Научи меня желать - Катерина Снежинская

– Вот уж бред!

– Вот уж нет. Поверьте, в данном случае мой возраст играет мне же на руку. Я могу судить о таких вещах. А вам ещё рановато, слишком молоды.

– Как угодно, спорить не стану. Хотя, лично я тридцать два года молодостью не считаю, но вам, вероятно, виднее. Только ясности как не было, так и нет. Чего вы от меня хотите?

– А об этом мы поговорим чуть позже, дорогой мой маркграф, там, где нас гарантировано никто не услышит. Но, надеюсь встретиться с вами завтра вечером на малом приёме. Не забудьте прихватить своего телохранителя.

– Желаете насладиться собственным свинством?

– Просто хочу пообщаться с неглупой и милой девушкой. Говорят, она хороша собой?

– Не заметил. Впрочем, и не разглядывал. Пожалуй, с вашего позволения, отправлюсь домой.

– Хотите, наконец, полюбоваться на телохранителя?

– Спать я хочу, – неожиданно резко, даже грубо отозвался Редиш, отсалютовав канцлеру двумя пальцами. – Счастливо оставаться.

Реагировать на хамство маркграфа Марген не стал, лишь улыбнулся в спину генералу. И только когда за посетителем дверь закрылась, а его шаги окончательно утонули в глухой тишине давно спящих коридоров, канцлер натужно охнул, сгорбился над столом, обеими руками растирая поясницу.

– Щенок, – процедил сквозь зубы. На ощупь нашарил колокольчик, раздражённо потряс, будя секретаря. – Ничего, молочные зубы выбьем, клыки отрастут.

***

К кадетской форме Леора ещё не успела привыкнуть и, честно говоря, считала её чересчур уж пышной: все эти нашивки, знаки, чёрное с золотом – красиво, спору нет, только вот для балов такие одеяния подходят гораздо больше, чем для битвы. К сожалению, её мнения никто не спрашивал.

И когда надменный лакей парадный мундир принёс тоже.

– Хозяин велел одеть, – торжественно заявил слуга, держа тряпки на вытянутых руках.

– Может, надеть? – невесть зачем уточнила Недил.

– Кого? – помолчав, осведомился лакей.

– Чего, – поправила Леора.

Слуга ещё подумал, глянул на кадета эдак свысока, и сообщил, что госпожу ожидают внизу через полчаса. С чем и удалился, даже не предложил помочь одеться. Впрочем, это как раз, наверное, к лучшему, вряд ли маркграф в доме горничных держал, а принимать помощь мужчины в таком деликатном деле было как-то неловко. Несмотря на всю уравниловку, активно пропагандируемую в армии.

Но, в общем, она и сама неплохо справилась, да так неплохо, что долго от зеркала, вернее, от собственного отражения отлипнуть не могла. Что и говорить, форма идёт всем, парадная тем более, а уж этот костюм и из огородного пугала способен был красавца сделать.

Конечно, бархат – это не по уставу, изысканные кружева на галстуке и манжетах тоже, а уж крошечные рубинчики, которыми были расшиты знаки различия на лацканах и вовсе показушная роскошь. А шелковые чулки с золотыми стрелками? А сапоги тончайшей кожи – кажется, из такой только перчатки шьют. Сами же перчатки вовсе будто атласные, едва не нежнее льна, из которого сшиты панталоны и рубаха. Вот нижнее бельё с кокетливыми дамскими бантиками и оборочками, Леору слегка шокировало. Впрочем, нет, булавка для шляпы с крупной жемчужиной-каплей смутила больше.

Короче говоря, она едва не опоздала, наспех перевязала волосы лентой, а короткий плащ и вовсе на бегу застёгивала. Но всё равно не успела, маркграф её уже ждал. Редиш окинул равнодушным взглядом кадета, замявшуюся на последней ступеньке – и не понять, доволен остался или нет.

– Вы что-нибудь слышали о приличиях, леди? – поинтересовался он вместо приветствия. – Собственно говоря, мне на них тоже глубоко плевать. Но поскольку мне не удалось от вас отделаться, придётся вам смириться с моим пониманием хорошего тона. Постарайтесь приходить хотя бы на пять минут раньше назначенного.

– Я… – начала было Леора, но язык всё-таки прикусила. – Я поняла, ваша светлость. Приношу свои извинения.

– «Милорда» будет достаточно, иначе я начинаю чувствовать себя лампой. Вообще-то, предпочитаю, чтобы меня звали Редиш, но это не ваш случай. Не сумеете.

– Хорошо, милорд, я…

– Вот и отлично, – порадовался генерал, натягивая шляпу, которую в руках держал. – Пойдёмте, терпеть не могу опаздывать.

– Прошу прощения, но я хотела сказать, что не могу принять ваших подарков, – выпалила Леора вместо того, чтобы прислушаться-таки к гласу разума и промолчать.

– А разве я вам что-то дарил? – удивился Редиш, глянув на неё через плечо.

– Эту форму и булавку, – напомнила Недил, проклиная воспитание, собственные принципы и весь мир с его правилами разом. – Если вам угодно…

– Мне угодно, – холодно перебил её маркграф. – Мне угодно, во-первых, чтобы вы, леди, выполняли приказы без лишних вопросов и протестующих писков. Во-вторых, мне угодно, чтобы вы перестали просить прощения на каждом шагу. Кстати, последнее в ваших же интересах. У вас достаточно богатая фантазия? Вот и попытайтесь представить, что случится, если я извинения не приму. Мы уже можем идти или дальше будем обсуждать, какие подарки могут принимать благовоспитанные девицы, а какие нет?

– Я не девица! – ляпнула Леора.

И ведь не хотела же, давно и твёрдо решила всеми силами избегать всех этих «девица-не девица», «женщина-не женщина», а само с языка сорвалось!

– Вот именно, – не стал спорить Редиш. – Ах да! Хотел сказать и забыл. Я вообще рекомендую вам, леди, расслабиться и попробовать получить удовольствие от сложившейся ситуации. И ни в коем случае никому ничего не доказывать. Бесполезно. Я сейчас не про себя говорю, а про окружающих.

– А что с окружающими? – не поняла Леора.

– С ними всё в полном порядке. Они всего лишь решат, что вы моя любовница, – спокойно пояснил маркграф.

– К-кто?! – совсем не по-армейски пискнула кадет.

Нет, не то чтобы она была против такого поворота. В смысле Недил и собиралась его любовницей стать. То есть, не совсем любовницей, а любимой, но это само собой подразумевает не только вздохи при луне. Собственно, у неё и на этот счёт план имелся.

Вот только общественное мнение, то есть сплетни, в этот план не вписывалось никак. А если уж быть совсем откровенной, то Леора его просто не учитывала. Зато хорошо помнила любовницу отца, живущую в деревенском коттедже. Ну и отношение к ней помнила тоже.

– Вам пояснить значение этого слова? – приподнял брови маркграф.

– Не надо, – промямлила Недил.

– Благодарю, – Редиш слегка поклонился, – а то мне было бы неловко. Так мы идём или император нас ещё немного подождёт?

– Император? – голос Леоры опять съехал на придушенный писк.

– Ну да, он самый, – таким же тоном маркграф мог сообщить, что их дожидается булочник. А ещё, кажется, генерал слегка усмехнулся. – Кстати, вы как предпочитаете ехать?