Битвы, изменившие историю - Флетчер Прэтт

Японцы несколько путано организовали флот в отдельные подразделения. Они должны были действовать, взаимно поддерживая друг друга, в соответствии с тактической системой, хорошо показавшей себя еще при Цусиме и получившей статус классической в японской армии. Основная особенность заключалась в том, что Ямамото имел возможность ввести в действие не менее одиннадцати линкоров и десяти тяжелых крейсеров, а неприятель располагал по самому большому счету пятью тяжелыми крейсерами.

Для подготовки оккупации островов Атту, Кыска и Адак на севере два легких авианосца должны были вывести из строя небольшую американскую базу в Датч-Харборе, единственную в этом регионе, за три дня до нападения на Мидуэй. Поскольку нападение могло заставить американский флот направиться к северу от Мидуэя, одно крыло японского флота под началом Ямамото во время наступления должно было пойти в этом направлении; сразу после столкновения двух противников ожидался подход остального флота. Нагумо развернет эскадру, чтобы резко подойти к Мидуэю с северо-запада, за ним последует Ямамото. Силы вторжения двинутся с Сайпана и приблизятся к Мидуэю с вест-зюйд-веста. После захвата атолла группа Нагумо отправится на Трук подготовить захват Новой Каледонии и Фиджи, который станет подготовкой к бомбардировке восточной Австралии, а затем вернется назад, чтобы в августе оккупировать Гавайи.

Флот отправился в путь 27 мая, хором распевая военные песни во всю силу легких.

III

В тот же день авианосец «Йорктаун» прибыл в Перл-Харбор из Кораллового моря с течью и сильными внутренними повреждениями. По расчетам, на ремонт требовалось девяносто дней; но его произвели за два дня 1400 рабочих судоверфи, трудившихся круглыми сутками. Причина этой безумной спешки состояла в том, что еще с 10 мая военно-морская разведка снабжала адмирала Тихоокеанского флота Честера Нимица точной информацией о составе и целях Объединенного японского флота, что стало возможно после «взлома» японского кода, которым они шифровали свои радиосообщения. На тот момент, кроме «Йорктауна», Нимиц располагал авианосцами «Энтерпрайз» и «Хорнет», а также семью тяжелыми крейсерами, этими кораблями его силы исчерпывались. У американцев были еще шесть готовых к службе линкоров, но они стояли в Сан-Франциско, откуда едва ли могли вовремя добраться до места, да и были гораздо медлительнее японских кораблей того же класса. Нимиц не рассчитывал на них; в отличие от Ямамото, он не рассчитывал на артиллерию.

Корабли выступили в плавание в последний день мая, направляясь на северо-восток от Мидуэя. Соединение отличала несколько странная структура командования. Контр-адмирал Фрэнк Джек Флетчер находился на флагмане «Йорктаун» и, как старший офицер, формально возглавлял соединение, но летные экипажи ему не подчинялись, и основная часть реальной власти была в руках контр-адмирала Реймонда А. Спруэнса, перешедшего на авианосцы с крейсеров. Это был «человек-робот», холодный с виду, как лунные горы, каждое утро он выпивал пинту крепчайшего черного кофе и обладал умом, похожим на метроном, никогда не сбивавшимся с хода. На Мидуэе командовал капитан С.Т. Саймард; как только Нимиц узнал о предстоящей атаке, он начал усиливать там наземные войска. На атолле был всего лишь 121 самолет, в том числе несколько армейских «В-17» и множество патрульных самолетов, не считая легких бомбардировщиков и торпедной группы. Днем и ночью патрульные самолеты прочесывали зону диаметром 700 миль во всех направлениях западнее Мидуэя, но им очень мешала плохая погода. Береговые укрепления охранялись усиленным батальоном морской пехоты; два острова, из которых состоял Мидуэй, по периметру защищали пушки и препятствия, кроме того, в лагуне стояли десять торпедных катеров. Для всех были приготовлены бомбоубежища. Между Гавайями и Мидуэем был проложен кабель, гарантировавший, что внимание японцев не привлечет чрезмерно интенсивный обмен радиосообщениями.

Выход американских кораблей 31 мая внес в японский план первый и очень заметный элемент ошибки. Подлодки разведывательного подразделения, которым надлежало следить за ними, еще не успели прибыть на место и ничего не засекли. Во время приближения Ямамото к Мидуэю сквозь дождь и туман, скрывавшие его от американцев, но затруднявшие навигацию и сообщение, адмирал не получал надежной информации о количестве и местонахождении американских кораблей.

Однако некоторые меры могли восполнить этот недостаток. Японцы планировали отправить для наблюдения за Перл-Харбором и подступами к нему четырехмоторные самолеты типа «летающей лодки», базировавшиеся на острове Вотье. Для этого им пришлось выйти за пределы обычной зоны действия и заправляться на подлодках вблизи французского Фрегатного рифа между Мидуэем и Гавайями. Но в марте уже была такая попытка, и как только «летающие лодки» показались в небе над Перл-Харбором, Нимиц сразу догадался, что происходит. Японские подводные лодки, на которых должны были дозаправляться самолеты для Мидуэйской операции, обнаружили, что подходы к французскому Фрегатному рифу заминированы и весь район кишит американскими патрульными судами. Поэтому от плана воздушной разведки пришлось отказаться. Таким образом, Ямамото вынужден был полагаться на разведывательные данные генерального военно-морского штаба в Токио, которые по-прежнему говорили о том, что два американских авианосца, возможно, находятся на Соломоновых островах. Это лишало его шанса завязать решающее сражение с американским флотом. Адмирал, казалось, пребывал в очень дурном расположении духа. Японский штаб полагал, что императорскому флоту хватит времени справиться с американцами после оккупации Мидуэя. После того как американцы узнают о нападении, им придется проделать путь в 1100 миль от Перл-Харбора.

IV

Итак, подготовительные мероприятия были завершены; остальное зависело от тех, кто будет действовать. На Алеутских островах обе стороны практически ничего не достигли. 3 июня самолеты двух легких японских авианосцев осуществили бомбардировку Датч-Харбора, но не разрушили ни одного важного объекта и сами не понесли никакого ущерба; но когда они попытались совершить налет во второй раз, в туман поднялся наряд армейских истребителей «Р-40». Это значило, что американцы располагают в этом районе воздушной базой, о существовании которой раньше не сообщалось и о местонахождении которой японцы не подозревали; а фотографии, сделанные во время рейда на Датч-Харбор, показали гораздо более серьезные укрепления, чем полагали на императорском флоте. Хосогая, командующий флотом, изменил курс и направился на Атту и Кыску, поскольку Адак находился близко от этой неизвестной американской авиабазы. Его старания отвлечь внимание американцев на север потерпели неудачу из-за того, что Нимицу стало заранее известно об истинных намерениях противника.

Занавес главного спектакля поднялся в 9.00 утром 3 июня, когда патрульный самолет заметил японские силы вторжения в 600 милях к юго-западу от Мидуэя и преследовал их в течение нескольких часов. Днем вылетели обладавшие достаточной дальностью самолеты «В-17», чтобы осуществить бомбометание с больших высот. Как ни странно, они ни во что не попали, но сообщили о двух поврежденных линкорах и транспорте и убедили командование послать подводную лодку на поиск пострадавших, что характеризует поведение ВВС в ходе всей операции. Ночью четыре больших патрульных самолета взяли старт с торпедами на борту; их впервые использовали таким образом. Наряд совершил налет на японский конвой, пустив торпеды. Одна из них попала в танкер, в результате погибли двадцать три человека, но судно осталось в строю.