Пест – Ломаный грош - Сергей Вишневский

– Да, слабенький универсал, – после этих слов на лице графа появилась расстроенное выражение лица. – Находится в учениках у нашего Ратмира Бессмертного.

– Вы шутите? Слабый универсал у Бессмертного? У него же погибли ученики…

– Судя по тому, что рассказывают – этот не умрет. Тоже, к слову, по-своему оригинальная личность.

– Что же в нем такого оригинального?

– Ну, тут вам больше расскажут ваши слуги.

– Что вы имеете в виду?

– Он из простолюдинов и старается держаться их. Чурается приличного общества и вообще негативно относится к дворянам. Ваши слуги действительно смогут рассказать вам больше меня. Я в этом уверен.

Тут Пристариус заметил официанта, который уже несколько минут стоит возле них и ожидает заказа.

– Аннот, дорогой, принеси нам пару Облаков от нашего Великого мага, и еще рагу «по-стокски» большую порцию.

Официант кивнул и тут же удалился, а к хозяину заведения обратился граф:

– А что за рагу? Что-то новенькое?

– Придумка юного универсала. Мальчик знает толк в хорошей еде. Вот увидите, вам понравится…

Комната освещается магическим светильником. Пест сидит и, хмурясь, что-то читает в старой книге с кожаной обложкой. Губы едва шевелятся, видно, что юноша ушел в учебник с головой.

Рядом за столом сидит Людвиг. Воздушник занят тем, что мнет руками камень. Под действием силы юного мага воздуха камень размягчается и ведет себя, как самое настоящее тесто. Руки мнут его все сильнее и сильнее. Со стороны становится понятно, что юноша пытается что-то вылепить.

– Ты был прав! С гончарным кругом было бы проще, – спустя несколько минут мучений произносит Людвиг. В его руках камень приобрел подобие достаточно высокой кружки. Кривой, неровной, но уже похожей на настоящую кружку.

– А? – Пест поднял взгляд от книги и задумчиво уставился на кружку в руках соседа по комнате. – Что это?

– На память! – с улыбкой произносит Людвиг и протягивает каменную увесистую кружку. – Не хрусталь, конечно, но и не деревянная поделка.

Пест берет в руки каменную кружку, взвешивает в одной руке и с улыбкой произносит:

– Такой и убить можно!

– Ну, зато я с трансмутацией и переносом энергии разобрался! – Людвиг придирчивым взглядом осматривает комнату в поисках предмета, чье состояние можно изменить. К слову, в ногах у Людвига уже были деревянная и каменная лужи, а также полуметровый штырь из воды. Последний не имел отношения ко льду, но тем не менее находился в твердом состоянии. Взгляд юного воздушника ощупывает предметы в комнате и цепляется за единственную в комнате серьезную мебель.

– Даже не думай! – хмуро буркает Пест. – Вон, иди на улицу! Там на мостовой камня завались! Его и трансмутируй!

– Что я, дурак, что ли? Я же так просто подумал, а что, если…

– Ты поменьше бы вот эти «А что будет, если…» думал, – бурчит Пест и возвращается к чтению.

Людвиг не ответил. Он вздохнул, хмыкнул и поднялся на ноги, направившись к вешалке. Там он начал одеваться в теплую одежду с хитрыми застежками.

– Полетишь? – не поднимая взгляда, спросил ведун.

– Ага, полетаю немного.

– К горам не суйся, там дикие птицы Арх хозяйничают, – начинает наставлять Людвига сосед. – На западе тоже без показухи! Будешь сильно выделываться – нам снова по шее попадет.

– Я на юг хочу! – перебирая застежки, бурчит воздушник.

– Аккуратнее там!

– Ага, – кивает Людвиг и выходит из комнаты. Спустя несколько минут на улице поднимается сильный ветер, от которого дрожат стекла.

Пест так и остался сидеть за столом, уставившись невидящим взором в книгу. Надпись на раскрытых страницах гласила: «Поисковые заклинания, не относящиеся к стихиям».

Пест уже несколько часов пытался собраться с мыслями и понять, в чем же суть этой странной книги. Постоянно что-то отвлекало.

После отлета Людвига причиной, мешавшей разобраться в сложной теме, стала ведьма. Она появилась совершенно бесшумно. Сначала на кровати Песта появился нечеткий контур, затем начали проявляться плечи, спина и линия талии. Приобретая четкость, силуэт девушки привлекал к себе внимание.

Кара'кан сидит спиной к юноше, слегка ее выгибая. Волосы собраны в тугую култышку на затылке, хрупкая белая шея полностью открыта, на плечах лежит тонкая простыня.

Девушка слегка поворачивает голову, и с одного плеча сползает простынь, открывая голую спину.

– Даже не думай! – произносит Пест, не отрывая взгляда от книги.

– Думаешь – ты… – произносит шепотом Кара'кан, – …а я – желаю.

Пест вздыхает и снова вчитывается в текст.

«При создании поискового заклинания вам необходимо вплести в структуру третьего порядка информацию об искомом…»

– Зря время тратишь! Все гораздо проще, – Кара'кан говорит шепотом, словно открывает тайну. – Если что-то ищешь, то заставь искать силу именно то, что ищешь!

– Все бы так просто было! – буркнул Пест, и снова уставился в книгу.

– Проще некуда! Я не шучу! Можешь не стараться, я ведь не отстану! – на лице степнячки появилась улыбка.

Пест со вздохом закрыл книгу и принялся собирать записки, которых в последнее время приходилось делать слишком много. Нестыковки и противоречия в учебниках настолько резали глаз, что требовалось записывать особо острые и принципиальные противоречия, чтобы при случае выспросить у профессоров правдивость тех или иных моментов.

На одной из записок он увидел непонятные письмена. Почесав лоб, он попытался вспомнить, откуда они взялись.

– Точно! Астральной проекции письмена! – произнес Пест, хлопнув себя по лбу.

Кара'кан повернулась к Песту и, приподняв одну бровь, спросила:

– Тебе доводилось видеть астральную проекцию?

– Да, вроде человека, только серый и вместо лица письмена вот эти, – Пест поднял взгляд на степнячку и, обнаружив оголенную грудь, покраснел и опустил его. – П-п-профессор Люциус сказал, что это письмо огнепоклонников с юга.

Кара'кан встала и подошла к Песту. Пробежав взглядом по письменам, она с ходу начала переводить.

– Цель – занять тело, подготовить «Куалеш», ждать приказа. Запрет – кровь Севера. Хозяин – великая мать Раакноб.

– Кто такая великая мать? – спросил Пест.

– Это правительница выродков с севера, – задумчиво произнесла ведьма и бесцеремонно уселась на колени Песта. – Тебе надо показать это тем, кто носит в ваших землях клеймо. То, что ты видел – было оружием севера. У рыргов буквы похожи на письмена юга. Их часто путают.