Нулевой Атрибут-10. Острова Теневых Символов. Том 1 - Дмитрий Янтарный

не знаю ответа. Всё, что я тебе рассказала — я рассказала со слов Нины. А она даже не была членом клана Зинтерра, поэтому и сама могла не знать всей правды. Возможно, что все обстоит совершенно наоборот. Возможно, ритуал зинтерровцев насильно ловит духов хилереми, заставляет их обо всём забыть, и потом лепит из них идеальных слуг и помощников для своих бойцов.

После этих слов у Сарефа упало сердце. Он вспомнил, как два года назад попал в Приграничье, и на них напали три монстра Хаоса. И ведь… они не хотели его убивать! Они хотели его схватить и куда-то увести с собой. И Сареф всегда думал, что это по той причине, что он живой, и монстры Хаоса как-то хотели этим воспользоваться. Но что если они… почувствовали в нём Хима? Подумали, что Сареф держит его в рабстве, и просто хотели его спасти? Но… это же бред! Если бы в Химе были силы Хаоса — разве стали бы так радушно относиться к нему нейтральные монстры? Разве не почувствовали бы они в нём отголосок силы, против которой воюют десятки, если не сотни лет⁈ Сареф чувствовал, как от всех этих мыслей у него начинают плавиться мозги.

— По правде говоря, я не знаю, что и думать, — огорошено ответил Сареф, — мой хилереми всегда, абсолютно всегда помогал мне. И своей силой, и своими советами. И, видит Система, мне всё равно, несёт он в себе искру Хаоса или нет.

— А знаешь, — неожиданно сказала Мив, — я бы могла кое-что сказать… если ты позволишь мне взглянуть на своего хранителя.

— Хим? — спросил его Сареф.

— Мне… не очень хочется, хозяин, — печально ответил хилереми, — я… я боюсь того, что мы можем узнать.

— Хим, — мягко спросил его Сареф, — ты же не собираешься причинить мне вред, не строишь никаких козней по захвату моего тела?

— Нет, хозяин, — опешил Хим.

— И ты не чувствуешь себя несчастным бесправным рабом, которого я каждый день подвергаю страданиям и унижениями ради собственного удовольствия?

— Нет, хозяин! — с куда большей обидой ответил Хим.

— Ну, тогда уважь просьбу бабушки Мив, — попросил его Сареф, — не исключено, что она спасла нам жизнь, когда заставила Жерара прибыть в поместье Айон. Мы всё-таки перед ней в долгу.

Вздохнув, Хим послушно материализовался рядом с Сарефом. И, повинуясь взгляду бабушки Мив, он подошёл к ней и опустился на одно колено.

— Святая Система, — бабушка Мив от удивления выронила спицы, — какой ты… большой. Но, — она подняла старую морщинистую руку и коснулась подбородка Хима, поднимая его голову и глядя ему в глаза, — ты… ты же совсем малыш. Но при этом такой сильный? Как же так получилось? Та, что была с Ниной… она была совсем другой…

— Я не знаю, почему так, добрая госпожа, — ответил Хим, — но… мой хозяин очень добр ко мне. Его заслуга в том, что я уже… вот такой. А так… ну, наверное, разные хозяева по-разному относятся к своим хилереми. Но Сареф — самый лучший хозяин, и я предан ему всей душой… если, конечно, у создания Хаоса есть душа, — с горьким смешком добавил он.

— Ах, не принимай это на свой счёт, малыш, — мягко сказала бабушка Мив, — я хоть и стара, но пока вижу то, что показывают мне мои глаза. Возможно, мы, действительно, не знаем чего-то важного. Но я вижу, что ты, действительно, любишь своего хозяина. И теперь, когда я увидела тебя… я могу быть спокойна за Сарефа.

— Простите, — Сарефу пришла в голову неожиданная мысль, — а… если вы разбираетесь в хилереми… может быть, вы скажете, что это у него за татуировки? Просто… у всех иных хилереми, которых мы до этого видели, ничего подобного не было.

— Трудно сказать, — бабушка Мив провела пальцами по предплечью Хима, по которому струился серебристый узор, — цвет хороший. Но вообще сам знак всегда означает принадлежность к чему-то. Возможно, это знак вашей с ним связи. Возможно, это знак Системы, которая рада тому, что конкретно этот хилереми в ней существует. А, возможно, это признак знатного происхождения. Простите, мои хорошие, но такие тонкости — тайна даже для меня.

— В любом случае, спасибо… за всё, — сказал Сареф, позволив Химу исчезнуть в своём разуме, — это был очень полезный разговор. И, если вы позволите — я буду рад навещать вас.

— Ах, Сареф, да, конечно, позволю, — она поманила Сарефа, и когда он подошёл, обняла его, — буду приглядывать за тем, чтобы вы себя хорошо вели. Хоть на что-то старая полоумная бабка ещё сгодится…

— Вы слишком суровы к себе, — улыбнулся Сареф…

И всё же, когда они, получив самое ласковое напутствие, покинули харчевню, наступило неловкое молчание. После чего Хим осторожно сказал:

— Хозяин… это, наверное, всё было несколько неприятно, но я никогда…

— Хим, — обратился к нему вслух Сареф, — выходи.

— Нет, хозяин! — тут же вскинулся Хим, — я этого не люблю.

— Я знаю, — мягко ответил Сареф, — но когда я говорю — значит, надо.

Поняв, что не отвертится, Хим появился перед Сарефом. И тот крепко обнял своего хилереми.

— Ты был для меня самым лучшим другом, советником и самым близким существом во всей Системе, — тихо сказал ему Сареф, — и мне плевать, откуда ты пришёл: из Хаоса, из другого мира или из неведомо какой пустоты. Ты всегда будешь мне нужен.

Несколько секунд Хим молчал, не в силах вымолвить ни слова. Но потом… так же обнял Сарефа в ответ и прошептал:

— Обещаю вам, хозяин… клянусь всем, чем только можно… я никогда вас не предам…

* * *

Полчаса спустя они вернулись в дом Джаспера и Яники. Бьярташ и Ангреаш ушли по своим делам, вероятно, организовывать для всех обещанный транспорт. Йохалле, Джаспер и Яника ждали Сарефа.

— Ну, и как всё прошло? — спросила она, едва Сареф закрыл за собой дверь.

— Это было… полезно и познавательно, — осторожно ответил Сареф, — я уже жалею, что не приходил к ней раньше. Бабушка Мив мудра, и она даёт очень хорошие советы.

— Значит, ты ей понравился, — с облегчением сказала Яника, — а то, когда мы просили её о помощи,