Редкая птица - Михаил Марголис

Однако и такая нежно-драматичная история не повлияла на «шуточный» статус брачного союза Кости и Дианы. К огорчению Галины Анисимовны, молодожены, как и было намечено, развелись.

«Это не так быстро получилось, – говорит Арбенина. – Оказалось, что замуж выйти гораздо проще. А тут нам пришлось некоторое время ждать, потом подбирать подходящую дату, поскольку наши графики не совпадали: я была то в Москве, то где-то ещё. А когда мы-таки пришли в ЗАГС, тети, которые там работали, не хотели расторгать наш брак. Говорили: у вас почерк похож, вы так друг другу подходите, вам не нужно разводиться. Пришлось сказать: давайте мы сами решим. В общем, развелись. Вышли оттуда, выпили кофе и пошли своими путями. У него сейчас хорошая семья, дети. Я, кстати, сразу после свадьбы отдала ему обручальное кольцо. Оно же – их семейное наследие».

Когда я процитировал Диане одно из интервью Арбенина, где он говорит, что давно с ней не общался и общих интересов у них уже нет, она отреагировала так: «Думаю, это наносное. Наверное, у него были ко мне какие-то не высказанные претензии, какая-то боль. А я бы с ним с удовольствием пообщалась. И с его женой Сашей. Никакого антагонизма не испытываю. Я бы и на концерт «Зимовья зверей» сходила…»

Активность «Ночных Снайперов» во второй половине 1990-х набирала обороты, количество песен и выступлений росло, но все происходило, как любят теперь выражаться, рандомным образом, оставаясь, по сути, на местечковом уровне. Диана и Света получили институтские дипломы, однако «работать по специальности» явно не собирались. Надо было укреплять свой музыкальный базис и подтягивать новую аудиторию. Дуэт нуждался хотя бы в «понимающем тему» директоре. Книжных историй в духе: девочки пели в маленьком прокуренном клубе, где однажды их заметил глава крупного звукозаписывающего лейбла и вскоре они стали звездами, у «Снайперов» не приключилось. Никто из влиятельных фигур отечественного шоу-бизнеса внезапно ими не восхитился. Меценаты-подвижники на горизонте тоже не маячили. Да и среди рядовых музыкальных менеджеров не наблюдалось желающих поработать «на раскрутку «НС». Девушки фактически предложили себя сами – Светлане Лосевой, питерскому фотографу, экс-сотруднице читального зала ЛДМ (Ленинградский дворец молодежи), причастной в 80-х к организации концертов групп Ленинградского рок-клуба, экс-директору знаменитых команд «Н.О.М.», «Ноль» и вообще человеку, хорошо знакомому с отечественной рок-средой.

«В 98-м стало понятно, что нам нужен человек, который профессионально занимался бы организацией наших концертов, знакомил с музыкантами, промоутерами, издателями, – говорит Арбенина. – У Сургановой никаких связей в этой сфере не было. Она слушала Юрия Антонова и прекрасно себя чувствовала. Рок-клубовская история была для нее примерно тем же, чем для меня чукотская сопка, до которой идти и идти. Но вот однажды играли мы в какой-то очередной арт-галерее, и к нам подошла питерская художница Татьяна Азовцева, кстати, подрабатывавшая в легендарной котельной «Камчатка», и сказала: «У меня есть подруга, Света Лосева – директор «Ноля». Но Федя Чистяков сейчас почти завязал с концертами, и, может быть, Светлана заинтересуется «Снайперами». Давайте, я вас познакомлю». Мы согласились. Пришли к Лосевой, попели и поняли, что наш акустический дуэт ей не интересен совершенно. Она была приверженцем такого классического рок-клубовского звучания. И сразу порекомендовала: «Знаете, вам нужен электрический состав».

Диана и Светлана Лосева

Лосева плодотворно поработала на «снайперский» подъем в течение четырех лет. И вскоре после неожиданного для нее расставания с группой, в 2002 году, поделилась некоторыми воспоминаниями о первой встрече с «НС» в беседе с журналистом Михаилом Филимоновым. Подчеркну, разговор шел после «увольнения» Лосевой. Еще за год до этого она говорила о своих «подопечных» с другой интонацией.

«Это произошло в августе 1998 года. До этого я понятия не имела, что такая группа существует. Думаю, никто не имел понятия. Уж Москва-то точно. Тогда это был чисто акустический дамский дуэт – скрипка и гитара. Моя знакомая художница Татьяна Азовцева услышала их на каком-то концерте, ее проперло, и она стала просто преследовать меня восторженными рассказами о них. Работа с «Нолем» тогда уже шла очень вяло. К тому же было лето. Из города все разъехались. Настроение у меня было неважнецкое. И когда Татьяна в очередной раз пристала ко мне со «снайпершами», я сказала: «Хрен с тобой! Приводи их!» Ни о каком директорстве я тогда не думала: просто гости придут, и ладно. «Снайперши» оказались довольно шустрыми барышнями. И где-то в 5 утра они сделали мне предложение стать их директором. Я сказала, что нужно посмотреть их концерт. Через неделю они пригласили меня в клуб «Чаплин». Помню, зрителей было человек 30. Из них 20 – халявщики. Билет стоил 30 рублей. «Снайперы» получали половину кассы. Можете прикинуть, какой у них был гонорар. На него можно было только немного выпить и уехать домой на такси, если не очень далеко. Тем не менее концерт мне понравился. И я взялась за них. Конечно, в том виде, в каком они были, с ними никуда нельзя было сунуться. Это была очень талантливая, но самодеятельность. И началось приведение барышень и их материала в вид, приемлемый для работы с радиостанциями, и т. д. Во-первых, была нужна музыка. То, что я услышала, – это было пение под аккомпанемент. Нечто среднее между КСП и «русским шансоном». Хотя тематика и даже само стихосложение были совершенно другие. Вообще, отнести это к какому-либо жанру было сложно. На слово «КСП» девушки обижались и кричали, что они рокеры. «Где же вы видели рокеров без ритм-секции?» – удивлялась я. Но им уже мерещились какие-то Уэмбли. И я привела им ритм-секцию – барабанщика Алика Потапкина и басиста Игоря Копылова. Гога на тот момент нигде не играл. Работал на радио «Балтика», придумывал там всякие смешные слоганы для рекламы. А Алик только что приехал из Шотландии. Заполучить такую ритм-секцию – это была большая удача. Самое смешное, что девушки поначалу считали Алика и Гогу какими-то «ребятками» с улицы. Только на третьей репетиции до них дошло, что с ними играют экс-музыканты «Наутилуса Помпилиуса». Они как нормальные лохушки знали только, как Бутусов выглядит. Этим их познания о «Нау» и заканчивались. Хотя они все время повторяли: «Мы так любим песни Славика Бутусова». Меня, кстати, это очень коробило, потому что Славиком его даже жена не называет. Она говорит ему «Слава».