Наполеон - спаситель России - Андрей Буровский

Интересно, что несмотря ни на что, к больным и ране­ным врагам россияне относились сочувственно. В Ново­девичьем монастыре заболевших французских солдат ле­чили, а в Рождественском делились с голодными оккупан­тами своей пищей. Рассказывая об этом, одна из монахинь пояснила: «Опять же жаль их, сердечных, не умирать же им голодною смертью, а шли ведь они на нас не по своей воле».

Но поведение французов в Москве стало широко из­вестно. Это еще более послужило делу сплочения народа и подъему патриотических настроений.

Удивительно, что, несмотря, на весь свой прославлен­ный гений, Наполеон не смог понять: таким поведением можно только озлобить народ. Может быть, Наполеон сам сделался жертвой собственной пропаганды? Что ха­рактерно — в других странах он не взрывал национальные святыни — даже когда отступал. Может, он сам поверил в рабскую сущность русского народа? Хотя... Он так и не решился опубликовать Манифест об отмене крепостного права. Он так и не поставил в Кремле собственные статуи в тоге законодателя. Видимо, начал понимать, что в России такая пропаганда не сработает. А какая сработает — види­мо, не понимал, и времени понять у него не было.

Получилось, что Бонапарт не только позволил втянуть себя в летне-осеннюю кампанию 1812 года и тем самым спас Россию. Он очень помогал тому, чтобы война стала Отечественной. Наполеон начал войну не только с могу­чим государством, а с народом громадной и великой стра­ны, причем не зная толком его истории, не понимая и не уважая его традиций и ценностей. Не в силах понять зако­нов игры, мог только пакостить и разрушать. А делая это, закономерно провоцировал «дубину народной войны», о которой так хорошо писал Лев Толстой.

Они [польские уланы. — А.Б.] старались плыть вперед на ту сторону и, несмотря на то, что за полверсты была переправа, гордились тем, что они плывут и тонут в этой реке под взглядами человека, сидевшего на бревне и даже не смотревшего на то, что они делали.

Граф Л. Н. Толстой

Известны написанные еще в августе письма на­чальника Главного штаба французской армии Бертье, адресованные Кутузову.В письмах Бертье просит «при­нять меры для придания войне характера, сообразного с общепринятыми правилами, и прекратить напрасное опу­стошение страны, столь же вредное для России, сколько прискорбное для императора Наполеона».

На эти письма Кутузов не ответил. Когда посол Напо­леона Лористон просил о мире (Наполеон еще в Кремле), Кутузов пожал плечами:

— Так война только начинается!

Лористон просил унять партизан, и Кутузов опять по­жимал плечами:

— То не солдаты, то мирное население. Никакой власти у меня над ними нет.

Кутузов, мягко говоря, не выдавал правды: он лично создавал войсковые партизанские отряды.

Войсковые партизанские отряды

Первый такой отряд был создан еще до Смоленско­го сражения Барклаем-де-Толли — 4 августа, войсковой партизанский отряд Ф.Ф. Винценгероде.

Отряд Винценгероде действовал вначале в тылу фран­цузских войск в районе Витебска и Полоцка, а с оставле­нием Москвы срочно переместился на Петербургскую до­рогу непосредственно в окрестности «второй столицы».

Затем был создан отряд войсковых партизан Дибича 1-го, действовавший в Смоленской губернии. Наряду с ними действовали мелкие (150-200 человек) подвижные конные воинские партизанские команды. Инициатором их выступил известный поэт, офицер и партизан Денис Давыдов, получивший поддержку Багратиона и Кутузова. Давыдов же и возглавил первый такой маневренный отряд из 200 гусар и казаков незадолго до Бородинской битвы.

Отряд Давыдова действовал сначала против неболь­ших групп противника (фуражирных команд, небольших обозов и т.д.). Постепенно команда Давыдова обрастала за счет отбитых русских пленных. «За неимением русских мундиров я одел их во французские мундиры и вооружил их французскими ружьями, оставя им для приметы русские фуражки вместо киверов», — писал позднее Д. Давыдов.

Вскоре у Давыдова было уже 500 человек. Это позво­лило ему увеличить размах операций. 12 сентября 1812 г. отряд Давыдова разгромил крупный обоз неприятеля в рай­оне Вязьмы. В плен было взято 276 солдат, 32 повозки, две фуры с патронами и 340 ружей, которые Давыдов передал ополченцам.

Французы не на шутку встревожились, видя успеш­ные действия отряда Давыдова в районе Вязьмы. Для его разгрома был выделен 2-тысячный карательный отряд, но все усилия были тщетны — местные крестьяне вовремя предупреждали Давыдова, и он уходил от карателей, про­должая громить обозы противника и отбивая русских во­еннопленных.

Успехи войсковых партизан побудили Кутузова ак­тивно использовать эту форму борьбы с неприятелем во время отхода от Бородина к Москве. Так возник крупный партизанский отряд (4 кавалерийских полка) под коман­дованием другого прославленного партизана — генерала И.С. Дорохова. Отряд Дорохова успешно громил транс­порты неприятеля по Смоленской дороге с 7 по 14 сен­тября, захватив в плен более 1,4 тыс. солдат и офицеров противника. Крупной операцией отряда Дорохова явился разгром французского гарнизона в городе Верея 19 сен­тября 1812 г. Охранявший город вестфальский полк из корпуса Жюно был наголову разбит.

Очевидные успехи отрядов Давыдова и Дорохова, а молва об их победах быстро распространилась по всем центральным губерниям России и в русской армии, сти­мулировали создания новых отрядов войсковых партизан. Во время пребывания на Тарутинской позиции Кутузов создал еще несколько таких отрядов: капитанов А.Н. Сеславина и А.С. Фигнера,, полковников И.М. Вадбольского, И.Ф. Чернозубова, В.И. Пренделя, Н.Д. Кудашева и др. Все они действовали на дорогах, ведущих к Москве.

Войсковые партизаны доставляли много неприятно­стей и тревог Наполеону. Ему пришлось отвлечь на охрану дорог из Москвы значительные силы. Но все усилия были тщетны. Кутузов имел все основания сообщать царю, что «партизаны мои наводили страх и ужас на неприятеля, отняв все способы продовольствия».

Другие партизаны

Самый известный партизан того времени — веро­ятно, «Старостиха Василиса». Вдова местного старосты Василиса Кожина (примерно 1780-1840) организовала в Сычевском уезде Смоленской губернии партизанский от­ряд из подростков и женщин.

Сначала староста Дмитрий Кожин организовал со­противление «фуражной команде». И был убит, вместе со многими односельчанами, а Сычевку ограбили дочиста. Односельчане, справив поминки по старосте, единодушна избрали ее старостихой, сопроводив избрание словами: «Будь ты на место мужа. Ты — баба с головой».

Все вооружение партизан составляли вилы, рогатины и косы. При отступлении наполеоновских войск из Москвы партизаны нападали на французские отряды, захватывали пленных и после передавали их русским войскам. За этот подвиг Василиса Кожина была удостоена медали и денеж­ного пособия.

Но что характерно — даже точного времени ее рожде­ния и смерти мы не знаем.