Монстер Хантер Интернейшнл - Ларри Корейя

Костяной дротик пробил спину Эдварда, и тут же ещё один — его бедро. Орк потерял скорость. Я высадил магазин, один выстрел — один демон, но это было уже слишком мало и слишком поздно.

Эдвард сбросил монстра и встал над телом Скиппи. Он что-то гневно кричал волне противников, и отчаянно сражался, но та всё же захлестнула и смела и его.

Достойная смерть. Она принесла много чести клану.

Мы выбрались на возвышенность. Наше Аламо[93]. Наши Фермопилы. Шесть метров грязи и палок. Жалкая горстка выживших. Я слышал, как торжествует лорд Машаду.

Обречённые - крепкий орешек.

Крак! Бум! Выстрел из гранатомёта Холли разметал толпу бронированных монстров. Переломанные конечности и фрагменты брони разлетелись по сторонам.

- Получайте, сучьи выкормыши! - крикнула она, сбросила опустевший гранатомёт и потянулась в разгрузку за ручной гранатой. Выдернула чеку и метнула в противника не глядя. Враги сбились уже в такую кучу, что она могла даже не стараться. Над болотом встал новый фонтан ошмётков и оранжевой жижи.

Федерал отчаянно пытался втиснуться под корни дерева. Орда монстров выдернула его оттуда и разорвала на куски. Уже в агонии он дёрнул за спусковой крючок, и случайная пуля воткнулась между глаз Холли Ньюкастл, прокувыркалась через мозг и вылетела через новую дыру в основании черепа. Девушка погибла на месте.

Я стрелял в ближних демонов, и подстрелил очередную шуструю тварь на бегу. Джулия оставалась при мне, отчаянно пыталась встать и метнуть ещё одну гранату. В нашу сторону летела кислотная бомба, и я подстрелил её на лету, как глиняную тарелочку на стрельбище. Она расплескалась по головам и спинам тварей. Джулия принялась срывать и метать гранаты уже с моей разгрузки. Я продолжал стрелять.

Пока я перезаряжался, я разглядел Трипа. Он скорчился рядом, окровавленный, в отметках укусов, и бился в судорогах, пока яд не остановил его сердце. Я отчаянно закричал, переключился на автоматический огонь, и расстрелял последний магазин дробовика в толпу. Без патронов 12 калибра теперь у меня оставался только мой верный STI.

Сэм Хэвен ревел как берсерк и с двух рук вёл огонь из винтовок федералов. Вокруг него висело такое плотное облако стреляных гильз и мата, что оно совершенно точно могло достучаться прямо до небес и низвергнуть в небытие мирок-другой послабее. Замолчать его заставил только разрыв кислотной гранаты.

Харбингер выскочил из ниоткуда. Отбросил пустой «томми-ган» в сторону, достаточно сильно, чтобы расколоть голову очередного монстра.

- Джулия! - его глаза сверкали жёлтым огнём. Костяные иглы усеивали спину и бока Эрла. - Джулия!

Он выхватил револьвер, положил шестерых быстрее чем за секунду, и перезарядился в одном слитном движении. Он прорубался к нам, и откинул в сторону очередного демона голыми руками.

- Прости меня! - выкрикнул он, когда всё же прорвался через плотный строй монстров к нам.

- Не переживай, Эрл, - она слабо улыбнулась и метнула в толпу врага последнюю гранату. - Я всегда знала, что как-то так это всё и закончится.

Харбингер кивнул. Он пригнулся от удара хвостом, схватил демона за нижнюю челюсть, и вывернул её так резко, что сломал твари оба позвоночника. Отбросил тело назад в толпу и гневно взревел.

Фрэнкс выбрался к нам. Из его разбитого лица струилась кровь. Броня дымилась от кислоты. В его бицепсе застрял дротик. Он вырвал его, буднично и без эмоций, вместе с фонтанчиком крови.

- Умрём достойно, - он кивнул мне и достал свой «Глок». Последний из его людей в панике огляделся по сторонам, засунул ствол пистолета в рот и потянул за спусковой крючок. Фрэнкс скривился. - Это в смысле не вот так.

Он стрелял в толпу с нечеловеческой точностью.

Нас осталось четверо.

Лорд Машаду смеялся. Его физическое тело пребывало за сотни миль, но его дух, его присутствие, его сознание, были с нами. Он смеялся в триумфе. Он торжествовал. Его гордость распирало от победы над заклятыми врагами.

Мы отступили на самую вершину грязного холма по телам друзей. Рамка пистолета Фрэнкса встала на задержку. Он просто бросил магазин, прижал оружие искалеченной рукой, достал новый здоровой, перезарядился и продолжил огонь. Костяной дротик угодил ему в запястье и пробил до локтя, вскрыв предплечье, как рыбу на прилавке. Оружие выпало из покалеченной руки.

- Что ж, - вздохнул агент. Его руки болтались по сторонам тела, истекая кровью. Он без малейшего сомнения бросился навстречу орде, пнув и переломив одного монстра пинком на бегу, а другого ударив головой. Пнул ещё одного, но тут когти достали его бедро. Агент упал и скрылся под оранжевым валом тварей.

Я расстрелял магазин, и отправлял в ад по твари за каждый выстрел. Но с каждым убитым врагом новая дыра в небе выплёвывала пополнение.

- Извини, парень. Это конец.

Я перезарядился и продолжил стрелять. Джулия отбивалась рядом. У неё тоже остался только пистолет. Наши мгновения кончались. Кислота расплескалась совсем рядом, и нас обожгли капли. Я услышал нечеловеческий рёв. Харбингер голыми руками убивал монстров, ломал их кости и отбрасывал тела.

- Я люблю тебя, Джулия! - крикнул я, когда потянулся за новым магазином.

- Я люблю тебя, Оуэн, - призналась она.

Как всё-таки жаль, что в такой день я помру!

Демон выпрыгнул перед нами, распахнул мембрану на спине и метнул костяные дротики в Джулию. Я заслонил её собой. Инопланетные копья пробили броню точно в районе грудной клетки, прошли через сердце и вскрыли мышцы на спине. Невозможная боль пронзила меня насквозь. Я упал на колени и повалился на спину в грязь.

Я смотрел на Джулию, а моя кровь струилась на землю. Капли дождя разбивались об уже не мигающие глаза.

Глава 23

Мой труп лежал бездыханным на земле: ноги согнуты, руки по сторонам, инопланетный костяной дротик в груди и лужа крови вокруг.

Я стоял выше своего тела. Выше поля боя. Орда демонов штурмовала двух последних охотников. Мой дух скользил между очень неторопливыми каплями дождя. Время замедлилось, и последние секунды боя растянулись в целую вечность. Джулию от верной смерти отделяли считанные мгновения. Эрл Харбингер защищал её спину, покрытый ранами и усеянный костяными дротиками словно дикобраз — иголками. Из его бесчисленных ран текла кровь, но он продолжал сражаться за пределами любых человеческих возможностей.

Мордехай Бирейка стоял рядом. Я чувствовал его печаль.

— Извини, парень. Ты сражался отважно. Мир не видел охотника храбрее.

— И что теперь?

— Всё кончено.