Ричард Длинные Руки - ландлорд - Гай Юлий Орловский

— Я знаю, — произнес Гергомер, — я знаю, что это... Только название не могу вспомнить... да, это... оно...

Не дожидаясь, что скажет еще, я с наслаждением отхлебнул, прислушался, все-таки я молодец, из всех сортов надежнее всего запомнил лучший, вздохнул счастливо. Призраки молча стояли вокруг, лишь один из них в виде нагой женщины с изумительно роскошным телом улегся у моих ног и обвил руками мои сапоги. Пальцы прошли было сквозь мою плоть, я ощутил едва слышное щекотание, но тут же женщина выбрала нужную позу и Улеглась удобнее, раздвинув длинные стройные ноги и выставив крупные груди.

Мне жутко хотелось расспросить их о мире, в котором они жили, но страшился выдать себя, сейчас они принимают меня почти за своего, за человека их мира или из мира очень близкого, как бы не ляпнуть чего такого лишнего...

— Вы знаете это, — произнес Гергомер, я не мог рассмотреть его лица, но почудилось, что с грустной усмешкой оглянулся на призраков, — увы, они уже не знают... Но как вы...

Я развел руками.

— Со мной еще хуже, чем с вами. Или лучше, еще не понял. Я очутился здесь, но ничего не помню.

Он внимательно всматривался в мое лицо.

— Совсем? .

— Ну, как сказать... Вот я знаю совершенно точно, что души не должны отделяться от тел, это невозможно! И призраков не существует. Но вы есть! Как это объясняете?

Он сделал движение, словно хотел потереть лоб.

— Вы правы. Я тоже это знал. Значит, мы либо из одной эпохи, либо из близких. Я тоже не знаю, повезло ли вам... Во вселенной в некий момент произошло нечто, из-за чего души отделились от тел. Но это длилось недолго. Сейчас, как я понимаю, призраком стать невозможно?

Я кивнул.

— Тоже так думаю, сэр. А как насчет вот этого...

Я щелкнул пальцами. Красный демон возник моментально, сразу озарив поляну недобрым багровым огнем. Он все так же покачивался чуть-чуть, но глаза по-прежнему смотрели в одну точку мимо меня и призрака. Гергомер с опаской обошел его со всех сторон. Мне показалось, что на сгустке красного тумана, заменяющем лицо, проступило изумление.

— Это ваш?

— Да, — ответил я, — но это все, что я могу.

— Что?

— Вызвать.

— А потом?

— Потом все, исчезает. Могу вызвать хоть сто раз. Но постоит немного, и...

Гергомер покачал головой.

— Это очень могучий демон. Очень. Я читал о нем в детстве... Но секреты управления им хранятся в Заветной Книге Архимага.

Я спросил обрадованно:

— Что за книга? Спасибо, кстати, хоть какой-то шажок!

Он помедлил, его колыхало на незримом ветру, как привязанную гравитацией шаровую молнию, голос прозвучал неуверенно:

— Я слышал только это...

— Спасибо, — поблагодарил я. — Буду искать.

На поляне разом потемнело, на месте исчезнувшего демона чуть приподнялся и осел серый пепел. Гергомер обронил негромко:

— Могли же остаться места... где сохранились и книги, и люди?

Он не уточнял, какие люди, но я понял, и он понял, что я понял. На Юг, напомнил я себе. На Юг, и побыстрее...

Призраки ушли, а я сидел у затухшего костра, поставив между ног меч, лук рядом на бревне, а молот под рукой на поясе. Теперь, когда языки пламени не создают контраст между ярко освещенной поляной и непроглядной тьмой за ее пределами, я отчетливо вижу все, на что натыкается взгляд.

Деревья, кусты, торчащие корни и коряги — все серое, но это терпимо, зато ничто не подберется втихую, не прыгнет на голову, пока буду стараться размышлять о высоком, чтобы не дать разыграться фантазии на тему спящей женщины.

Пару раз, когда слишком уж близко что-то начинало топать в темноте, а ветки хрустят совсем не так, как если бы по ним ходила белочка, я задействовал запаховое и тепловое, видел огромные неясные силуэты.

На голову посыпались древесная труха и чешуйки коры, ветви закачались и затрещали. Я ухватил лук и быстро выпустил пять стрел вверх между ветками.

Раздался дикий крик, от которого зазвенело в ушах. Ветви закачались сильнее, посыпались клочья коры и сухие сучья, но крылатый гад улетел.

Из-под одеяла высунулось бледное лицо.

— Господи... Что за ужас?

— Да пустяки, — ответил я. — Спите, дорогая леди.

— Что это было?

— Что-то, — ответил я. — Оно не представилось. И ушло по-английски. Правда, дождалось, пока я послал по-славянски.

Она сказала дрожащим голосом:

— Может быть, мне лучше быть с вами?

— Оскорбить хотите? — осведомился я.

— Господи, почему?

— Намекаете, что не справлюсь, не сумею защитить мирно спящую и почти неопасную женщину... Вы только ножку не высовывайте из-под одеяла, не высовывайте! Это лишает меня боеготовности и вообще боеспособности.

Она торопливо поджала ноги, став еще жалобнее и беззащитнее. Вообще, когда смотришь вот так на лежащую у твоих ног женщину, все они кажутся слабыми и беззащитными, и всех жаждется опекать. Как говорится, женщина — слабое и беззащитное существо, от которого спастись невозможно.

— Я могла бы смотреть в другую сторону, — огрызнулась она. — Мы бы раньше заметили, если бы что начало подкрадываться...

Я спросил с интересом:

— Полагаете, у вас чутье лучше, чем у Бобика? Возможно-возможно... но только не на лесных зверюшек.

Она спросила с вызовом:

— Вы на что намекаете?

— А вы почему не спите? — ответил я вопросом на вопрос.

— Да вот не спится, — ответила она язвительно.

— А ночь нужна не для того, чтобы спать, — напомнил я, — а чтобы не видеть, с кем спишь...

Зря брякнул, она сразу помрачнела, на лоб набежала тень, между бровями пролегла складка. Чувствуя себя виноватым, я поспешно натаскал сухих веток, простер к ним ладони. Через мгновение вспыхнул огонек. За спиной послышался легкий вскрик. Леди Беатриса, бледная и дрожащая, смотрит из-под одеяла на меня остановившимися глазами. Я мысленно выругал себя, зря раскрылся, сказал неуклюже:

— Что-то случилось?

Она вскрикнула:

— Вы... маг? Чернокнижник?

— Леди, — сказал я тоном оскорбленного до глубины фибров души дворянина. — Я же благородный человек! Значит, я ваапче ни разу не грамотный! Как олень. Правда, читать умею.

— Но этот огонь?

Я отмахнулся.

— Да я тут, пока вы храпели... правда, очень музыкально, я перебросился парой слов с призраками. Они тут живут, как заблудившиеся туристы. Единение с природой, бегство от загрязняющей цивилизации, где одни стрессы и сплошной разврат...