Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

Но когда я замолчала и отвернулась к окну, сетуя, что зря все это затеяла, Денис совершенно серьезно произнес:

– Никто не рождается знаменитым художником. Ими становятся благодаря упорной работе и таланту. А он у тебя есть, Стася, я видел твои работы. – Денис не сводил стальных глаз с дороги, а у меня в животе запорхали пресловутые бабочки, которых описывают в каждом втором романе. Пейзаж за окном сливался в сплошное пятно, а я завороженно ждала, что же Дэн скажет дальше. – Выбирать свою дорогу тяжело, но оно того стоит.

Я кивнула, мысленно соглашаясь. Нечего было ответить на эту простую истину, в которую жизнь то и дело тыкала носом. Каждый раз, когда хотелось все бросить. Когда казалось, что я ошиблась в выборе. Когда сил двигаться дальше не оставалось. Каждый раз я вспоминала, какое счастье испытывала во время рисования, как любила вынашивать идеи, как наслаждалась готовыми работами. Все это того стоило.

– Мой отец владеет строительной компанией. Много работает и мало живет. А мамы давно нет. – Голос Дениса остался ровным. Я повернулась к нему, надеясь поймать его взгляд, чтобы он почувствовал, как мне жаль. Но Денис смотрел перед собой. Только побелевшие костяшки пальцев на руле выдавали, что боль никуда не ушла.

Я осторожно коснулась его плеча. Вряд ли существовали слова, которые помогли бы тому, кто потерял самого близкого человека. Денис на секунду отвлекся от дороги и едва заметно кивнул. Вот и все обсуждение. Несмело погладив его по плечу, я убрала руку и снова вернулась к проплывающим за окном домам. Оставшуюся часть поездки мы не разговаривали, тишину салона нарушала лишь негромкая музыка.

Мы приехали в один из самых больших гипермаркетов, в котором можно было найти все необходимое для любых видов творчества. Я решительно направилась в отдел для художников и закопалась в акриловых красках, прикидывая, что купить. Мне всегда нравилась эта часть работы, ведь именно от выбранных цветов и оттенков зависело настроение будущей работы. Я сверялась с палитрой, которую заранее собрала на компьютере, и перебирала один каталог за другим. Денис стоически терпел первые пятнадцать минут, облокотившись на тележку и уткнувшись в смартфон. Но довольно быстро ему этот процесс наскучил, и он недовольно проворчал:

– Что ты так долго выбираешь? Бери уже все что надо, и поехали обратно. Можно подумать, ты Мону Лизу рисуешь.

Я резко развернулась к нему, упирая руки в бока и устремляя на него гневный взгляд:

– Дэн, ты издеваешься? – Я проигнорировала его взлетевшие от такого обращения брови, ведь прежде я никогда не называла его так, и продолжила тираду: – Краски – это самое важное! Именно от цветов зависит, как люди будут воспринимать картину. Какие чувства она им будет дарить? Какие ассоциации вызывать? Будет ли комфортно им в этом пространстве? Это все очень серьезно!

Я не могла поверить, что Денис не понимал: правильно выбранные цвета – залог успеха. Проходя мимо аккуратно выстроенных рядов баночек и тюбиков, я тыкала в них пальцем и растолковывала ему основы, понятные даже ребенку:

– А сами краски? Представляешь, как важно выбрать правильные! Попробуй акварелью разрисовать стену, я на тебя посмотрю и буду демонически хохотать в углу! Я в детстве, конечно, рисовала фломастерами на обоях, но результат выходил так себе… – Запал постепенно сошел на нет. Я остановилась, тяжело дыша, и обернулась на Дениса: – Понял?

Денис смотрел на меня, облокотившись на тележку и подперев ладонью щеку. Его губы медленно расплылись в теплой улыбке, которая застала меня врасплох. В голове внезапно возникла мысль, что это самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Хотелось, чтобы наш зрительный контакт длился вечно. Я зачарованно уставилась на него, пока нас не прервало уверенное цоканье каблуков.

– Вот кого уж точно не ожидала увидеть в таком месте, Хитрук.

Подошедшая девушка выглядела эффектно: ботфорты, длинные темные волосы и шубка создавали образ человека, только что сошедшего с частного самолета. Она откинула распущенные волосы за спину и хитро улыбнулась Денису, отчего появилось желание в эти волосы вцепиться. «Господи, что за варварские мысли, Стася?» – одернула я себя, молча наблюдая за разворачивающейся сценой.

Денис остался в расслабленной позе, но на лице вновь появилась привычная маска. Я могла поклясться, что услышала, как скрипнули его зубы.

– Марго, ты, кажется, куда-то шла. – Голос Дениса был ровным, но удовольствия от встречи он определенно не испытывал.

– Ну, зайка, что ты сегодня такой неприветливый, я вот соскучилась. – Девушка шагнула ближе к Дэну и провела длинным красным ноготком по его предплечью. Денис дернул рукой, смахивая прикосновение словно назойливую муху.

– Марго, мы это обсуждали. Я тебе все сказал, прекращай.

Марго надула губы и повернулась ко мне, оценивая, словно товар на витрине, после чего из ее груди вырвался смех. Под этим цепким взглядом захотелось съежиться, но я, с баночками краски в руках, заставила себя стоять ровно.

– Денис, серьезно? Вот это? – Она даже не попыталась скрыть насмешки и пренебрежения, словно меня с ними рядом и вовсе не было.

– Маргарита, тебе пора. – Дэн не изменился в лице. Но в голосе появились гневные нотки, а в глазах закипела буря. Правда, Марго, судя по всему, было плевать.

– То есть ты не готов встречаться со мной, а спать вот с этой нищебродкой – пожалуйста? – Марго явно была не в себе. Как она сделала такие выводы, оставалось только догадываться.

Это заявление заставило меня замереть с приоткрытым от шока ртом. «Какого черта?!» – билась в голове единственная мысль.

Денис потер ладонью лоб, явно задавая всем богам вопрос: почему приходится жить в мире, полном идиотов?

– Маргарита, повторяю в последний раз: между нами ничего нет и не было. Нам с тобой не по пути. – Взгляд Дениса пылал гневом, он выпрямился и теперь возвышался над нами обеими. – Уходи. Сейчас.

Марго собиралась сказать что-то еще, но Дэн предупреждающе качнул головой. Марго резко втянула носом воздух и поджала губы. Пара мгновений молчаливого противостояния, и она удалилась, эффектно взмахнув волосами и цокая каблуками. Я удивленно посмотрела на Дениса. «Что это было?» – вопросы метались в голове, словно загнанные звери. Казалось, что такие сцены – это удел кинематографа. Но похоже, я сильно ошибалась. Денис как ни в чем не бывало снова облокотился на тележку, но улыбка к нему так и не вернулась.

– Заканчивай, и поедем в кафе, скоро заступать на смену, – произнес он сухо, на что мне оставалось лишь кивнуть.

Глава 8