Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

новостей. За работой у меня было время успокоить истеричный внутренний голос и поразмышлять. А пересказывая все вслух, я сделала это еще раз. Подруга слушала с внимательностью, которой позавидовал бы Шерлок Холмс, и лишь иногда удивленно вздыхала. Закончив рассказ, я пришла к единственному логичному выводу: Денис – бабник, который с вероятностью в миллион процентов разобьет мне сердце. Нравился ли он мне из-за этого меньше? Конечно же, нет. Когда вообще такое случалось?!

– М-да уж, Стась… Вкус у тебя, конечно, отстой… – Лиза откинула голову на спинку дивана, рассматривая потолок. – Но говоришь, Денис богатый?

– Его отец богатый, – поправила я, подходя к импровизированному рабочему месту и начиная прибираться.

– Значит, он будет богатым, когда его отец того… – Лиза была удивительна в своих умозаключениях, впрочем, как всегда.

– Лиз!

– А что? Я смотрю в будущее.

От двери послышалось тихое покашливание, и я взмолилась, чтобы это был не тот, о ком я думала. Но вселенная никогда не была милосердна.

– Мой отец в добром здравии и умирать, насколько мне известно, пока не собирается. – Денис стоял, опершись на дверной косяк, и ухмылялся.

Я резко повернулась к нему, чувствуя, как по шее и щекам расползается жар.

Но надо отдать должное Лизе, она осталась невозмутима:

– Денис, знаешь, иногда кирпичи на голову падают или лед бывает скользкий… Ну, здоровья твоему папеньке в любом случае! – Лиза ослепительно улыбнулась и подмигнула Денису, а я искала способы, как бы провалиться сквозь землю и никогда больше никого из них не видеть.

– Спасибо, Елизавета. Думал предложить вам кофе, но как будто вас и так неплохо штырит. Стася, ты тут на сегодня закончила или еще нет? Я скоро буду смену закрывать.

Я закивала как китайский болванчик и засуетилась:

– Я все, только наведу порядок здесь.

Денис склонил голову и ухмыльнулся, посмотрев на Лизу, которая с невинным видом рассматривала свои ногти.

– Был рад знакомству, Елизавета. Захочется еще обсудить моего отца, ты знаешь, где меня искать, – я тоже люблю старику косточки перемывать.

Подруга отсалютовала Денису двумя пальцами, и дверь за ним вновь закрылась.

– Напомни, почему я с тобой дружу? – спросила я Лизу, гневно на нее глядя.

– Потому что я великолепна и неповторима? – Она отправила мне воздушный поцелуй. Оставалось лишь мысленно согласиться.

Глава 9

Уже десять минут я лежала на диване и гипнотизировала экран телефона, не решаясь отправить сообщение. В зале царил полумрак, лишь один светильник освещал рисунок на стене. Я вновь засиделась в кафе допоздна, но зато почти закончила работу над библиотекой. На стене книги жались друг к другу на нарисованном стеллаже и, маня яркими корешками, выглядели прямо как настоящие. Воспоминание о том, как мы спорили с Денисом, какие именно книги нужно включить в это собрание, вызвало улыбку. Дэн ни за что бы не признался, но было очевидно: эти споры приносили ему не меньше удовольствия, чем мне. Выдавал огонек в глазах, когда он доказывал, что без «Бойцовского клуба» это все не имело никакого смысла, а «Цветы для Элджернона» – база, которую стыдно игнорировать. Я же настояла на «Книжном воре» и «Поллианне». Сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда после нашего разговора на столе администраторов появилась книга Зусака – молчаливое признание Денисом моего вкуса, которое значило больше всех слов. В итоге эта библиотека стала нашим общим детищем – коллекция, собранная из дорогих нашим сердцам историй. Я хихикнула над этой мыслью, чувствуя себя глупо.

Этот проект стал моей настоящей гордостью. Никогда прежде я не делала ничего настолько масштабного. Чувствовала, какая на мне ответственность, – нельзя было подвести Елену, ведь она безгранично в меня верила. Каждый раз, когда нужно было браться за кисть, от волнения тряслись руки. Все должно было быть идеально. Именно поэтому я просила коллег не заходить в пока еще пустующий зал. Всем говорила, что не хочу портить сюрприз, а на самом деле просто трусила. Единственным, кто видел все от и до, был Денис, который плевал на мои нервные мельтешения. Дэн то и дело давал комментарии, которые выходили удивительно меткими, но чуткими, или заваливался спать за моей спиной. Как бы абсурдно это ни звучало, его присутствие придавало уверенности и успокаивало.

«Стася, это очень хорошо», – его слова до сих пор звучали в голове, вызывая широкую улыбку.

Телефон моргнул очередным уведомлением, выдергивая из размышлений. Сообщение так и висело в черновиках, и я чертыхнулась себе под нос. «Соберись, тебе уже не десять!» – внутренний голос все реже звучал как Лиза и все чаще – как Денис. Резко сев, я нажала на злополучную кнопку. Отправила фото работы, в которую вложила всю душу, самому беспощадному критику. Маме. Для отправки смелость нашлась, а вот для того, чтобы увидеть реакцию, – уже нет. Переключив телефон на беззвучный режим, я мысленно взмолилась, чтобы мама легла спать. Слабачка.

Я подхватила рюкзак и направилась к выходу, но шум из соседнего зала заставил замереть около двери. Быстро проверила телефон – половина второго ночи. Да кто тут вообще еще может быть? Дима и Катя давно закончили смену и закрыли кафе, а Дэн в этот день в «Чайном часе» и вовсе не появлялся. Пульс предательски зачастил, а руки похолодели. «Неужели ребята не заперли дверь?» Страх не был иррациональным, но я все равно начала мысленно ругать и коллег, и себя. Медленно приоткрыв дверь, я застыла, увидев сцену, развернувшуюся перед глазами. Лучше бы это был грабитель.

Денис расположился на одном из диванов, а сверху на нем сидела блондинка. Длинные волосы струились по ее спине, а руки Дэна сжимали ягодицы девушки, прижимая ее ближе. Мне было не видно их лиц, но влажные звуки и причмокивания не давали ни шанса обмануться. Черт! Вместо холодного страха нахлынуло другое чувство – обжигающее, едкое, всепоглощающее. Я не собиралась на это смотреть, но и глаз отвести не могла. «На ее месте должна быть я», – промелькнула издевательская мысль в голове.

Девушка послушно откинула голову, когда Денис убрал ее волосы назад, оголяя шею. Он склонился к ней, чтобы запечатлеть там чувственный поцелуй. Я отшатнулась от двери как ошпаренная, но было поздно: он меня заметил. Стальной взгляд поймал меня и не отпускал. Я перестала дышать, не отрываясь от лица Дениса. В его глазах не было ни удивления, ни страха – лишь возбуждение и вызов. И что прикажете делать? Сколько длилась наша игра в гляделки, пока рот Дениса изучал изгибы куклы