Правда о «золотом веке» Екатерины - Андрей Буровский

Слухи о том, кто и как убивал императора, ходили по Петербургу в огромных количествах: мрачные, противоречащие друг другу. Главным героем слухов стал, конечно же, Алексей Орлов. Основным источником слухов был изначально граф Панин, потом эту историю рассказывали как нечто совершенно очевидное: кто ж таких элементарных вещей да не знает!

Уже после смерти Алексея Орлова Загряжская рассказывала Пушкину о «скверной привычке убивать императоров» у Алексея Орлова.

Кому–то жутковатая слава убийцы нравилась, кого–то отталкивала, но Алексей Орлов пронес ее ореол до самой своей смерти в начале XIX века.

Но откуда известно, что именно Алексей Орлов убил царя? И как? Да ниоткуда не известно! «Так говорили». Есть только один документ, записка Алексея Орлова. Записка о том, что приключилась драка и вследствие этой драки император неведомо как оказался мертв.

Подлинного текста записки Алексея Орлова об убийстве Павла мы тоже не имеем в подлиннике. Записочки эти Екатерина хранила всю жизнь.

Свои мемуары и эти записки Екатерина велела отдать после смерти Павлу Петровичу. Тем самым в смерти Петра III обвинялся опять же Орлов. Когда Павел I разбирал бумаги Екатерины после её смерти, он нашел эти бумаги, внимательно их прочитал и бросил подлинник в огонь. Текст записки скопировал Ф.В. Ростопчин, который помогал императору разбирать бумаги.

Мог Ростопчин воспроизвести записку неточно? Конечно, мог. За отсутствием подлинных документов вся эта история сомнительна.

Не все историки признавали версию убийства Петра Алексеем Орловым с компанией. В.А. Плугин думал, что к смерти Петра причастен не Алексей Орлов, а самый лютый враг Орловых A.M. Шванвич и гражданский чиновник, правая рука Панина Григорий Николаевич Теплое.

А.Б. Каменский полагал даже, что царь и правда мог умереть от естественных причин (Каменский А.Б. Под сенью Екатерины… Вторая половина XVIII века. — СПб.: Лениздат, 1992. — 448 с.). В общем, насколько верно убил именно Орлов, до сих пор очевидно не на 100%.

Историки опирались на множество сплетен и слухов, несоответствий официальной версии и воспоминаний очевидцев. Но больше всего они опирались на иностранные источники.

В 1762 году в Германии вышла брошюра в 15 страниц «Был ли российский император Пётр III отрешен от престола на законном основании?». Автор остался до сих пор неизвестным, скрывшись под псевдонимом Justi.

В 1764—1765 годах вышел трактат «Русские исторические рассказы о правлении и смерти Петра III», переиздававшийся на немецком и французском языках. Написал её немец К. Шван, но вышла книга под псевдонимом Марше и с фальшивым указанием, будто она издана в Петербурге.

Известна рукопись на немецком языке датского дипломата Андреаса Шумахера «История свержения и смерти императора Петра Третьего». Опубликована рукопись только в 1858 году в Гамбурге, но и до того никто ведь не мешал читать её в Стокгольмской королевской библиотеке. Кому было интересно, прочитал.

Из многих источников мы знаем, что убили императора ещё 3 июля.

Орлов приложил к своей записке список тех, кто вместе с ним «играл в карты» с императором. Этот список таинственно исчез, хотя записки Орлова Екатерина хранила до конца своих дней. Наверное, чтобы эти записки служили средством шантажа на случай, если Григорий и Алексей Орловы зайдут слишком далеко в своих претензиях на власть.

Восстановить список удается не полностью, многие имена — только «вероятно». Но наверняка, кроме Алексея Орлова, в комнате императора в роковой час были Григорий Теплов, Алексей Шванвич, князь Барятинский. «Вероятно», были еще гвардейский сержант Энгельгардт, Николай Орлов (брат Алексея и Григория).

Известно, что для императора готовили яд. О том и свидетельствует первая записка Орлова, где речь идет еще о «прежестокой колике». Видимо, император упорно не хотел пить то, что ему подсовывали. Отчаявшись убить ядом, пытались заставить, а может быть, и сразу попытались задушить. Да и невозможно представить себе, что бы тщедушный Пётр III накинулся на силача, великана Алексея Орлова.

Упоминание же имени Григория Теплова наводит на многие мысли: очень уж не любил Петра III этот ботаник и литератор, статский советник и член Академии наук. Ревностный сторонник Екатерины ещё в бытность её великой княгиней, он в марте 1762 года даже был взят под стражу за «непочтительные речи» о Петре Фёдоровиче. Этот человек полностью доказал Екатерине свою «рабскую преданность», писал её манифесты, получил за это громадную сумму в 20 тысяч рублей. И умел он быть незаметным, не выпячивать себя, этот хитрый Григорий Теплов. По словам Шумахера, именно Теплов

«отправился 3 июля в Ропшу и принял меры к убийству императора».

Поскольку придворным доктором Крузе уже был

«приготовлен смертельный напиток, который он (император. — А. Б.) не хотел употреблять»,

пришлось послать вернейшего Теплова.

Но если убийца не Орлов, а Шванвич с Тепловым… Тогда, выходит, сама Екатерина оклеветала Орлова?! Не наказала, не отдала под суд… да и трудно ждать от нее такого поступка. Но перед современниками и потомками выставила Алексея Орлова совершенно отвратительным убийцей. Почему он принял эту роль? Почему даже после смерти Екатерины не пытался хоть как–то оправдаться? Объяснений может быть только два:

1) Алексей Григорьевич Орлов не имел ничего против такой роли, его устраивала слава страшного и низкого человека.

2) Алексей Григорьевич Орлов принял на себя эту полуофициальную роль как государственный человек. Чтобы навсегда спрятать в воду концы той гнусной трагедии, что разыгралась в Ропше 3 июля 1762 года.

А Теплов? Теплов отсиделся в стороне. Узок был круг тех, кто знал о его роли, и этот «круг» не раскрывал ртов до самой смерти.

Но кто бы и чем бы ни бил императора по голове и по лицу, кто бы и чем бы его ни душил, б июля 1762 года, всего через неделю после переворота, Пётр III мертв. В Александро–Невской лавре стоит гроб. Император одет в голштинский мундир (сразу видно его отчуждение от России), шляпа надвинута на лицо… чтобы не так заметен огромный синяк под глазом и на щеке. Лицо почерневшее; знающие люди шепотками разъясняют: задушили…

Похоронили императора тут же, в Александро–Невской лавре. Всех царей, начиная с Петра, хоронили в Петропавловской крепости. Со временем там ляжет и Ангальт–Цербстская мужеубийца. Пётр III — единственное исключение. Внук Петра I покоился не вместе со своей семьей, не в родовой усыпальнице. С точки зрения политики — плохой, неверный поступок Екатерины. Один из редчайших случаев, когда личные эмоции возобладали в ней над соображениями большой политики. Поступок озлобленной жены, а не государственной дамы. Ведь все видели, при всех европейских дворах, где покоится Пётр III Фёдорович, и делали выводы.

Так и после смерти был оклеветан и отлучен от своей семьи Пётр III, внук Петра I. Если Павел I родился от Салтыкова, то последний Романов по крови.