Дневник Аделины Блейз. Часть 2 - Антон Медведев

Самолет Энрике стоял в маленькой бухточке близ окраины Манауса. По сравнению с «Боингом» он и в самом деле выглядел весьма скромно. Мы перетаскали в самолет наши пожитки и канистры с горючим, затем вдвоем с Сергеем помогли забраться в самолет девушкам — нужно было перебираться со сходней на поплавок, а уже с него залезать в салон. Гриша занял место рядом с пилотом, я закрыл дверь. Затрещал мотор, самолет задрожал. Дав мотору прогреться, Энрике прибавил газу, самолет медленно развернулся в бухточке и начал быстро набирать ход. Толчки о воду с каждой секундой становились все сильнее, я крепко держался за поручень. У меня как раз мелькнула мысль о том, что эта колымага может и развалиться, когда толчки вдруг стихли — мы летели.

— Летим! — подтвердил Гриша, обернувшись к нам и радостно улыбнувшись.

Полет действительно оказался очень долгим. И если сначала я с огромным интересом смотрел вниз, то пару часов спустя вид проносящихся под крылом самолета джунглей и широкой, местами напоминающей настоящее море Рио-Негро мне уже порядком поднадоел. Тропический лес казался бесконечным: я смотрел на расстилающийся внизу зеленый ковер, вглядывался в несущие свои воды реку и думал о доме. Да, красиво здесь. Необычно. Но у нас все равно лучше. И лес у нас нормальный, с грибами и ягодами, и реки без крокодилов и прочих злобных тварей. А наши луга, а березы! Разве сравнятся с ними эти сплошные заросли?

Наш самолетик летел далеко не так плавно, как «Боинг», — то и дело проваливался в воздушные ямы, временами его подбрасывало в теплых восходящих потоках. Все это здорово изматывало. Особенно тяжело перелет дался Ольге — ее укачивало. Сначала она еще держалась, но пару часов спустя ее все-таки вырвало. В конце концов, совершенно измученная, она ненадолго заснула, положив голову мне на колени.

Зато Вика переносила полет на удивление хорошо. Как могла, помогала Ольге, и даже из солидарности с ней отказалась есть, когда через четыре часа полета мы решили перекусить. Мы с Сергеем и Гришей идти на такие жертвы не захотели и неплохо пообедали, запив трапезу местным бразильским пивом. Пустую бутылку я бросил вниз, на что тут же получил замечание от Вики: «Нехорошо загрязнять природу». Подумав, я с ней согласился. Да и бутылку я бросил как-то автоматически, не подумав.

Все когда-то кончается, закончился и этот полет. Внизу замелькали какие-то постройки, наш самолетик накренился, заложил глубокий вираж и пошел на посадку. Пару минут спустя он уже подруливал к узким деревянным мосткам, закрепленным на плавающих металлических бочках.

— Приехали! — весело сказал Гриша, обернувшись к нам. — На сегодня все!

— Это Тапурукуара? — спросил я и сам удивился тому, что смог не только запомнить, но и выговорить это название.

— Она, родимая, — кивнул он. — Точнее, ее окраина. Скоро начнет темнеть, остановимся здесь на ночь. А утром Энрике доставит нас вверх по реке, там есть еще пара селений. Разузнаем все о нашем профессоре, а дальше уже на лодках...

Судя по всему, Григорий был полон оптимизма. Как оказалось, он бывал и здесь, правда, года два назад. Нужно было искать ночлег: сказав, что сейчас придет, Гриша улыбнулся и исчез. Вернулся он минут через десять.

— Все за мной, идем в лодж! — сказал наш проводник и первым подхватил свои вещи.

Я уже знал, что лоджами здесь называли сельские гостиницы. Весь путь занял минуты две: мы прошли по тропинке через довольно густые заросли, сразу за которыми нашим взорам открылся большой дом. Он был установлен на сваях — это защищало как от изменения уровня воды, так и от разной докучливой живности. Дом выглядел весьма обветшалым и явно нуждался в ремонте. Тем не менее, Гриша нас успокоил:

— Это удобное место, — заявил он, уверенно шагая впереди нас к дому. — И к самолету близко, и мешать нам здесь никто не будет.

— Ой, бананы! — воскликнула Вика. — Никогда не видела, как они растут!

И точно, бананы здесь росли прямо во дворе.

— Они еще маленькие, — пояснил Гриша.—Им еще расти не меньше месяца. Потом их срежут и оставят дозревать.

— Зачем? — не поняла Вика.

— Так положено, — пожал плечами он. — Бели оставить их зреть на дереве, то они будут очень невкусными. Сгодятся только на корм скоту. Чтобы были вкусными и сладкими, их надо срезать еще зелеными и оставлять дозревать. Хотя сейчас вообще уже не сезон. И выращивают бананы и другие сельскохозяйственные культуры в основном там, на юге. Здесь для земледелия не совсем хорошие почвы.

— А я в фильмах видела, как бананы рвут прямо с дерева! — вставила Ольга.

— То в фильмах, — широко улыбнулся Гриша. — И вообще, банан — это не дерево, а трава. У него даже ствола нету — это просто свернутые вместе основания листьев.

— Я как-то пыталась найти в банане семена, чтобы посадить, — сказала Вика. — Размяла весь банан в кашу, но семечек так и не нашла.

— А у него и нету семечек, — засмеялся наш всезнающий гид. — Это же культурные бананы, не дикие. Их размножают не семечками, а кусками корневища. Если сажать куски корня в разное время, то можно получать урожай несколько раз в году...

Определенно, Гриша обладал познаниями во всех областях жизни. Он мог говорить о чем угодно, но если чего-то не знал — что случалось крайне редко — не стеснялся говорить «не знаю». Мне он начинал нравиться — наш мужик. Хоть и с бразильским паспортом.

Нас разместили в трех двухместных комнатах. В одной поселились девушки, в другой — мы с Сергеем, третья досталась Грише и Знрике. Насколько мы поняли, этот дом не был гостиницей, но хозяева охотно селили у себя туристов. Ктото, как и мы, прилетал сюда на самолете: Гриша объяснил, что здесь была полоса и для обычных самолетов, правда, небольших. Можно было добраться и на машине, но это отнимало слишком много времени. Дорогу, по словам Гриши, проложили через всю Амазонию, от самой Атлантики до западной границы, в целях освоения местных природных ресурсов.

— Если бы химики не изобрели искусственный каучук, — закончил свою очередную лекцию Гриша, — Амазония бы процветала. А так теперь только лес валят да полезные ископаемые добывают.

На ужин была рыба, причем очень вкусная, с какими-то специями. Угостили нас и местным вином, которое мне, прямо скажем, не понравилось.

Над кроватями в комнатах были натянуты марлевые пологи, защищавшие от комаров. Правда, комаров в доме я пока не увидел. Весь вечер мы просидели у крупномасштабной карты интересующего нас района, гадая, где нам искать профессора. Говоря откровенно, от сети притоков просто рябило в глазах, проверить их все было совершенно нереально. Оставалось надеяться, что завтра мы доберемся до места и Гриша сумеет что-нибудь разузнать у местных жителей.

После совещания девушки и Гриша ушли в свои комнаты, мы с Сергеем остались одни. Я заметил, что Сергей как-то уж слишком задумчив. И, разумеется, не преминул спросить, в чем дело.

— Да так, думаю... Правильно ли мы делаем, что тащим наших девчонок в сельву. И так плохо, и эдак нехорошо.