Империя. Книга 1 - Константин Малофеев

Русь той эпохи уже была христианизирующейся страной. На Подоле в Киеве стояла церковь Святого пророка Ильи. Когда в 941 году Игорь заключал договор с греками, то христианская часть русской дружины приносила клятву в этой церкви. Более того, если верить так называемому «Кембриджскому документу», происходящему из иудейских кругов Константинополя, Русь в первой половине X века вмешалась в религиозные распри Империи и Ханаана. Император Роман Лакапин воздвиг гонение на иудеев, в ответ на что хазарский каган «ниспроверг множество необрезанных». Тогда Роман послал «большие дары Х-л-гу [евр. «HLGW» соответствует сканд. «Helgi» и рус. «Олег» – К. М.], царю Руси». Олег к тому моменту давно был мертв, поэтому под этим именем имеется в виду либо Игорь, либо какой-то его родственник, также носивший имя Олег. Владыка русов овладел городом под названием «С-м-к-рай» на Боспоре Киммерийском (совр. Керченский пролив), то есть Тьмутараканью (позднее на долгие столетия этот ключ к Азовскому морю станет русским). Далее автор-ханаанеец описывает, как хазарский полководец Песах захватил три имперских города в Крыму и пошел на Шуршун (Херсонес), где кого-то спас «от руки Русов». Затем Песах несколько месяцев воевал с Хельгу и принудил того вернуть добычу из Тьмутаракани и начать войну с василевсом Романом во искупление провинности перед хазарами. Хельгу воевал у Константинополя четыре месяца, но «македоняне осилили его огнем. И бежал он, и постыдился вернуться в свою страну, а пошел морем в Персию, и пал там он и весь стан его»[263].

У этой истории есть частичные совпадения с нашей летописью: так, описание похода Хельгу на Константинополь совпадает с описанием в летописи аналогичного похода Игоря, закончившегося для русских неудачей из-за применения ромеями греческого огня. Вполне возможно, что к русско-имперской войне и впрямь привели те обстоятельства, которые описаны в кембриджском документе. Как бы то ни было, два года спустя Игорь собрал против греков сильную коалицию, в которую привлек венгров и печенегов. Василевс предпочел не воевать, а откупиться. А русы ушли на Каспий, в город Бердаа, и вернулись с победой. Таким образом, в религиозной войне Империи и Хазарии Русь встала на сторону ромеев, и, если однажды не смогла быть верной союзническим обязательствам, то сделала это вынуждено, вследствие неудачи. Воевать с Империей Русь явно не стремилась: получив дары, Игорь предпочел отступить, демонстративно позволив христианской части своей дружины принести отдельную клятву.

Христианская ориентация Руси стала еще более очевидной при княгине Ольге, вдове Игоря. Сама смерть Игоря, с учетом информации кембриджского документа, вероятно, была местью хазар за его примирение с Империей. Святая Ольга продолжила анти-хазарскую и проимперскую политику. В 946 году, по датировке Г. Литаврина, она лично посетила Царьград и приняла крещение от константинопольского Патриарха. Император Константин Багрянородный устроил в честь русской «архонтиссы» пышные торжества и празднества, пригласил на ипподром, что отражено на фресках Святой Софии, и богато одарил ее свиту. Вероятно, рассказ русской летописи о том, что василевс «нарек ю дщерью себе», то есть «назвал ее своей дочерью», отражает реалии византийского протокола, усвоившего русским князьям высокое звание υἱὸς βασιλέως (греч. «сын царя»), которое до того времени было лишь у правителей Болгарии.

Сын святой Ольги победоносный Святослав не перенял склонности матери к Христианству, однако продолжил священную войну с Хазарией и разгромил государство работорговцев-рахдонитов. Слезы русских пленников были отмщены. Хазарская столица Итиль была полностью разрушена, а Белая Вежа и Тьмутаракань перешли под власть Руси. Признали власть русских самодержцев и народы Северного Кавказа – ясы и касоги; попала под власть Святослава и крымская Керчь.

Затем, в 968 году, Святослав вступил на стороне Империи в Ромейско-болгарскую войну. По приглашению императора, выдающегося полководца Никифора Фоки, русский князь вторгся в Болгарию. Однако в 969 году Фока был предательски убит Иоанном Цимисхием. Тогда-то, считая себя свободным от обязательств перед императором, Святослав решил оставить Болгарию в своих владениях. Этот выдающийся воитель собирался сделать центром своего государства Переяславец на Дунае, «ибо там середина земли моей, туда стекаются все блага». Послам Цимисхия Святослав ответил как владыка Европы: «Я уйду из этой богатой страны не раньше, чем получу большую денежную дань и выкуп за все захваченные мною в ходе войны города и за всех пленных. Если же ромеи не захотят заплатить то, что я требую, пусть тотчас же покинут Европу, на которую они не имеют права, и убираются в Азию, а иначе пусть и не надеются на заключение мира»[264].

СВЯТАЯ ОЛЬГА

(945–960 гг.)

Однако военная машина Империи оказалась сильнее гения Святослава. После упорной борьбы, в которой как русичи, так и ромеи совершили великие подвиги, воспетые в «Истории» Льва Диакона, Святослав потерпел поражение от Иоанна Цимисхия. Однако русский князь в этих обстоятельствах держался чрезвычайно мужественно и заключил с императором почетный мир. Возвращаясь на Русь после войны, Святослав был убит печенегами. В этом убийстве, как и в предшествовавшем нападении печенегов на Киев, отчетливо видна направляющая рука рахдонитов, мстивших русским за разгром Хазарии и ослабление своего торгового могущества.

Убийство Святослава дорого обошлось печенегам. Его сын Владимир разгромил их, как Святослав ранее сокрушил хазар, и заключил союз с Империей. Судьба Руси решилась. Первый русский писатель митрополит Иларион писал: «Ибо вера благодатная распростерлась по всей земле и достигла нашего народа русского. И озеро закона пересохло, евангельский же источник, исполнившись водой и покрыв всю землю, разлился и до пределов наших. И вот уже со всеми христианами и мы славим Святую Троицу, а Иудея молчит; Христос прославляется, а иудеи проклинаются; язычники приведены, а иудеи отринуты»[265]. На Руси нступило время христианской благодати Империи, иудейский закон Хазарии иссяк.