Оборона Одессы - Артем Филиппенко

Еще 22–24 августа генерал Г.П. Софронов требовал сократить фронт Восточного сектора путем избавления от Чебанского шлейфа – узкого выступа в 12 км, – а высвободившиеся силы бросить на помощь 54-му Разинскому стрелковому полку, у которого в ротах некомплект бойцов достиг 70 %. Как писал Н.И. Крылов, «вывод, к которому пришел Софронов, я считал правильным. Отбросить врага назад от Корсунцев и Ильичевки, не пустить его к морю западнее Большого Аджалыкского лимана и особенно на мыс Е – важнее всего. Сокращение фронта Восточного сектора за счет «шлейфа», как назвал командарм Чебанский выступ, высвободило бы для этого некоторые силы».

Положение в Восточном секторе обсуждалось на ночном заседании Военного совета OOP. Все собравшиеся отмечали реальную опасность не только выхода противника на берег Одесского залива, но и прорыва его к Пересыпи. В третьем часу ночи 25-го Военный совет оборонительного района принял единственно возможное в этих условиях решение – был подписан приказ об отступлении.

В ночь на 25 августа правофланговые части Восточного сектора оставили свои позиции на прибрежной полосе восточнее Большого Аджалыкского лимана и перешли в район расположения 54-го стрелкового полка, где накануне враг прорвал линию обороны. Части Восточного сектора OOP заняли рубеж Александровка – северная окраина агрокомбината «Ильичевка» – совхоз «Ильичевка» (исключительно), 0,5 км южнее отметки 6,5. 1-й полк морской пехоты был выведен в резерв армии по причине потери боеспособности. В боях полк потерял до 75 % своего состава. Вообще в кровавом августе советские потери составляли до 1 тыс. человек в день, за август в госпитали поступило 25 тыс. раненых.

Части 5-го румынского армейского корпуса подошли к Одессе на расстояние 15–16 км. Противник получил возможность обстреливать одесский порт и корабли на подходах к порту, фарватер, проходивший в 4–5 милях от берега, установив в районах Чебанки, Фонтанки, высоты 65,9 и Гильдендорфа дальнобойную артиллерию. Румыны установили у Чебанки свою артиллерийскую батарею и начали обстреливать город и порт из дальнобойных орудий. Вечером 25 августа на территории порта разорвался первый неприятельский снаряд. Хотя румынская батарея и вела неприцельный огонь, тем не менее эти обстрелы представляли большую опасность, особенно для порта. Срочно предпринятые советскими артиллеристами попытки обнаружить местонахождение вражеской батареи не увенчались успехом, так как орудия скрывались в складках холмистой местности и часто меняли позиции. Огонь же по площадям, открывавшийся с берега и с кораблей, результатов не давал.

Ранним утром 25 августа 54-й стрелковый полк и прибывшие на его участок подразделения перешли в наступление. На 12-километровом отрезке линии фронта между Большим Аджалыкским и Куяльницким лиманами завязался ожесточенный бой, который продолжался весь день. Усиленную поддержку войскам Восточного сектора оказывали авиация и корабельная артиллерия. Неожиданностью для румын стало участие в бою нового советского бронепоезда № 21 («Черноморец»). Советские войска отбили у противника захваченные им накануне Александровку, Корсунцы и Ильичевку. Продвижение неприятельских войск к морю в полосе между Большим Аджалыкским и Куяльницким лиманами было остановлено. Но на следующий день новое наступление советских частей в Восточном секторе не увенчалось успехом. Давление на Восточный сектор обороны дорого обошлось румынским частям. Со 2 августа 4-я румынская армия потеряла 27 307 человек (5329 погибших, 18 600 раненых и 3378 пропавших без вести).

С утра 26 августа румынские войска, силами до трех дивизий, возобновили наступление на рубежи обороны по обе стороны Куяльницкого лимана. Потеснив подразделения 54-го стрелкового полка на участке восточнее Куяльницкого лимана, неприятель снова захватил Гильдендорф, Александровку, хутор Шевченко и, непрерывно атакуя, продолжал продвигаться по направлению к морскому побережью в район села Фонтанка. Вновь создалось критическое положение. Рядом с Фонтанкой была расположена береговая батарея № 21 (орудия калибра 203 мм), которая играла важную роль в огневой поддержке войск Восточного сектора (командовал батареей капитан А.И. Кузнецов, погибший в бою 26 августа). Значение этой батареи возросло после потери 412-й батареи.

Нескольким мелким группам противника удалось просочиться через линию обороны и приблизиться к месту расположения 21-й батареи, но они были уничтожены бойцами 26-го полка НКВД. Тем не менее Фонтанка и батарея оставались под постоянной угрозой захвата неприятелем.

Для подкрепления войск Восточного сектора, понесших в этот день большие потери, командование Приморской армии направило из своего резерва два отряда моряков и два зенитно-артиллерийских дивизиона с орудиями, приспособленными для стрельбы по наземным целям. Они прибыли под вечер и сразу включились в бой с противником. Части Восточного сектора были поддержаны артиллерийским огнем эсминцев «Бодрый», «Шаумян», «Незаможник», канонерских лодок «Красная Грузия», «Красная Армения», «Красный Аджаристан». К полуночи наши части отбили Ильичевку и заняли юго-восточную окраину Гильдендорфа.

Положение в Восточном секторе продолжало оставаться критическим. На правом его фланге морские пехотинцы и полк НКВД с огромным трудом сдерживали натиск превосходящих сил противника, рвавшегося к черноморскому побережью в районе Фонтанки. 24 августа румынским войскам удалось выйти на западный берег Большого Аджалыкского лимана. Это создало возможность румынской артиллерии вести прицельный огонь по одесским промышленным объектам и портовым сооружениям.

27 августа было связано с наступлением румынских войск на высоту 65,5 у совхоза «Ильичевка». Александровка и большая часть совхоза Ильичевка оказались в руках противника. 5-й кавполк в пешем строю был направлен для возвращения стратегически важной высоты. Из штаба сектора докладывали, что все труднее держаться на правом фланге, у Большого Аджалыкского лимана. Непрерывно атакуя, враг, очевидно, решил любой ценой пробиться к приморскому селению Фонтанка, к мысу Е. Это побудило Военный совет OOP срочно просить у высшего командования подкреплений. Испрашивались одна стрелковая дивизия, батальон танков и истребительный авиаполк.

95-я стрелковая дивизия, державшая оборону в Западном секторе, успешно отбивала упорные ночные атаки двух румынских пехотных дивизий – 3-й и 7-й – и нанесла им чувствительный урон. В ночном бою был разгромлен 14-й полк 7-й пехотной дивизии противника, пытавшийся овладеть хутором Октябрь. 161-й стрелковый полк захватил несколько десятков пленных и трофеи – 4 миномета, 9 пулеметов, танк. Потери только 3-й пехотной дивизии в боях за Выгоду и Октябрь составили 775 человек (138 убитых, 538 раненых и 54 пропавших без вести). 24 августа в результате контратак, поддерживаемых точным огнем артиллерии, наши позиции на ряде участков Западного сектора немного улучшились.

Подтянув подкрепления, неприятель снова атаковал позиции 95-й стрелковой дивизии. На этот раз ему удалось потеснить 161-й стрелковый полк и занять хутора Октябрь и Важный. На помощь 161-му стрелковому были переброшены 13-й отдельный разведывательный батальон, одна батарея 97-го отдельного артдивизиона и прибывший из резерва армии 7-й кавполк. Положение на этом участке было восстановлено, хутора Октябрь и Важный вновь были заняты нашими частями.