Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Ли Юй задумалась, но уже через минуту начала рассказывать всё, что знала. По сути, ничего нового от неё я не услышал. Всё, что она рассказала, было в памяти моих предков, а с помощью родовой книги уже и в моей.

В Красноярск мы вернулись ближе к вечеру. Пока ехали, мы с Ли Юй полностью перевели руническую вязь на ларце. Я думал, что это будет очередной артефакт из комплекта «Единство стихий», но перевод говорил об обратном. Он вообще не сообщал, что находится внутри. Единственное, что я теперь точно знал, — это как его открыть, точнее, кто мог его открыть: демиург или архимаг. Ни тем, ни другим я не являлся в данный момент, и когда достигну такого уровня, я не знал. Было обидно, придётся спрятать ларец в родовом хранилище до лучших времён.

После ужина я сообщил Елене и Ли Юй, что завтра отправляюсь в родовое хранилище, а они должны заняться подготовкой к запуску строительства крепости.

На следующий день я забрал шкатулку с браслетами огня, входящими в комплект «Единство стихий», которую мне предстояло ещё открыть, и ларец из Сибирского разлома. Затем спустился вниз и сел в ожидавший меня автомобиль, принадлежащий отелю.

Водитель довёз меня до руин родового замка, и мы договорились, что я сообщу ему по амулету связи, когда меня нужно будет забрать, а пока он должен вернуться в отель.

Я дождался, пока он уедет, и пошёл в родовое хранилище.

Ларец я сразу убрал подальше, посмотрел на шкатулку и поставил её рядом с поножами земли и наручами воды. Тратить время на её открытие я не стал. Забрал из хранилища артефакт «Владыка леса» и в последний раз погулял по руинам замка, вспоминая своё детство, проведённое здесь. Я нисколько не жалел, что принял решение полностью снести остатки замка и построить новый. Он отжил своё время и был разрушен врагами рода. Цепляться за старое я не хотел.

Встав спиной к руинам, я влил в артефакт немного маны, и он открылся, явив мне небольшой жёлудь. На крышке с обратной стороны рунами было написано, что необходимо сделать дальше.

Я соединил стихии Воздуха, Воды, Земли и Духа, направив полученную энергию в жёлудь, и положил его на землю, отойдя подальше.

Долгое время ничего не происходило, и я уже было решил, что что-то сделал не так, как вдруг жёлудь лопнул, и из него полезли корни растения.

Это было дерево, которое выросло высотой до пяти метров, а потом началось преображение. Нижняя часть ствола раздвоилась, образуя ноги. Несколько крупных веток с каждой стороны срослись, добавляя дереву руки, а в центре проявилось лицо. Глаза открылись и уставились на меня.

— Ты не мой хозяин, — заговорило дерево грубым голосом.

Странно, но я его прекрасно понимал, хотя назвать его «грх-грах-грух» связной речью было затруднительно.

— Теперь твой. Кто ты? Ты понимаешь меня? — спросил я на русском, даже не пытаясь воспроизвести его язык.

Дерево на минуту задумалось, а потом, с трудом выговаривая русские слова, ответило:

— Понимаю. Я хранитель леса, а ты новый демиург растительного мира. Ты оживил меня и вложил частичку своей памяти. Но ты не мой хозяин, демиург.

— Это с какой стороны посмотреть, — задумчиво произнёс я. — С одной стороны, ты прав: изначально тебя создал другой, и ты считал его хозяином. С другой стороны, его теперь нет, а я оживил тебя и дал частичку своей памяти. Тем более, ты сам сказал, что я новый демиург растительного мира. А ты, — я посмотрел в глаза этому живому дереву, — всего лишь дерево, хоть и говорящее. Значит, теперь я твой хозяин.

— Я не дерево! Я хранитель леса! И ты не мой хозяин! — обиженно взревел хранитель и хотел было сделать шаг ко мне, но не смог.

— Что случилось? — спросил я спокойным голосом, смотря в глаза хранителю леса.

— Почему я не могу ходить? — удивлённо произнёс хранитель.

— Хм… Как бы тебе объяснить, — я сделал вид, что задумался. — Я же, когда оживлял тебя, для слияния четырёх стихий использовал свою энергию. А я хозяин своей энергии. Вот, смотри, что я умею, — у хранителя леса согнулись ноги, и он встал передо мной на колени.

— Хорошо, хорошо, я всё понял, демиург. Был неправ. Ну ты тоже меня пойми: столько лет прожить в виде семечка, — заговорил добродушным голосом хранитель.

— Ну вот и славно, а то я уж подумал, что ты совсем умом тронулся, и придётся тебя снова в жёлудь возвращать, — я улыбался, глядя на округлившиеся глаза хранителя леса.

— Что ты! Что ты, я же говорю, был неправ. Ну перегнул немного ветку, со всяким может случиться. Говори, чего делать-то надо? — расплылся в своеобразной улыбке хранитель.

— Значит так, сейчас аккуратненько, никого не калеча, выгоняешь из леса всех людей. Особо настырным, которые вдруг не захотят уходить сами, поможешь. Сколько ты можешь леса контролировать, тридцать километров в диаметре? — хранитель молча кивнул, и я продолжил. — После того, как выгонишь всех людей, создашь непроходимую чащу по всему периметру, так, чтобы даже особо настырный человек проникнуть не смог. Сможешь?

— Это я легко. Если всё, то я пошёл, — хранитель хотел встать, но не смог.

— Какой ты шустрый, — я улыбнулся. — Это не всё. Тебя убить-то могут?

Хранитель задумался. Я прямо чувствовал, как в его деревянной черепушке бегают мысли.

— Ну-у-у, — протянул хранитель. — Меня надо сжечь. Потом найти все жёлуди и тоже сжечь. А так, пережду опасность и снова вырасту.

— Ну и отлично. Будешь пока охранять территорию, без моего ведома никого не пускай. Ну что стоишь, беги давай, зайчик мой, — я улыбнулся.

— Я не зайчик, я хранитель леса, — насупилось дерево и встало с колен.

— Хранитель, хранитель. Иди работай, хранитель. Чтобы всё хорошо сделал, — я махнул рукой, чтобы он уходил.

Следующим моим этапом была тренировка создания порталов. Но раз за разом, создавая портал даже на близкое расстояние, он держался не больше секунды.

Я не мог понять, что делаю не так. Достал родовую книгу и снова погрузился в изучение памяти предков, но ничего нового не узнал.

Снова стал пробовать создать портал, но ничего не получалось.

Сзади послышался скрипучий смех, и я резко развернулся. Хранитель леса стоял вдалеке возле большой сосны и смеялся надо мной. Увидев, что я смотрю на него, он открыл портал, шагнул в него и исчез.

Я был настолько удивлён, что стоял с открытым ртом и смотрел на то место, где только что был хранитель леса.

— Извинишься за зайчика —