Замок над Морем. Сила рода - Галина Гончарова

И второй раз – с Эрендором, король которого вдруг решил надавить на Атрея. Мол, что это за явление герцога? И почему ребенок признанный? И настоящий ли герцог?

После того, как остатки флота разметало волнами, а у побережья королевства появился Ирион, который лениво плавал вперед и назад, улыбаясь во всю зубастую пасть, вопросы отпали.

Тем более что двор короля атаковали посланцы от Преотца, уговаривающие его величество не идти против воли божьей…

Нельзя сказать, что все было тихо и мирно. И украсть Эттана-младшего пытались, и убить Алаис, но на Маритани с этим было бороться очень просто. В Замок допускались только те, кто был отмечен богиней. А остальных фильтровали на подходе – по глазам.

Луиса тоже пытались убить, но герцог Лаис каждый раз отбивался, еще и посмеивался. Хотя скоро он уже перестанет быть герцогом.

У Лусии подрастали шестеро замечательных детей. Свекор был рад-радешенек, невестку обожал и ждал посвящения хоть одного из внуков.

Лусия тоже была счастлива.

Эрико с Элиссой детей так и не завели, но жили вместе, были вполне удачной семейной парой, а потискать можно и племянников.

Эдмон Карнавон прибыл пред светлые очи Ромуальда Сенаоритского, поклялся в верности и получил благословение. Правь себе своим герцогством, главное – не устраивай бунта. Но кстати, у короля подрастали две замечательные дочурки, и младшая очень заинтересованно поглядывала на синеглазого герцога. Да и он был не против, тем более что сына Ромуальду Арден не дал… Кто знает, может, через пару лет Алаис и станет сначала свекровью, а потом и бабушкой?

Нашли себе супруг и Мирт, и Далан, и Макс. Нельзя сказать, что во всех трех браках горела большая и чистая любовь, особенно в последнем – Макс пошел в отца и жену подбирал выгодную, а не любимую, – но семьи были крепкими, детей было по трое-четверо в каждой, и наследники уже наметились. Равно как и друзья Эттана-младшего.

Когда весь этот детский сад съезжался в Замок над Морем, вздрагивал даже Ирион.

Дети – это чудесно. Но очень… громко. И тяжело. И вообще, дети – существа, вредные для нервной системы старых Змеев. Особенно когда их много. Очень много… И все же это лучше, чем триста лет тосковать в одиночестве…

Возвращение Маритани стало приятным бонусом, на который не рассчитывали, но и отказаться не подумали. Порадовались…

И сейчас женщина из другого мира и богиня сидели за столом, сплетничали, прикидывали будущие союзы…

Дело шло к тому, что в Тавальене Эттан-младший будет Преотцом, а на Маритани – Королем. И семья у него будет на Маритани…

Тут главное – подобрать кого-то подходящего по крови. Не хотелось бы опять наплодить Дионов. Но Маритани обещала посодействовать. К примеру, ввести ритуал проверки всех детей в ее храме, мало ли что…

И если окажется там очередной Дион…

Да не будет его никто убивать! Но стерильность обеспечат, даже не ставя беднягу в известность. И плевать на гуманность, она уже слишком дорого обошлась этому миру.

Медленно, очень медленно, весы приходили в равновесие. Мир становился прежним, в Замок над Морем вернулся Король, и Змей успокоился.

И оглядываясь назад, Алаис Карнавон понимала, что счастлива.

Вот здесь. Сейчас, в эту секунду…

У нее есть любимый муж, дети, друзья, родные, дело на всю жизнь – что еще нужно? Еще лет пятьдесят жизни, чтобы оставить потомкам прочный фундамент.

Маритани улыбалась.

Море шумело у подножия Замка, и волны облизывали белые скалы. Тысячу лет тому назад, сегодня или спустя тысячелетия…

Волны исчезают, но след от них остается. И Алаис знала – ее вспомнят. А много это или мало?

Для нее – много. А для мира?

Неважно. Главное, что этот мир – есть. И дети будут строить его будущее.

И будет возвышаться Замок над Морем, и будет плыть в море громадный Змей, и будет улыбаться юноша с синими глазами, на голову которого легла сегодня тиара Преотца…

И будет приглядывать за ними своевольная богиня, чтобы все не пошло прахом в результате несчастного случая. Будут беды и радости, победы и поражения, но главное – они будут.

Шумело море у подножия Замка, унося его хозяев и гостей в бессмертие.