Год без тебя - Нина де Пасс

Рэн. Я достаю с кровати ее одеяло и укрываю ее, и тут снова распахивается дверь.

Там Фред, белый как полотно.

– Я видел, как вы в лифт зашли! Как она?

– Оклемается, – отвечает Гектор. – Ей просто надо проспаться.

– А вам, мальчики, не стоит ей мешать, – строго произносит мадам Джеймс. – Вам обоим пора. Это крыло девочек, если вы не забыли.

– Мы помним, – кивает Гектор.

– О, в этом я не сомневаюсь. Хотя в обычное время так не скажешь, – говорит она, вскинув брови. – Топайте отсюда, оба. ВОН!

Глаза у меня расширяются от страха. В прошлый раз, когда я была на вечеринке, все было так же. На мне было зеленое платье в пайетках. Я была трезва; моя лучшая подруга – пьяна. Я отвечала за нее. Я ее подвела.

Гектор кладет одну ладонь мне на плечо, другой касается моей щеки.

– Все будет хорошо, ты ведь знаешь? – И, взглянув на него, я это понимаю.

У мадам Джеймс такой вид, будто она вот-вот взорвется. Она своими руками выталкивает Фреда с Гектором в коридор. Перед уходом она оборачивается ко мне.

– Мне пора идти, я должна сообщить сотрудникам, что вечеринку пора заканчивать. Скажи мне, ты ведь не пила?

– Нет, – честно отвечаю я, демонстрируя ей свои чистые запястья.

Мадам Джеймс пристально смотрит на меня, видимо, пытаясь понять, не умолчала ли я о том, что прикладывалась к водке.

– Хорошо, – в конце концов говорит она и хлопает меня по плечу. – Я пришлю сюда сестру Хелен. А ты пока присмотри за ней. Хорошо?

Я подумываю отказаться, но потом вспоминаю подробности сегодняшнего вечера. Сейчас середина декабря, не Новый год. Мы в Швейцарии, не в Сан-Франциско. Та ночь – худшая, незабываемая – всегда будет для меня камнем преткновения, если я сама это не изменю. Я не могу позволить ей определять мою жизнь и дальше. Я должна раз и навсегда доказать себе, что та ночь уже в прошлом.

Поэтому мой ответ мадам Джеймс полон решимости:

– Само собой.

50

Я всю ночь не смыкаю глаз, все свои силы сосредотачивая на том, чтобы следить за состоянием Рэн. Фоном слушаю, как в коридор стекаются рассерженные ученицы, которых учителя раньше обещанного разогнали по спальням. Сестра Хелен заглядывает проверить Рэн и с алкотестером уходит проверять, насколько трезвы остальные.

Еще пару часов я наблюдаю за ней, сидя на своем стуле. Потом, когда в коридоре все наконец-то затихает, я, устав от долгого сидения, стаскиваю одеяло со своей кровати и ложусь на полу рядом с Рэн.

Я прислушиваюсь к ее дыханию, иногда, если во сне она откидывается на спину, переворачиваю ее обратно на бок. Я присматриваю за ней, я несу ответственность за нее, и она выживает.

Просыпается она ранним утром.

– О боже, – говорит она, оглядывая свою импровизированную постель. – Я жива?

– Да, – отвечаю я и с облегчением улыбаюсь.

– А по самочувствию так не скажешь, – стонет Рэн, убирая с лица спутавшиеся волосы. Подводка у нее растеклась и размазалась под глазами так, что она выглядит, будто не спала неделями. – Что случилось?

– Я не знаю, – отвечаю я и, достав со стола свою косметичку, протягиваю ей влажную салфетку. – Ты сначала куда-то запропастилась, а потом, когда вышла во двор, оказалась… «навеселе» даже близко не описывает это состояние. Что ты пила?

Она бледнеет пуще прежнего.

– Отхлебнула водки у Джой, пока делала ей прическу… Наверное, в этом было все дело.

– Сколько ты выпила?

– Хм… Довольно много.

– Ну, значит, это оно. – Я могу думать лишь о том, что она жива. Я отвечала за нее, и она осталась жива.

– О боже, неужели я так опозорилась? Я видела Фреда и Терезу – они целовались, а потом никак не могла найти тебя и не знала, что делать. Все разбились на парочки, так что я вернулась сюда и выпила еще… – Она проводит руками по матрасу. – Как я здесь оказалась?

– Гектор тебя принес.

Ее лицо расслабляется.

– О, слава богу. То есть на этом все? Только вы с Гектором видели, насколько плохо дело?

– И Фред, – добавляю я, наблюдая за тем, как она это воспримет. – Фред заходил узнать, как ты.

Ее лицо светится.

– Правда? Я ему что-нибудь сказала?

Я пытаюсь придумать, как бы ответить ей помягче.

– Эм-м, Рэн, ты была без чувств.

Она небрежно отмахивается.

– Ясное дело. Я имею в виду, когда мы были внизу, на вечеринке. У меня в памяти провалы.

– Я не знаю. Я тебя вообще там не видела. Я больше не смогла тебя найти после того, как оставила в баре.

– Погоди. Если тебя не было со мной и не было с Фредом, то с кем ты тогда тусовалась?

Я молчу. Все становится понятно без слов.

Рэн резко садится и тут же, скривившись, хватается за голову.

– У меня впереди поездка длиной в четыре часа. Кажется, я умру.

Я смеюсь, потому что сама-то я точно жива и видеть ее в таком состоянии даже забавно.

Она шутливо грозит мне пальцем.

– Ну-ка расскажи мне все.

И, пока мы собираем вещи, я рассказываю.

Мадам Джеймс вызывает Рэн к себе, чтобы назначить ей наказание. Когда она уходит, я обвожу комнату взглядом. Пройдет четыре недели, прежде чем я вернусь сюда, и перед отъездом мне нужно сделать еще кое-что. Я достаю фотографию, спрятанную между страниц пустого блокнота, который я привезла с собой.

В дверь робко стучат. Я поспешно кладу фотографию на стол лицом вниз.

– Войдите, – откликаюсь я.

В комнату заходит Фред.

– Привет, – натянуто здоровается он. – Я зашел проведать Рэн. У нее все нормально?

– Она в порядке. В этот самый момент принимает наказание.

– А-а, – тянет он и неловко мнется у входа. Я вижу, что у него на языке вертится что-то еще.

– Что такое? – нахмурившись, спрашиваю я.

– Да ничего особенного, – говорит Фред, – просто я… ну, я типа хотел тебе сказать, что был не прав насчет тебя. Я думал, что твое появление здесь нарушит баланс, а на самом деле ты его нам и вернула. Всех нас нужно было ткнуть во что-то носом, и, видя, с какой готовностью ты решаешь собственные проблемы, мы поняли, что нам тоже стоит этим заняться.

Это что, такое извинение? Слова из шести букв я так и не услышала и, судя по его виноватому виду, уже не услышу. Но в то же время это признание, сделать которое явно стоило ему немалых усилий. И он здесь, не так ли? Если не