Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

– Сегодня на удивление мало людей, да? – Голос прозвучал неестественно высоко и жизнерадостно, отчего я поморщилась. Но ответом на мою неловкую попытку завязать разговор с грозовым облаком была тишина.

Я нервно переступила с ноги на ногу, но характер не позволил оставить все как есть. Мне было необходимо достучаться до Кати, которая была зачислена в ряды подруг, и выяснить, что не так. Хотя бы для собственного успокоения.

– Катя, что случилось?

Она резко посмотрела на меня, бросив в раковину жалобно зазвеневшие чайные ложки. Обычно безразличное выражение лица сменилось на гнев и разочарование.

– Что случилось? Ты оказалась такой же, как и все! Пускаешь слюни и вешаешься Денису на шею. – От такой волны негатива я невольно отшатнулась.

– Все не так!

– Не так? Ты вчера ушла с ним и думаешь, по тебе не видно, где ты ночевала? – Катя скривила губы, словно происходящее было ей невыносимо противно. – «Все не так, все не так». Все они до тебя говорили то же самое. Думаешь, ты особенная? Закатай губу обратно! Он поиграется с тобой и выбросит, как очередную надоевшую куклу, а потом ты уволишься и нам придется искать нового сотрудника. Я уже пять раз видела этот спектакль, и концовка у него, честно скажу, отстой.

Катя не кричала, но каждое ее слово, сказанное громким шепотом, било наотмашь. Она дергано вытерла руки о вафельное полотенце, которое полетело в сторону. Никогда не думала, что в такой маленькой девушке может уместиться так много злости. Катя была напряжена до предела и готова взорваться в любую секунду. Я уставилась на нее распахнутыми глазами, не находя подходящих слов. Во рту пересохло, а в голове снова и снова звучали ее едкие, как кислота, слова. Первым порывом было оправдаться, защититься, но бурная реакция Кати застала врасплох.

– Я думала, что ты лучше. – Она хмыкнула, проходя мимо. – Ненавижу ошибаться.

Катя ушла, оставив меня в полной растерянности. Тот день стал настоящей эмоциональной американской горкой, с которой ужасно хотелось слезть.

Глава 14

Как всегда, когда жизнь заваливала делами под завязку, создавалось ощущение, что время, как назло, ускоряло ход. Только моргнула – уже прошла целая неделя. Работа, университет, рисование – и так по кругу. Катя меня демонстративно игнорировала, и я старалась пересекаться с ней как можно реже. Мои попытки объясниться и наладить взаимоотношения разбивались, как о глухую стену, о нежелание Кати меня слышать. Она сделала выводы, и мои жалкие объяснения ей были ни к чему. Наше общение ограничивалось обсуждением рабочих моментов, но и их Катя при любой удобной возможности скидывала на Диму.

Он же лишь неловко пожимал плечами и сконфуженно улыбался.

– Она отойдет, – повторял он раз за разом, но чуда не происходило.

В один из дней я принимала у ребят смену в одиночку. От Дениса пришло сообщение, что он задерживался из-за пробок. Такое происходило редко: хоть Дэн и создавал впечатление разгильдяя, к работе относился очень серьезно. В будние дни, как обычно, большого наплыва посетителей не было, и я дорабатывала эскиз в скетчбуке, лениво водя карандашом. Настроение держалось практически на нуле. Февраль был моим самым нелюбимым месяцем в году: к концу зимы терпеть свирепые холода, короткие световые дни и монотонную серость вокруг сил почти не оставалось. Все хотели приблизить весну всеми возможными и невозможными способами, а потому надевали яркие шарфы и шапки, включали жизнерадостную музыку и окружали себя цветами. Посетители все чаще приходили с букетами, а постоянники приносили комнатные растения в горшках, чтобы разнообразить наш небольшой ботанический сад, как любила называть его Елена. Я же довольствовалась нарисованным садом, от которого начальница была в полном восторге и воодушевлении.

– Мне нравятся гортензии, может, их добавим?

Елена перегнулась через стол, поглядывая на мой рисунок. «Вспомнишь солнце – вот и лучик», – вспыхнула в голове поговорка, которую так любила бабушка. Елена всегда приносила стоящие идеи, которые я никогда не отметала не только потому, что она была хозяйкой кафе, но и потому, что обладала удивительным чутьем.

– Конечно, яркие цвета не помешают. – Я улыбнулась. Это были одни из немногих растений, чье название я знала, потому что сад бабушки всегда был украшен шапками этих красивых цветов.

Елена кивнула, одарив меня одной из своих материнских улыбок, и положила какие-то документы передо мной на стол:

– Отдашь Дениске, когда появится, ладно? Мне надо бежать. – Махнув рукой, Елена закуталась в ярко-желтый шарф и скрылась за дверью, проводившей ее звоном колокольчика. – Не скучай!

Убирая бумаги на угол стола, чтобы они не затерялись в хаосе рабочего пространства, я мазнула по ним взглядом и замерла. Направление на медосмотр. А наверху дата рождения Дениса: 2 марта. «Это ведь через неделю! Почему мне никто не сказал?!» Как бы стыдно в этом ни было признаваться, я изучила все страницы Дэна в социальных сетях. Правда, сведений там было ничтожно мало. Он даже дату рождения скрыл! Эта новая информация так взволновала, что пришлось отложить скетчбук. Проверив расписание, я увидела, что в этот день у нас стояла общая вечерняя смена. В голове поднялся ураган вопросов: что ему подарить? Как бы порадовать? Это желание оказалось таким сильным, что сосредоточиться на рисовании я больше не могла.

Когда давление мыслей стало невыносимым, я схватила телефон и написала Лизе сообщение: «Код желтый. Встретимся завтра в кофейне перед первой парой?» Ответ пришел незамедлительно: «Так точно, капитан!» Даже когда я была не уверена ни в чем, константой всегда оставалась лучшая подруга. Она так бурно отреагировала на рассказ о нашем с Дэном поцелуе, что мой собственный восторг от этой ситуации удвоился. Лиза выпытала все до мельчайших подробностей и вынесла твердый вердикт: «Он втюрился в тебя по уши». Хоть это и было сильным преувеличением, поддержка подруги придавала уверенности и прогоняла тревожные мысли. А они набрасывались всякий раз, стоило мне остаться одной в густой ночной тишине.

Гнетущую атмосферу разорвал звон колокольчика, когда дверь кафе распахнулась, впуская морозный воздух и спокойного Дениса. Его волосы были влажными, было трудно сдержаться и не отчитать его как маленького. Прежде чем я успела открыть рот, Дэн обезоруживающе улыбнулся и поставил передо мной картонную коробочку:

– Солнце, прости, что задержался, я принес взятку.

От одного появления Дениса я расплылась в счастливой улыбке. А когда я заглянула под крышку, где меня ждал кусочек любимого торта из пекарни неподалеку, недовольство исчезло, уступая место детскому восторгу.

– Взятка принята. – Улыбка