Мой самый близкий враг - Татьяна Зинина

Начало беседы мы пропустили, так что пришлось вникать в суть с середины.

- Мне приятно, что ты себя винишь, - бросил Скай, с показным превосходством глядя на Лирдена. – Но это лишь с одной стороны. С другой же я прекрасно осознаю, что ты, Лир, был пешкой в чужой игре. Тебя использовали, сыграли на чувствах, на обидах. И вынудили помочь неизвестным личностям, обещавшим возмездие. Я знаю, как всё произошло. Я говорил с твоей матерью, с теми демонами, с полицией. И поверь, даже если бы ты тогда отказался, они бы нашли способ меня поймать. Это было неизбежно.

- Я подставил свою родную сестру, - ровным тоном ответил ему Лирден. – И тебя сознательно отправил на верную смерть. Пешка? Да. Не спорю. Но у меня был выбор, и я его сделал.

- Но Дайри им не отдал, - напомнил Скай.

- И не отдам, - в голосе Лира прозвучал металл.

- Да, я видел, как ты бросился защищать её от меня, - на губах брата появилась усмешка. И вдруг он подался вперёд и, глядя Лирдену в глаза, спросил: - Любишь её?

А у меня сердце на мгновение застыло. Ответит?

- Это не твоё дело, - парировал Лир. – Свои отношения с Дайрисой я ни с кем обсуждать не намерен. Тем более с тобой.

- А вот тут ты не прав. Она моя сестра, - напомнил Скай.

- Мне это прекрасно известно, - ровным тоном сказал Лирден.

- И я несу за неё ответственность.

- Она давно большая девочка, и сама за себя отвечает.

- Если ты её обидишь…

- Да, да, прикончишь меня своей магией. Искупаешь в источнике, или ещё что-нибудь придумаешь. Знаю, можешь не тратить слова. – С иронией перечислил Лир. – Я в курсе, что не нравлюсь тебе, что ты мне не доверяешь, и что до сих пор считаешь предателем. Но поверь, твоё мнение будет последним, о чём я подумаю, если у нас с ней начнутся серьёзные отношения.

- То есть пока таких отношений у вас нет? – ехидно ухмыльнулся Скайден.

А мне вдруг захотелось ударить собственного брата.

- Повторяю, Скай, это не твоё дело.

- Хватит, - осадил обоих Леонард. – Скайден, если ты сказал Лиру всё, что хотел, то будь добр, оставь нас. Я хочу поговорить с сыном наедине.

Братец нахмурился, уходить ему явно не хотелось. Но потом всё же встал, одарил Лирдена напоследок хмурым взглядом и молча вышел за дверь.

- Мам, а кто знает про камеру? – спросила я.

- Только Скай. Лео бы не позволил. Потому давай отключаться.

Она уже почти нажала на закрытие программы, когда вдруг заговорил Лир.

- Скажи, пап, ты сможешь когда-нибудь меня простить?

Леонард медленно выдохнул, сжал в пальцах лежащий на столе карандаш и только потом посмотрел в глаза пасынку:

- А ты меня?

На этом моменте мама отключила видео.

Я грустно вздохнула, покосилась на неё с мольбой, но она только отрицательно покачала головой.

- Нет, Дайри. Это их разговор. Отца и сына. Им свидетели не нужны.

Она уже хотела уйти, но я её остановила.

- Что ты скажешь теперь? Обо… мне и Лирдене. Как думаешь, у нас есть шанс?

Мама опустилась обратно на кровать.

- Шанс всегда есть, - сказала честно. – И знаешь, милая, если хочешь быть счастлива, верь только своему сердцу. Когда-то, поступив так, как считала правильным, но пойдя против чувств, я обрекла себя на долгие годы печали и одиночества. Я не рассказывала тебе, но… меня часто посещали мысли развестись с твоим отцом. Я считалась замужней леди, но мужа своего видела раз в месяц или два. А Лео был рядом. Но только как друг. Я душила в себе чувства к нему. Старалась их убить, но они становились всё сильнее. И возможно, признайся я ему, мы бы нашли выход. Да, у него была семья, у меня был Скай и Бастиан. Мы оба поступили, как требовали правила и логика. Пошли против себя. К чему это привело, ты знаешь.

- Зато сейчас вы вместе, - ответила я, взяв маму за руку.

- И я очень счастлива, - призналась она. А потом улыбнулась и погладила меня по плечу. – Я приму твой выбор и твоего избранника. Но только если буду знать, что вы любите друг друга. Иного мне не нужно.

- А если… - начала, сомневаясь. Но поймала ободряющий взгляд матери и всё-таки продолжила: – Если моим избранником будет Лирден? Ты примешь такой мой выбор?

- Всё будет зависеть от вас, - ответила она, мягко мне улыбнувшись. Потом поднялась на ноги и направилась к двери. – Отдыхай, Дайри. Завтра насыщенный день и ответственный вечер. Приём обещает быть масштабным. Приглашено около сотни человек.

- Но… зачем так много?! – я уж точно не ожидала подобных масштабов от того, что позиционировалось, как семейный вечер.

- Из-за Лирдена, - сообщила мама. – Лео надеется вернуть его. Хочет, чтобы Лир снова носил его фамилию и был частью рода Ремерди.

- Но почему? Они же не родные друг другу. И я знаю, что Леонард не особенно любил Лирдена, да по факту почти не обращал на него внимания. Оплачивал учёбу, развлечения, капризы, а по большей части просто отгораживался от него. – И, заметив удивление в маминых глазах, призналась: - Мне Беата рассказала.

- Сложно объяснить, - вздохнула моя родительница. – Это старая и запутанная история. Давай не будем ворошить чужое прошлое. И если Лео сейчас готов на многое, чтобы Лир вернулся в семью, значит у него есть на это причины.

Она всё-таки ушла, оставив меня с уймой вопросов и странных мыслей. Но чем больше я обо всём этом думала, тем сильнее запутывалась.

Ладно, мама права, это чужое прошлое и чужие ошибки, которые исправлять не нам. Интересно, а если я спрошу у Лирдена, о чём они говорили с отцом, он мне расскажет?

Лирден

Помню, в первые годы после начала самостоятельной жизни мне часто снился дом. Словно наяву я видел свою комнату, коридоры, гостиные, столовые, галереи, сад, отцовский кабинет… и огромный зал для приёмов. Я любил эти сны, они были для меня единственной связью с беззаботным, но грустным прошлым. С той жизнью, которая, как мне казалось, навсегда для меня потеряна.

И вот я снова здесь. Одет, как истинный лорд. Стою рядом с отцом и леди Эленой, улыбаюсь гостям и изображаю примерного сына, вернувшегося в лоно семьи из дальней и долгой поездки.

Как я на это согласился? С трудом. Но отец был очень убедителен, а человек, много лет крутившийся в большой политике, отлично умел добиваться своего.

Вчера мы проговорили с ним почти до полуночи, под конец даже бутылку вина распили. На самом деле, мы вообще впервые с ним нормально беседовали, как два взрослых человека, наломавших в жизни немало дров. Хотя, судя по рассказу отца, до его ошибок мне ещё очень далеко.

Он признался, что никогда не любил мою мать, что в его сердце всегда жила только леди Эли. Что не стал бороться за неё, когда она выбрала его друга, и всю жизнь жалел об этом.