Елизаветинская Англия. Гид путешественника во времени - Ян Мортимер
- Автор: Ян Мортимер
- Жанр: Историческая проза
- Дата выхода: 2014
- Страниц: 109
- Добавлено: 4.12.2023
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Елизаветинская Англия. Гид путешественника во времени - Ян Мортимер"
Если вы католик, то ваша жизнь с каждым десятилетием становится все сложнее. Соглашение 1559 года уже не слишком приятно, в 1570 году все становится только хуже, а к 1580-м – просто невыносимо. В этом году католики из колледжа в Дуэ устанавливают нелегальный печатный пресс в Стонор-Парке, графство Оксфордшир, чтобы обойти цензоров в портах. В том же 1580 году в Англию прибывают иезуиты, чтобы «сохранить и укрепить веру английских католиков». Более сотни этих дисциплинированных, воинственных католических священников проникают в королевство к концу года, живя в тайне и готовя заговоры. После этого созывается парламент, и в 1581 году принимается Акт о сохранении должного послушания среди подданных ее величества королевы. Любой, кто призывает людей обратиться в католическую веру, считается государственным изменником и приговаривается к смертной казни. Штраф для тех, кто не является на церковные службы, вырастает до 20 фунтов в месяц. Те, кто не появляется в церкви целый год, обязаны также представить долговую расписку на 200 фунтов, чтобы гарантировать хорошее поведение. Служение мессы карается штрафом 200 марок (133 фунта 6 шиллингов 8 пенсов) и годичным тюремным заключением; даже слушание мессы карается штрафом 100 марок (66 фунтов 13 шиллингов 4 пенса) и годом тюрьмы. Любой, кто нанимает учителя, не ходящего в церковь, должен платить штраф 10 фунтов в месяц. В другом акте запрещаются любые непочтительные слова в адрес королевы. Многие люди из-за этого попадают под суд.
Озлобленность все нарастает. Елавный иезуит, Эдмунд Кэмпион, заявляет, что католики не должны ходить на англиканские службы (хотя многие люди, сочувствующие католикам, ходят в англиканские церкви). В 1581 году Кэмпиона арестовывают, пытают на дыбе и проводят по улицам Лондона с табличкой «Это Кэмпион, совратитель народа», после чего публично казнят. Другого католика, Энтони Тиррелла, арестовывают за заговор с целью убийства королевы в 1581 году; его тоже пытают на дыбе и казнят. Джона Пейна, выпускника колледжа Дуэ, арестовывают по такому же обвинению, пытают на дыбе, а в следующем году вешают. Отвращение, питаемое к происходящему Римом, выражается в книге Роберта Парсонса «De Persecutione Anglicana» («О преследованиях, проводимых англиканами»), вышедшей в 1582 году, – там в красках описываются страдания католиков, и ненависть к английским протестантам увеличивается по всей Европе. Но с каждым годом религиозный кризис становится все хуже. Ежегодно католики хоть раз, да пытаются убить королеву.
Водоразделом стал 1585 год. Начинается война с Испанией. В Рае, графство Суссекс, арестовывают католического агента по имени Гильберт Гиффорд, и он признается, что участвует в заговоре против Елизаветы. Сэр Фрэнсис Уолсингем предлагает Гиффорду стать двойным агентом в обмен на сохранение жизни; Гиффорд соглашается и выдает Уолсингему информацию, которая приводит к раскрытию заговора Энтони Бабингтона с целью убить Елизавету и отдать трон Марии, королеве Шотландии, чтобы восстановить католичество. Всех участников заговора сажают в тюрьму, пытают и казнят; в 1587 году судят и обезглавливают и саму Марию. К этому времени испанцы уже собираются отправить к берегам Англии Непобедимую армаду и завоевать страну. После разгрома Армады в 1588 году положение католиков становится еще хуже. В 1591 году во всех графствах организуют комиссии, проверяющие вероисповедание людей и регулярность посещения церкви. Наконец, в 1593 году принимается самый экстремальный антикатолический акт. Тех, кто не приходит в церковь в течение месяца, сажают в тюрьму. Католикам запрещается отъезжать более чем на пять миль от своих домов под угрозой конфискации всего движимого и недвижимого имущества. Они обязаны зарегистрироваться у местных властей и получить особое разрешение, если желают куда-либо уехать.
Мы прошли долгий путь с 1564 года, когда половина мировых судей еще сомневалась, приносить ли клятву супрематии. Всего за 35 лет католицизм превратился из респектабельной нормы в религию преследуемого меньшинства. С 1571 года и до конца правления Елизаветы по обвинению в предательстве казнено не менее 180 католиков – возможно, даже больше 250. Если вы даже в последние годы елизаветинского правления остались католиком, то мессу будете служить тайно, поздно ночью или очень рано утром, в дворянском доме. Несомненно, вы хоть раз переживете ужасный момент, когда кто-то начнет настойчиво стучать в дверь, и вы увидите перепуганные лица окружающих – неужели вас все же обнаружили? Возможно, вам даже придется прятаться в «священнической нише», маленькой тайной комнатке, выдолбленной в стене или выкопанной под полом, пока власти обыскивают дом. Отец Вильям Вестон, иезуитский священник, отучившийся в Дуэ, описывает именно такой случай, произошедший в 1585 году:
В дом, где я одно время тайно обитал, однажды пришли католики, которые удовлетворительным образом представились и мне, и главе семьи и сказали, что хотели бы отслужить мессу. После окончания мессы, когда все ушли, я, как обычно, остался, поднялся на второй этаж, в комнату, где держал книги, и продолжил свои труды. Чуть менее чем через два часа дом оказался окружен большой толпой. Я не знаю, пришли ли они по доносу или случайно. Но служанка поспешно прибежала в мою комнату – я по-прежнему сидел там – и предупредила меня об опасности. Она сказала, чтобы я немедленно спустился вниз, и показала мне тайное убежище под землей; в домах католиков есть несколько подобных мест, иначе всем бы угрожала большая опасность. Я спустился туда, держа в руках требник – единственное, что успел взять при побеге, ибо промедление было бы слишком опасно. В это время еретики уже вошли в дом и обыскивали отдаленные комнаты. Из своего тайника, похожего на пещеру, я следил за их передвижениями по поднимаемому ими шуму и гулу. Шаг за шагом они подбирались все ближе; когда они вошли в мою комнату и у видели книги, поиски продолжились с еще большим рвением. В той же комнате был секретный проход, ключ от которого они тут же потребовали и, открыв дверь, оказались практически прямо у меня над головой. Я слышал практически все произносимые ими слова. «Вот, смотри! – кричали они. – Потир! И служебник!» Эти вещи действительно там были. Времени спрятать их уже не оставалось, да и, по-хорошему, это было невозможно. Затем они потребовали молоток и другие инструменты, чтобы пробить стену и обшивку. Они были уверены, что я где-то поблизости.
Я в это время горячо молился Богу, чтобы Он отвел от меня опасность. В то же время я размышлял, не стоит ли сдаться врагам самому, не дожидаясь унизительного обнаружения. Я верил, что некий иуда совершил донос и предал меня, но, чтобы скрыть предателя, они хотели обнаружить меня как бы случайно, а не в результате донесения.
Пока я размышлял, один из них, либо по ошибке, либо из умысла, либо по указанию доброго ангела, закричал: «Зачем тратить время, ожидая топоров и молотков? Здесь нет места, чтобы спрятаться. Посмотрите на углы: здесь отлично видно, что и куда ведет. Тайникл здесь никак не устроить…»
Весь тот день я прятался, равно как и весь следующий, почти до заката. Подвал был темным, сырым и холодным и таким узким, что все это время мне пришлось стоять. А еще я не мог издать ни звука, даже кашлянуть. Я думал, что если они не смогут меня найти, то окружат дом и отрежут мне все пути к отступлению. За все это время ни один слуга не пришел, чтобы открыть дверь, что лишь подтвердило мои опасения, что дом до сих пор в руках врага… Служанку, которая заперла меня в убежище, посадили в тюрьму; остальные слуги об этом ничего не знали и даже не представляли, что произошло со мной.
