Русский всадник в парадигме власти - Бэлла Шапиро

Звание шефа полка при дворе воспринималось как почетная должность, накладывающая определенные обязанности и в духовной, и в материальной сфере. Отношение августейшего шефа к своим подопечным, основанное на блестящем знании истории полка[1840], как правило, не было формальным, о чем свидетельствуют обширная делопроизводственная документация[1841], переписка[1842], подкрепленные сведениями полковых «летописей». Еще одним свидетельством являются мемориальные вещи[1843].

Свидетельством теплых отношений шефа и подопечных были не только официальные дары, но и трогательные женские безделушки, которые преподносились Романовым наряду с «серьезными» подносными вещами. Так, шеф кавалергардов императрица Мария Федоровна хранила в Туалетной комнате Гатчинского дворца парфюмерный флакон в виде каски кавалергарда[1844]. Кроме того, среди ее украшений была брошь в виде миниатюрного кавалерийского палаша. Она была поднесена ее величеству вместе с букетом в ознаменование особых отношений между императрицей и подшефным полком на полковом празднике 6 сентября 1882 г.[1845] Это был первый полковой праздник после назначения Марии Федоровны шефом полка[1846]. Развернутое описание этого значимого для обеих сторон события было размещено в петербургской газете «Голос» от 8 сентября 1882 г.[1847]

С 1826 г. (с того самого года, когда кавалергардам был присвоен данный образец палаша) полковым маршем была избрана мелодия из оперы Ф. А. Буальдье «Белая дама». Однако на гвардейском сленге название произведения означало еще и холодное оружие, с которым гвардия, в соответствии с негласным этикетом, не расставалась никогда и даже венчалась, вопреки церковным правилам, не снимая оружия[1848]. Известно, что Мария Федоровна высоко оценила подарок и надевала брошь при посещениях кавалергардии. Именно она украшала наряд августейшего шефа 30 января 1884 г. при осмотре казарм, манежа, лошадей и конюшен полка[1849]. Традиция полковых подношений, вопреки «не раз повторенным приказам по военному времени о воспрещении всяких подписок и складчин между офицерами»[1850], заняла важное место в полковой жизни, способствуя выстраиванию теплых отношений между августейшим шефом и подопечными полками.

Еще одним из таких предметов является простой на вид красный веер[1851]: единственным украшением лицевой стороны гладкого атласного экрана-плие является надпись «Карусель Кавалергардского Ея Величества полка 1886»[1852]. Более внимательный взгляд увидит правую лицевую пластину, украшенную серебряной императорской короной, левую пластину с эмалевым полковым знаком в виде Мальтийского креста, полудужку (кольцо для кисти) в виде шпоры — «лучшего украшения кавалериста»[1853], и саму кисть в виде офицерского темляка, собранную на конце и повязанную по-кавалерийски. Веер принадлежал Марии Федоровне; он происходит из Аничкова дворца, который служил ее основным петербургским местопребыванием.