Сорванец - Джордж Менвилл Фенн

Мистер Эдгар медленно вышел в гостиную и остановился.

– Ну! Что же ты не здороваешься с гостем? Иди сюда.

Сын сэра Джеймса подался немного вперед.

– Подай же руку своему товарищу!

Мистер Эдгар медленно протянул свою тонкую белую руку Декстеру, а тот поспешно схватил ее, чувствуя при этом, что она так же холодна, как и рука леди Денби.

– Так-то лучше, – сказал сэр Джеймс. – Ну, теперь, надеюсь, вы будете друзьями. Обед для вас заказан ранний, к трем часам… Не лучше ли предоставить их самим себе? – обратился он к жене.

– Хорошо, мой друг, – нехотя согласилась леди Элизабет.

– Веди Декстера Грейсона к себе и покажи ему игрушки и своего пони, а потом обойди с ним сад. Только не трогайте лодку!

– Хорошо, папа, – тихо ответил Эдгар.

– Он немного застенчив, – заметил сэр Джеймс Декстеру.

– Я вовсе не застенчив, – шепнул матери Эдгар.

– Мы очень рады видеть вас у себя, Декстер, – продолжал сэр Джеймс. – Ну, теперь ступайте, повеселитесь в саду, там есть что посмотреть. Веди гостя, Эдди.

Эдгар надулся и, колеблясь, молча посмотрел на отца, не удостоив гостя даже взглядом.

– Ну, чего же ты ждешь? – резко сказал сэр Джеймс. – Идите, побегайте. Вот сюда, Декстер, мой мальчик. Вы скоро подружитесь.

Декстер вымученно улыбнулся, а сэр Джеймс, раздосадованный сдержанным и странным поведением сына, положил руку на плечо мальчику и сам повел его в зимний сад.

– Надо ли мне идти, мама? – спросил шепотом Эдди.

– Да, мой друг, непременно. Папа желает этого, и ты должен вести себя со своим гостем как маленький джентльмен.

– Иди же, Эдди! – крикнул из зимнего сада сэр Джеймс.

Мистер Эдгар прошел в зимний сад как-то боком.

– Ну, теперь ступайте и веселитесь до обеда, – с этими словами сэр Джеймс с улыбкой подтолкнул сына к Декстеру и вернулся к леди Денби, которая с недовольным видом сидела в гостиной.

– Они скоро подружатся, – сказал сэр Джеймс. – Конечно, это причуда Грейсона, но Декстер, кажется, действительно скромный мальчик. Правда, он еще очень неотесанный, но вполне может набраться хороших манер от Эдгара. Если же через несколько недель Грейсон разочаруется и убедится в своей ошибке, ну, тогда мы все-таки держали себя по отношению к нему и к Элен как подобает соседям, и на этом все кончится.

– Но это очень унизительно для бедного Эдди, друг мой, – возразила леди Элизабет.

– Ничуть! Какие пустяки!

– Но… Эдди может научиться от него грубым выражениям и сделаться неучтивым.

– Этого не будет! – возразил сэр Джеймс. – Напротив, скорее, тот мальчуган переймет от Эдгара что-нибудь хорошее.

Леди Денби вздохнула.

– Через час или два они вернутся сюда хорошими друзьями, – продолжал сэр Джеймс. – Мальчики чувствуют себя немножко неловко при первой встрече, но это скоро проходит. Ну, я пойду в кабинет и буду писать письма до трех часов. Когда они пообедают, я, может быть, покатаю их на лодке.

Леди Денби снова вздохнула, а сэр Джеймс отправился готовить письма к почте.

Тем временем мистер Эдгар не торопясь шел по лужайке, играя большим пальцем левой руки на губах, а другую опустив в карман. Он равнодушно поглядывал по сторонам, упорно избегая смотреть на Декстера, который тихо следовал за ним, в ожидании, когда молодой хозяин заговорит.

Но Эдди, видимо, был совсем не намерен беседовать и шел себе через лужайку, отвернувшись от гостя.

Прошло минут десять, в продолжение которых мальчики молча удалялись от дома. Декстер был весел и бодр, но это долгое молчание начинало наводить на него уныние.

– Какой у вас прекрасный сад, – заговорил он наконец.

Ответа не было. Эдди поднял камень и швырнул его в куст.

– Он даже больше сада доктора Грейсона, – продолжал Декстер после долгой паузы.

Эдди сорвал цветок, пожевал стебель, затем разорвал его на кусочки и, не удостаивая товарища даже взглядом, стал боком пробираться между деревьями к концу сада. Там, окруженная деревьями, находилась красивая лужайка, спускавшаяся к речке. На воде под открытым навесом покачивалась красивая лодочка.

– Это ваша лодка? – спросил с живостью Декстер, залюбовавшись скамейками, покрытыми подушками, и полированными веслами, наготове лежавшими по бокам.

Эдгар молча подошел ближе к речке и растянулся на устроенной на берегу скамейке.

– Здесь хорошо ловится рыба? – спросил Декстер, радуясь возможности поговорить наконец о предмете, который любого мальчика не может оставить равнодушным.

Ответа не последовало. Декстер отнесся к этому довольно равнодушно, приписывая поведение молодого хозяина скорее застенчивости, нежели намеренной невежливости.

– Вы ловите здесь рыбу?

Эдгар продолжал молчать.

– А удочки у вас есть?

Эдди презрительно фыркнул.

– У доктора Грейсона много удочек, – продолжал с жаром Декстер. Вид окуней, плававших в прозрачной воде под тенью шлюпочного навеса, возбудил в нем желание поудить. – Не сходить ли мне за удочками?

Эдди повернулся на скамейке и подпер голову руками.

Декстер вздохнул, вспомнив слова сэра Джеймса, говорившего, что они позабавятся в саду.

День был прекрасный, сад великолепный, и светлые воды речки весело сверкали на солнце. Однако Декстер заскучал и сел на траву поодаль от Эдгара. Но не в натуре Декстера было сидеть долго смирно. Полюбовавшись блестящей гладью реки, он взглянул на Эдгара.

– Скажите, – спросил он, – боднул вас бык в тот день или нет?

Эдгар подвинулся немного на скамейке, чтобы смотреть в другую сторону, стараясь придать своему лицу надменное выражение.

Декстер помолчал несколько минут и затем задумчиво продолжил:

– Я никогда не боялся быков. Если бы вы побежали за ними с палкой… Вам ведь отдали назад вашу палку?

Ответа не было.

– Ну, – сказал Декстер, – коли вы не хотите говорить, так и я не хочу.

– Я не желаю разговаривать с таким мальчиком, как ты, – проговорил сквозь зубы Эдгар, не глядя на Декстера.

Декстер недоуменно посмотрел на него.

– Я не привык быть в обществе приютских мальчиков.

Еще недавно мысль о том, что он приютский мальчик, нисколько не беспокоила Декстера. Он знал, что на свете много домашних детей. Глядя на них, веселившихся на свободе и казавшихся вполне счастливыми, он иногда испытывал чувство, похожее на зависть, но в общем не чувствовал себя несчастным, пока не попал в дом доктора.

– Я не приютский мальчик! – возразил он горячо.

– Нет, приютский! – резко сказал Эдгар, в первый раз глянув гостю прямо в лицо. – Я знаю, откуда ты и для чего тебя взяли.

Лицо Декстера вспыхнуло. Он с досадой вскочил и приблизился к Эдгару, но тотчас же успокоился и протянул молодому хозяину ладонь:

– Я не стыжусь того, что был в приюте. Вы не хотите пожать мне руку?

Эдгар фыркнул