Наполеон - спаситель России - Андрей Буровский

Замужем с 7 октября 1776 г., она сумела организовать жизнь царственной четы так, что у Павла появился тыл. Первая жена была скорее соратницей; вторая — домашним другом и хозяйкой в его доме. Стоит посетить ее покои в Павловском дворце. Ее комната с низкими окнами выходи­ла в «садик Марии Федоровны»: чтобы встать и сразу ока­заться среди плодов собственного труда. Мария Федоров­на сама вела хозяйство, родила 10 детей и, судя по всему, была предана мужу намного сильнее, чем он ей. С ней у императоров Российской империи появились не любовни­цы, не тайные браки, а такие категории, как семья и дом.

В 1783 г. Екатерина дарит Павлу Гатчину. Павел не коронован, не миропомазан, не венчан на царство. Это какой-то недоимператор. Тот, кто имеет законное право на престол, но кого к престолу не подпускают.

«Гатчинский полуимператор» в официальной истории ославлен почти как его официальный отец — истеричным полудурком, жестоким деспотом, солдафоном. Как и его официальный отец, был он человеком образованным, не­глупым и гуманным.

Что касается истеричности и скверного характера Пав­ла I Петровича. Его учитель (с 1760 г.) граф Никита Ивано­вич Панин был убежденным либералом и конституциона­листом. Его мировоззрение формировалось в многолетней дипломатической работе в Дании и Швеции. Его брат Петр Иванович был великим поместным мастером масонского ордена в России.

Павел сильно привязался к Панину. Юноша весьма охотно занимался чтением и был хорошо знаком с Сума­роковым, Ломоносовым, Державиным, Расином, Корнелем, Мольером, Вертером, Сервантесом, Вольтером и Руссо. Прекрасно владел латынью, французским и немецким языками, любил математику.

Один из младших наставников Павла, Порошин, вел дневник, в котором день за днем отмечал все поступки ма­ленького Павла. В нем не отмечены никакие отклонения в психическом развитии личности будущего императора, о которых так любили впоследствии рассуждать много­численные ненавистники Павла Петровича.

Павел был ярко выраженным холериком, это факт. Он был сторонником конституции и равенства сословий. Но его психическое развитие не показывает каких-либо от­клонений.

Что касается атеизма. Духовником и наставником це­саревича был один из лучших русских проповедников и богословов архимандрит, а впоследствии митрополит Мо­сковский Платон (Левшин). В Гатчине до самой револю­ции 1917 г. сохраняли коврик, протертый коленями Павла Петровича во время его долгих ночных молитв.

Таким образом, мы можем заметить, что в детские, от­роческие и юношеские годы Павел, ославленный неве­жественным дураком и психопатом, получил блестящее образование, имел широкий кругозор и рано пришел к рыцарским и религиозным идеалам.

Типичное обвинение Павла — в жестокости и жуткой муштре, царивших в Гатчине. Но самый высокий процент выслужившихся в офицеры простолюдинов — как раз в Гатчинском гарнизоне. Самое низкое число телесных на­казаний солдат — там же. Павел был популярен и любим в своем войске не меньше, чем его мама — гвардией. Да­же больше, потому что ему больше доверяли. И пото­му, что гарнизон Гатчины и Павла объединяла общность судьбы.

Захоти и сумей Екатерина убить Павла — и что же? И конец его войску, разошлют его по дальним гарнизонам, и уж там никакой надежды на карьеру.

А Павел и впрямь боялся матери. Гатчина жила за ча­стоколом рогаток, и службу караульные несли не за страх, а за совесть. Это был гарнизон чуть ли не отдельного госу­дарства, где действовали свои уставы и порядки.

Несколько раз в Гатчине среди ночи поднимали сол­дат по тревоге — якобы к Гатчине шли правительственные войска. Подсылала ли Екатерина к сыну убийц, не были бы тревоги ложными — неизвестно. Что солдат поднимали по тревоге, люди стояли с заряженными ружьями и пуш­ками, готовы были отражать неприятеля — это факт. Что стоит за этими происшествиями? Какие еще мрачные тай­ны? Бог весть...

В окружении Павла отнюдь не звонили во все колоко­ла, там старались замять такого рода происшествия. А уж в официальном летописании Российской империи таких эпизодов, конечно, и в принципе быть не могло. Но они были.

Есть данные и о том, что Павел Петрович, не без осно­ваний опасаясь за свою жизнь, во время восстания Пуга­чева вполне серьезно собирался двинуться ему навстречу со всем своим гатчинским войском. В 1773 году ему уже 19 лет, он имеет право на престол.

Какой вид могла бы принять встреча «чудом спасшего­ся Петра III» «папы»-Пугачева и пришедшего к нему почти­тельного «сына»-Павла, можно только гадать.

Но на какой-то момент сделалась вполне реальной связь принца Павла, законного наследника престола, и самозван­ца Пугачева, называвшего себя Петром III. Стало реальным соединение крестьянского сопротивления и дворянской, более того — придворной оппозиции... До какой степени меняет она принятые, казалось бы — единственно возмож­ные оценки событий!

Вряд ли победа Пугача могла нести что-то большее, чем ввержение России в кровавый хаос. Но сама то перспек­тива какова?!

Впрочем, эта встреча не состоялась... скорее всего, ко всеобщему благу.

Павел жил нецарствующим принцем до 1796 года, до возраста 42 лет. Большую часть этого времени он находил­ся в постоянном ожидании и в постоянном напряжении. Разумеется, это сказалось на его характере и поведении.

В 1794 г. императрица окончательно решила устранить своего сына от престола и передать его старшему внуку Александру Павловичу. Правда, она тут же встретила противодействие со стороны высших государственных сановников.

О дальнейшем есть две версии: согласно одной, вне­запная смерть Екатерины 6 ноября 1796 г. открыла Павлу дорогу на трон. Что характерно, в убийстве матери Павла никогда не обвиняли. Видимо, не тот человек.

По другой версии, Екатерина все же написала заве­щание: отстранить Павла от трона, передать трон внуку Александру! Согласно законам, введенным Петром I, она имела право сама назначить наследника.

Сразу же после того, как Павел получил весть, что им­ператрица без сознания, он с верными гатчинскими пол­ками занял дворец. Павел тут же опечатал все документы матери, а завещание Екатерины было сожжено в дворцо­вом камине.

Так ли это, до сих пор не известно. Ходят темные слухи, которым можно верить или не верить.

Свое царствование Павел начал с изменения всех по­рядков екатерининского правления. В том числе Павел прямо во время своей коронации, пришедшейся на день Пасхи, отменил петровский указ о назначении самим им­ператором своего преемника на престоле и установил четкую систему престолонаследия. С того момента пре­стол мог быть наследован только по мужской линии, по­сле смерти императора он переходил к старшему сыну или младшему брату, если детей не было. Женщина могла занимать престол только при пресечении мужской линии. Этим указом Павел исключал дворцовые перевороты, ког­да императоры свергались и возводились силой гвардии, причиной чему было отсутствие четкой системы пре­столонаследия (что, впрочем, не помешало дворцовому перевороту 24 марта 1801 г., в ходе которого он сам был убит). Также сообразно этому указу женщина не могла занимать русский престол, что исключало возможность появления временщиков (которые в XVIII веке сопутство­вали императрицам) или повторения ситуации, подобной той, когда Екатерина II не передала Павлу престол после его совершеннолетия.