны в поединке. – Он остановился перед Хило, широкие плечи отбрасывали длинную тень в пространстве между ними. – Мы оба знаем, что в конце концов Горные победят Равнинных. Так зачем твоим преданным сторонникам отдавать за тебя жизнь? Зачем заставлять страдать весь город, который мы оба так любим? На твоем месте я бы вспомнил о бескорыстном примере Байцзена.

Хило молчал. Его тело взял в тиски невидимый глазу спазм – он не хотел умирать. Он был готов, но не хотел. Он знал, что Гонт Чует бурю противоречивых эмоций, но Хило не пытался их скрыть.

– Ты дал мне определенные гарантии, – сказал он и кивнул в сторону Андена, стоящего чуть позади. – Мой кузен здесь, чтобы убедиться в их выполнении.

Гонт перевел взгляд на Андена и поманил его.

– Подойди, Анден Эмери.

Анден приблизился – спокойно, но явно неохотно. Гонт звал его все ближе и ближе, пока Штырь Горных не положил огромную мускулистую руку ему на плечо. Теперь они оба стояли перед Хило.

– Ты знаешь, какую роль должен сыграть в нашем соглашении с твоим кузеном?

– Он знает, – сказал Хило, при виде руки Гонта на плече Андена он стиснул челюсти. – Он будет свидетелем всего произошедшего. И привезет меня обратно семье, я хочу, чтобы меня вернули целиком и каждый нефритовый камешек остался на месте. Если Анден благополучно вернется и сообщит, что все прошло, как было обещано, мой Шелест сдастся вместе с кланом. Я поговорил со Штырем и написал Кулакам письма с приказом сложить клинки и принять ваши условия. Если ты честно соблюдешь условия сделки, она передаст письма адресатам. Если нет, все мои Кулаки и Пальцы будут сражаться до последнего, чтобы поставить Горных на колени. Вы уничтожите нас, но победа будет горькой. Ваш клан будет покалечен, а город лежать в руинах. – Хило говорил с абсолютной убежденностью, с уверенностью в каждом слове. – Мы оба знаем, что так и будет, но мы оба не эгоисты, Гонт-цзен. Вот почему я здесь стою.