Чужое наследие - Вячеслав Шалыгин

Обо всем этом Катя подумала гораздо позже, когда поднялась с пола. Голова болела и кружилась, а тошнило хуже, чем на первом месяце. Кроме того, под глазом наливался кровоподтек. «Надо сообщить охране!» Катя сделала неуверенный шаг, пошатнулась и схватилась за перила. «Нет, сначала – прийти в себя. Злодея все равно уже след простыл. Ой, а синяк-то… Вот уж обрадуется эта стерва Ермакова…»

Головокружение немного отступило, и Катя снова попыталась шагнуть к двери. Рука легла на ручку, но пол почему-то ушел из-под ног, и Катерине показалось, что двери сами собой переползают на потолок. На этот раз схватиться за перила не удалось, и девушка снова оказалась на полу.

– Да что тут за возня?

Дверь открылась, и на пороге холла возник дежурный десантник. Один из троих ребят, которые чудом добрались на Землю с Данаи и так некстати привезли с собой ненавистную соперницу.

– Катерина, что это с тобой? Ни хрена себе! Это кто тебе так засветил?!

Сначала Катя хотела отомстить Горохову за все обиды и сказать, что это сделал он, подлец и изменник… Но крамольная мысль лишь мелькнула и бесследно исчезла. Во-первых, Горохова сейчас не было не то что в Кремле, даже на Земле, а во-вторых… просто не до мыслей, когда такое головокружение.

– Здесь был какой-то человек… Кружится все, Коля.

– Не вставай, снова грохнешься! – Десантник подтянул Катю к стене и помог сесть. – Какой человек?

– Я его не знаю… Сказал, что по делам с Медеи… Только он не с Медеи: не так одет и акцент у него другой. Ой, меня сейчас стошнит… отойди!

– Погоди, Кать, я сейчас… – солдат прижал палец к компу на запястье и вызвал медчасть. – Рядовой Костылев говорит! Скорее, с носилками! Сотряс… Не у меня, осел! У Кати! Быстрее давай!

– Шпион это! – возбужденно прошептала Катя. – Я чувствую! Ой, двоится все… и живот болит…

– Проверим, ты только не волнуйся, – солдат усадил ее поудобнее и вдруг напрягся. – Он тебя только ударил, больше ничего? Оружия у него не было?

– Нет вроде бы. А что?

Десантник смущенно замялся, и Катя проследила за его взглядом. Там, где она сидела до смены положения, серое ковровое покрытие стало бурым. От невольно вырвавшегося у девушки крика десантник едва не лишился слуха. Он тут же снова включил комп и повторил вызов медчасти.

– Дежурный, тут такое дело… В общем, кроме сотряса женские дела какие-то… Не, ну я не разбираюсь, может, месячные, но орет, как будто ее порезали. Вызывай, кого там полагается… хирурга или этого… гинеколога. Короче, готовься.

Он выключил связь и утер пот. Одно дело разъяснять медикам, куда ранили боевого товарища и к чему им быть готовыми, и совсем иное – определить, что произошло с вроде бы не раненой, но истекающей кровью женщиной. Когда примчались санитары, Костылев облегченно вздохнул и, сдав пациентку с рук на руки, бросился в дежурку. Вот шпиона ловить – это дело, а женские кровотечения и сопутствующие им истерики… пусть специалисты разбираются.

Дежурным по западному крылу дворца сегодня заступил ефрейтор Бабин. Он воспринял сообщение о происшествии спокойно. Записал рапорт десантника в комп и приказал:

– Бегом в медчасть, будешь охранять Катерину.

Когда рядовой вышел, ефрейтор обернулся ко второму сидящему в дежурной комнате человеку.

– Нехорошо получилось, господин майор. Горохов будет, мягко говоря, недоволен. Катерина в положении, и если кровотечение с этим как-то связано…

– Кто же знал? – Майор вздохнул. – Жалко барышню, конечно. Но мы же не предполагали, что она проявит излишнюю бдительность.

– А разве не вы всех придворных на эту тему инструктировали? «Бдительность в квадрате, наша безопасность в наших руках…»

– Да понимаю я, что прокололся, чего ты нагнетаешь? Мне еще от Воротова выслушивать…

– Со шпионом-то что будем делать? Брать?

– Воротов приказал просто держать всех подозрительных субъектов в поле зрения. Так что будем, как и прежде: аккуратно его «вычислять», а как обнаружим, возьмем под наблюдение и начнем потчевать «дезой».

– А если он еще кого приласкает? Или, не дай бог, опять мину заложит в укромном местечке.

– Мы этого не допустим.

– Катю-то проморгали, – ефрейтор неодобрительно покачал головой. – Я бы прочесал все, пока он внешность не сменил, и к стенке гада!

– Рано пока, рано, – майор помотал головой. – Да и не денется он теперь никуда. Кардинально внешность трудно поменять. Фоторобот составим и незаметно всех подозрительных гостей Катерине покажем. Вычислим агента и начнем потихоньку с ним играть. Тонко надо работать, понимаешь?

– Понимаю. Работать тонко, чтобы потом его упустить. Чего непонятного?

– Нудный ты, – Трошкин поморщился. – Почему обязательно «упустить»?

– Ну или Катерину совсем потеряем. Ему же свидетели не нужны, а повсюду охрана с ней таскаться не сможет. Да и не спасала еще никого охрана. Захочет гад девчонку достать, вместе с телохранителями уберет.

Офицер лишь молча развел руками. Да, фрейлине досталось ни за что, и ничего особо веселого охране не светило. Но «брать» шпиона пока не время. И не потому, что контрразведчики ждали, когда он выйдет на связь со своим Центром и выдаст заговорщиков. Кто забросил в Кремль этого типа, а следовательно, стоит за недавним взрывом во дворце и сегодняшним инцидентом, уже и так понятно. Ниточки тянулись в Колонии. Но контрразведке арест вражеского агента ничего не давал. Гораздо интереснее вовлечь шпиона в контригру. Надо было использовать любую возможность повлиять на планы Коалиции. Жаль, конечно, что приходится идти на жертвы, но в случае с Катериной она сама виновата. Какого черта бросилась гонять по дворцу шпионов? Вообразила себя героиней боевика? Женщиной из спецназа?

Трошкин хмыкнул. «Беременный спецназовец – это сильно…»

В общем, как ни жаль барышню, а обстановка требовала замять инцидент и сделать вид, что никакого шпиона во дворце нет. Сделать вид и тут же подсунуть колониальному агенту дезинформацию – соответствующий пакет сведений давно заготовлен в штабе…

– Господин майор! – Дверь в дежурку приоткрылась, и на пороге возникла крайне взволнованная Шура Ермакова.

Едва увидев девушку, Трошкин понял, что «тонкие» контрразведывательные игры могут катиться ко всем чертям. Шура была не на шутку перепугана.

– Там… кровь чья-то на лестнице!

– Знаю, сейчас уборщика пошлю.

– Это не все! – Шура перевела дыхание. – В покоях княжны Оксаны какие-то люди! Они стараются не шуметь и не попадать в фокус камер слежения, но я их увидела… На них не такая униформа и сами они странные!

– Бабин! – Майор взглядом указал на мониторы.

– Пусто, – проверив обстановку, доложил ефрейтор. – Вы ничего не путаете, барышня?