Красный Император. "Когда нас в бой пошлет товарищ Царь..." - Михаил Ланцов

– Ваше Императорское Величество, – обратился к Александру Путилов, входивший в августейшую делегацию, когда они остались наедине. – Вы хотите Александру Павловичу тоже все рассказать?

– Нет. Не думаю. Если он придет к тому же выводу, что и вы, то варианта у меня не останется. А так – меньше знает, крепче спит. Тем более что он все это затеял исключительно для того, чтобы стать, как и вы, наркомом. Желание оправданное. Не вижу смысла ему препятствовать.

– Тогда, я думаю, нам нужно создавать наркоматы по всем направлениям разработок.

– Ну, не так уж и по всем. Но ключевые отрасли, безусловно, нужно упорядочивать и систематизировать. Думаю, что до конца января все и оформим. Вы сможете оказать мне услугу и помочь подобрать людей для руководства будущими наркоматами?

– Конечно, Ваше Императорское Величество, но вы не говорите, для каких именно наркоматов.

– Я с огромным интересом выслушаю ваши предложения по этому вопросу. Вы же не откажете мне в этой любезности?

– У меня есть неделя?

– Да. Даже две. Я особенно вас не тороплю.

– Итак, товарищи, – начал итоговое рабочее собрание Император. – Я собрал вас здесь для того, чтобы обобщить двухдневные опытные стрельбы и смотры разработок в области отечественного оружейного дела. – Все присутствующие напряглись, внимательно вслушиваясь в каждое слово Александра. – Само по себе оружие не имеет никакой особенной ценности, потому как им управляет человек. А учитывая, что времена былинных богатырей давно и безвозвратно прошли, то можно и нужно говорить о том, как группы людей будут управляться с оружием, каким бы совершенным оно ни было. Александр Павлович, – обратился Император к Горлову, – что вы можете сказать о ходе боев в двух минувших военных кампаниях?

– То, что так отстаиваемая вами концепция мощного стрелкового и артиллерийского огня полностью себя оправдала.

– Попробуйте развить эту мысль.

– Хм. Даже не знаю, – замялся Горлов.

– Позаимствуют ли русскую практику ведения боя наши заклятые друзья?

– Безусловно.

– Как это отразится на характере боевых столкновений?

– А мы собираемся воевать с кем-то в Европе? – удивился Горлов.

– А вы думаете, англичане нам простят тот переполох, что мы устроили? Да и не только они. Сейчас международная обстановка напоминает начало девятнадцатого века, когда вся Европа дрожала от одной мысли, что к ним в гости придут французы, что привело к созданию целой череды международных коалиций.

– Вы считаете, что европейцы собьются в один клубок, отринув противоречия, дабы сразиться с нами, только лишь из одного страха? – аккуратно уточнил Маиевский.

– Именно так. Не все, но большая их часть. Кое-кто попробует торговаться, будучи неуверенным в том, какая именно из сторон выиграет.

– И мы должны готовиться к большой войне… – грустно сказал Горлов.

– Совершенно верно, Александр Павлович. Я убежден в том, что «Поход на Восток» будет достаточно мощным. Европа в панике. Она чувствует себя мышью, которая забилась в угол. И это неудивительно. – Александр взял паузу. – Несколько столетий этот клочок земли господствовал в мире, но сейчас ситуация изменилась. Последние пять войн[130], произошедших в соприкосновении с европейской цивилизацией, перевернули Старый Свет с головы на ноги. Но главное – Россия. Мы очень сильно укрепили свои позиции. Настолько, что даже Великобритания один на один с нами бороться не решится. Представьте себе, каково этим карликовым государствам осознавать ту мощь, что может на них обрушиться с востока? Война будет. Большая и страшная война, в которой европейская цивилизация попытается реализовать свой последний шанс на реванш, а потому биться будет не на жизнь, а на смерть.

– И вы предлагаете нам продумать тактику противодействия схемами, уже отработанными нами? – хитро улыбнулся Путилов.

– Вы совершенно правы, Николай Иванович, – также хитро улыбнулся Император. – Итак, Александр Павлович, каковы будут ваши соображения?

Беседа вышла долгая.

Итогом долгих рассуждений стало решение разрабатывать новые армейские штаты, а также оружие под них, дабы оставаться на шаг, а то и на два впереди своих европейских оппонентов.

После долгих дебатов было решено сделать основным оружием доработанную версию магазинного карабина, что так хорошо проявил себя на стрельбах, только под патрон калибром три с половиной линии, а не четыре[131]. Сторонников более тяжелого и мощного решения можно было понять, так как единый патрон для пулеметов и винтовок позволял упростить логистику. Оно, конечно, да. Разумно было бы унифицировать боеприпасы. Даже несмотря на то, что практические ниши у винтовочного и пулеметного патрона серьезно отличаются. Однако воспоминания Александра о том, как обстояли дела в реальности в тех же мировых войнах, говорили, что определенный ассортимент боеприпасов все равно нужно будет возить. Одним видом патронов больше, одним меньше – не принципиально. Ведь только кроме трофейного оружия в частях, ведущих боевые действия, всегда имеется сущее «разнотравье» «стволов», которые необходимо обслуживать. Впрочем, этого «опыта» в качестве неоспоримого аргумента в руках у сторонников разделения калибров не было, и спор шел сплошным, непрекращающимся потоком.

– Хватит! – Александр едва сдержался, чтобы не ударить кулаком по столу, наблюдая за этим гомоном бурной беседы, давно перешедшей на личности. – Прекратим эту ругань. Карабин будем делать калибром в три с половиной линии, тяжелый станковый пулемет – в пять[132].

– Но…

– Минутку. Сейчас я объясню, почему я так решил. – Александр взял небольшую паузу, подбирая слова. – Чему нас научил опыт минувших войн? – Император обвел взглядом всех присутствующих. – Тому, что в войсках всегда «разнотравье» вооружения. Всегда. Или вы забыли то, что творится у нас сейчас в материальной части? Или что творилось пятьдесят лет назад? Но тогда было проще выкручиваться – пули отливались в полках, а потому такие вещи не так бросались в глаза. О них и не думали, как правило. Но нужно понимать – в будущем проблема с «разнотравьем» не изменится. Как бы мы этого ни хотели. Тут и разные модели отечественного оружия, и трофейное вооружение, без которого в частях, ведущих боевые действия, не обойтись, и дружественные поставки от союзников, под третью систему калибров. Да, в идеале ситуация с одним патроном под карабин и пулемет выглядит очень разумной. Но на практике это решение мало чего хорошего даст, особенно если полк или дивизия немного повоевали.