Земля в иллюминаторе - Юрий Иванович

Возле одного из таких въездов Хоссе и остановился, не доехав какой-то десяток метров. Заглушил мотор и, повернувшись к Марии всем корпусом, взял ее руки в свои.

– Дорогая, у меня к тебе есть один важнейший для меня вопрос. – Руки его еле заметно дрожали, а лоб, несмотря на прохладу от работающего кондиционера, покрылся маленькими бисеринками пота.

– Я слушаю, – она попыталась подбадривающе улыбнуться.

– Я хочу представить тебя как мою будущую жену. И поэтому хочу спросить, согласна ли ты выйти за меня замуж?

Мария-Изабель уже примерно знала и предчувствовала этот вопрос. Ее сердце и разум вместе с женской интуицией предполагали подобное. Но все равно – это было неожиданно! Ее даже затошнило: внутри все сжалось, спирая дыхание не то от счастья, не то еще от чего-либо, а на глазах выступили непроизвольные, никогда ранее не позволяемые слезы.

Хоссе не выдержал затянувшейся паузы и еще больше занервничал:

– Может… я, что-то… не так?

Мария справилась со своим дыханием и, глубоко вздохнув, сказала сквозь слезы тихим голосом:

– Нет, нет, дорогой! Все хорошо! Просто все так слишком хорошо, что мне не верится! – она смахнула выступившие слезы и увидела лицо Хоссе, выражавшее ожидание, смятение и даже смущение.

– Конечно, я согласна!

Выражение лица Хоссе моментально прояснилось, а глаза прямо-таки засияли от счастья.

– Ура! – с шумом выдохнул он из себя и бросился целовать свою возлюбленную в руки, плечи, шею, щеки, губы, глаза, короче, всюду, куда могли достать его горячие ищущие губы. Мария стала игриво уклоняться, посмеиваясь от удовольствия. Потом у нее вырвалось:

– Можно подумать, ты не знал, что я соглашусь!

– Но, дорогая! – он вмиг посерьезнел, простучал себя легонько по голове. – Одно дело знать! – потом вздохнул, хватаясь двумя руками за сердце. – А совсем другое – делать предложение! Знаешь, как это страшно? – он даже сделал огромные глаза, как бы показывая степень своего испуга.

– Не знаю, не знаю! – засмеялась Мария. – Но догадываюсь! Поэтому в награду за твою смелость награждаю тебя одним поцелуем! – и подставила губки.

– Всего лишь одним?! – капризно возмутился Хоссе.

Она невинно отвела глазки в сторону и промурлыкала:

– Но я ведь ничего не сказала о его продолжительности.

– А-га! – сообразил он, воодушевляясь и притягивая ее к себе поближе. – Тогда приступим!

Поцелуй был очень сладким и очень долгим. И продолжался бы, пожалуй, до бесконечности, если бы не звонкий детский крик, раздавшийся сверху, со стороны мощного каменного забора, обрамляющего усадьбу:

– Дядя Хоссе, дядя Хоссе приехал!

Они смущенно отпрянули друг от друга и пригнулись к лобовому стеклу, высматривая кричавшего. Но успели лишь заметить курчавую шевелюру спрыгнувшего вовнутрь сада мальчугана.

– Это мой племянник, Эладио, – объяснил Хоссе. – Огонь мальчишка! Сейчас всех переполошит, сама увидишь, сколько шуму будет, – потом завел мотор, подъехал поближе к солидным металлическим воротам и с помощью пульта дистанционного управления открыл их.

– О! Как здесь все современно! – похвалила Мария. Хоссе в тон ей похвастался:

– Ты знаешь, тут даже радио есть…

– Да ты что?!

– С изображением… цветным!..

– ?!?!

– Телевизором называется!

– О-о-о! – она в восторге закатила глаза. – Невероятно! Какой прогресс! – и они оба от всей души захохотали.

Так и въехали они в огромный двор перед старинным обложенным камнем домом. Веселые, молодые, брызжущие радостью и счастьем. Хоссе, лихо притормозив, выскочил из машины и, проворно ее оббежав, открыл дверь со стороны своей пассажирки.

– Осмелюсь доложить, сеньорита, мы прибыли по месту назначения! – Она церемонно подала руку и, выйдя, обвела все вокруг быстрым взглядом. И тут же шепотом призналась:

– Мне как-то немного неловко.

– Не переживай, – шепнул он тоже ей на ушко. – Это добрейшие и прекраснейшие люди.

А из дома по ступенькам уже спускалось целое семейство родных, близких и, вероятно, даже знакомых. Все наперебой выкрикивали приветствия, каждый пытался первым добраться до Хоссе и поцеловаться. Но раньше всех прилетела худенькая старушка, прильнувшая к груди Хоссе. «Мать», – сразу догадалась Мария.

– Сынок! Ну, куда же ты пропал! – с укором запричитала старушка, осматривая и ощупывая тело своего сына.

– Ничего с ним, мать, не случилось! – подошедший за ней грузный, но высокий мужчина с черными волосами без единой сединки хлопнул со всей силы своей ручищей по плечу Хоссе, и они прижались щеками в приветствии. – Твой брат навел панику по поводу твоей аварии, – стал объяснять он. – И мать вот совсем распереживалась.

– А как же не паниковать?! – раздался другой голос, и Мария даже вздрогнула, когда увидела говорящего. Он был копия ее любимого, но уже в следующее мгновенье она рассмотрела, что он старше года на три или на четыре. – От машины только обрезанные куски остались. И когда отец сказал, что видел тебя без единого синяка, я даже решил, что это не с тобой произошло!

Они тоже поздоровались. Наперебой подходили другие: сестра с мужем, невестка. Хоссе все никак не мог остановить этот поток приветствий, вопросов и похлопываний. Он в нетерпении взял Марию за руку и поднял свою вторую руку, прося о внимании. Но лишь только все стали затихать, как раздался детский, уже знакомый Марии голос:

– А эта красавица, дядя Хоссе, твоя невеста? – и с детской непосредственностью добавил: – Я видел, как вы целовались!

Все дружно прыснули, давя в себе смех, и только мать Хоссе сразу посерьезнела и стала пристально разглядывать своего сына и стоящую рядом девушку.

– Да! – решительно произнес Хоссе. Все вокруг снова притихли, а он сильнее сжал ее руку. – Зовут ее Мария-Изабель, и она согласилась стать моей женой. Сегодня-завтра решим, когда будет свадьба. Я хочу, чтобы она состоялась здесь. Если, конечно, никто не против? – таковых не оказалось.

Все дружно загалдели и зашумели и также дружно бросились знакомиться и целоваться с Марией. Каждый называл свое имя сам, потом называл степень своего родства или приятельства. Она даже опешила от такого количества новых лиц и имен и успевала только ответить:

– Рада познакомиться, очень рада!

Потом все постепенно потянулись в дом.

– А в честь чего все собрались? – тихо успела спросить Мария.

– Сегодня начинается трехдневный праздник нашего городка, и на него всегда все съезжаются. Вот увидишь – будет очень весело и интересно.

И это было действительно так. Вечер получился чудеснейший. Угощенья и выпивка были на славу, а когда Даниель, брат Хоссе, взял гитару и все стали петь, Мария вообще пришла в восторг. Заметив это, мать с гордостью похвасталась: