Мир тесен. Короткие истории из длинной жизни - Ефим Шифрин

В детстве меня называли Фимой, хотя мое полное имя Нахим. Мальчик в подтяжках еще не знает, что на афишах он превратится в Ефима.

Но в школьном дневнике, уже в Латвии, по-прежнему как в метрике — Шифрин Нахим.

О кино я знал всё или почти всё. И, конечно, мечтал о том времени, когда и сам встану перед кинокамерами.

Эта беседка стояла в дюнах, в конце улицы Турайдас, которая вела к морю — от знаменитого концертного зала в Дзинтари.

Единственный снимок, где я вместе с родителями. За нами окна моей комнаты в юрмальском доме.

* * *

А это мой одноклассник — Григорий Смирин, который «увековечил» меня в юрмальских портретах. Вместе с ним мы основали школьный театр «Не рыдай!».

В Малом Ивановском переулке в Москве. Рожки за моей головой показывает тогда еще не знаменитый Павел Брюн.

Привычка выбирать предметы одежды в одной гамме сложилась у меня тогда, когда выбирать особенно было нечего. Мартыньш Пунанс, который подтвердил это своей фотографией тех лет, теперь известный оператор и кинодокументалист.

Реклама в моей жизни началась и закончилась в один день. В программе «Аншлаг» К. Новикова, М. Евдокимов и я однажды рекламировали модель телевизора.

Думаю, что радиоэфиры подспудно привели меня к очень важному делу в моей жизни — любимой работе над аудиоверсиями книг.

В конце 80-х М. Жванецкий пригласил меня и К. Новикову на свои стадионные концерты. Трудно поверить, но все дни стадион был заполнен битком. Даже странно, почему за кулисами мне пришло в голову изображать скорбную мину.

Вообще-то я редко поднимаю указательный палец. В моем характере совсем не прижилась назидательность, поэтому я чаще поднимаю большой, чтобы похвалить кого-то или, если находится повод, похвалиться.

* * *

В старой передаче «Вокруг смеха» я дебютировал в 1983 году. Спустя годы в возрожденной программе ведущим предложили стать мне. Она продержалась в эфире всего один сезон.

«Голубой огонек» под названием «Женщина всегда права» вышел в эфир 8 марта 1989 года. Мы вели его вчетвером: Алла Пугачева, Александр Ширвиндт, Михаил Державин и я.

Иногда я завидую сам себе. По-моему, это самый невинный образец зависти. С Нонной Мордюковой и Олегом Янковским.

С Георгием Вициным мы часто встречались на концертах. Я не знаю никого из актеров, в ком таким же образом сочетались бы высочайший актерский дар и поражающая человеческая скромность.

Моим мастером на курсе в цирковом училище был Роман Виктюк. Это он привел меня в Студенческий театр МГУ, а затем вывел и на сцену Театра имени Евгения Вахтангова.

Жванецкому я обязан первыми эстрадными номерами. Я всегда ощущал его особое отношение ко мне: ведь это он написал теплое предисловие к моей первой книжке. К сожалению, я уже не смогу подарить ему экземпляр книги, которую вы сейчас держите в руках.

С Кончаловским мы сначала встретились на съемочной площадке: моей первой заметной работой в кино стал Марк Шифер в его фильме «Глянец». А потом был мюзикл «Преступление и наказание», где Андрей Сергеевич доверил мне играть и петь за Порфирия Петровича.

Редкий случай, когда Арканова можно было застать улыбающимся. Видно, в тот раз это мне удалось рассказать ему что-то смешное.