Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

она не могла остановиться. Наглое, молчаливое презрение монстра только распаляло ее.

— Или, может, ты убиваешь с помощью своей небольшой игрушки? И что же в ней такого особенного?

И тут они впервые услышали голос монстра. От удивления все даже затаили дыхание.

— Ты не умеешь колдовать!

Голос был неприятный, режущий слух, полный ненависти. Существо явно не привыкло разговаривать. Голос шел, словно из-под земли, словно говорил один из подручных сатаны.

Придя в себя, Вилему поспешила с ответом:

— Конечно, могу.

— Врешь ты все, чертова баба!

«Боже милосердный, что делать, — лихорадочно подумала она. — Как убедить его, что это правда? Теперь все зависит только от меня. Если мне удастся доказать ему, что мы не обычные люди, тогда он в нашей власти! Но я столько лет не колдовала! Я уже и не помню, как я это делала…»

Монстр снова поднялся во весь рост. Видно было, что ему было нелегко и больно. Но он чувствовал себя победителем. Виллему он ненавидел всей душой. Виллему почувствовала это. Он никак не рассчитывал, что ему может оказать сопротивление женщина.

Она тоже поднялась.

«Все пропало. Я не знаю, что делать. Ясно, что блеск моих глаз не производит на него никакого впечатления. У него такие же глаза».

Стоя так в растерянности и не зная, что делать, Виллему вдруг почувствовала, как в ней появилась необъяснимая, тайная сила. Ей помогали. Тенгель Добрый… Она видела его всего один раз, но забыть не могла… Он был рядом, снова положил ей руки на плечи. Ей страшно захотелось обернуться, встретиться с ним взглядом. Но она не могла отвлекаться. И любившая подшутить Суль была рядом. Виллему почувствовала ее.

Чудовище, однако, не чувствовало ничего.

«Нельзя делать из него посмешище. Я не должна поступать как тогда, когда парик капитана шхуны был найден в плевательнице. Его нельзя унижать. Нельзя трогать его достоинство, самоуважение!»

На глазах у зрителей разворачивалось мистическое, потрясающее представление. Борьба, длившаяся не один час, показалась им длиною в несколько минут.

Тонкая, одетая в белое фигура одиноко стояла на пути непонятного. Казалось, она не ведает, что такое страх.

Кнехты смотрели на происходящее, потеряв от удивления дар речи. Широко распахнулись глаза Элисы, а Доминик и Никлас наконец-то увидели, на что способна Виллему.

Мозг ее работал в бешеном темпе, на счету была каждая минута.

«Что делать? Что может его заинтересовать?»

Если б ей пришла на помощь потрясающая жизнерадостность Суль, ее собственное чувство юмора.

«А ведь мне это нравится. Мне весело. Что бы придумать такого дьявольски злого или сумасшедшего? А что, если подпустить к нему массу смешных и противных насекомых, чтобы они танцевали и ползали перед ним?»

Нет, так нельзя. Да она и не смогла бы этого сделать. Во всяком случае, не в одиночку.

Должно быть нечто трагичное. Она отбросила жизнерадостность и настроилась на другое.

Она чувствовала, что в ней накопилось много силы. Как в небе перед грозой. Словно все ее существо взывало о разрядке, желая освободиться от напряжения. Ей казалось, что у нее потрескивает в волосах, одежде. Надо было найти выход.

И снова Виллему вспомнила каюту на шхуне. Что там произошло? Там она произвела весьма постыдное действо против капитана, сняв с его головы парик и послав его прямиком в плевательницу. А все остальное?

Все это иллюзии. Тогда Люди Льда создавали видения, внушая одновременно ей и капитану веру в то, что они видели.

Вот и сейчас ей надо было попытаться сделать нечто подобное. Виллему не знала, хватит ли у нее сил, но за спиной она чувствовала мощную поддержку отверженных Людей Льда.

Женщина вздохнула глубоко-глубоко. Все эти мысли пролетели в ее голове подобно молнии. Наблюдавшие за ней не заметили никаких признаков колебания.

Теперь она действительно засветилась в темноте. Уверенно вытянула вперед руки. Зрители увидели, как от ее рук в направлении чудовища полетели голубовато-огненные шары. Они летели мощным потоком и, коснувшись его, улетали дальше. Ветер, шумящий в расселинах гор, зазвучал мощно, как орган, загудел, как трубы.

Светло-рыжие волосы Виллему разлетались в вызванном ею урагане. Удержаться на ногах было почти невозможно.

Голубоватый отблеск осветил монстра. Он стоял, прислонившись к скале, и яростно защищался. Подняв руку, он хотел выстрелить в женщину, но та одним движением руки выбила из его рук оружие.

Ветер утих, исчезли огненные шары. Прежде, чем монстр успел опомниться и в ярости наброситься на Виллему, она произнесла:

— Все отверженные из рода Людей Льда обладают той или иной сверхъестественной способностью. И ты тоже. Только ты пока еще не знаешь, какой. Мы могли бы помочь тебе развить эти способности. Но на это потребуется время. И нам не хотелось бы терять его на то, чтобы развить в тебе недоброе начало. Мы хотим сделать из тебя сильного и хорошего человека, который бы служил добру. Таким был наш предок Тенгель Добрый, что боролся против своего злого начала. И он победил! Мы хотим, чтобы и ты сделал то же самое. Но тебе придется приложить немало усердий, развить чувство самообладания. Где уж тебе, ты ведь тряпка!

— Виллему! — вскричал Доминик.

— Прости меня. Я пока еще не знаю твоего характера. Если ты хочешь, мы могли бы осмотреть твои раны, а Никлас поможет тебе. А потом поедем вместе домой, в Гростенсхольм. Ты был там совсем недавно, разглядывал усадьбу с холма… Это наш дом. И может стать твоим тоже.

С языка чуть было не сорвалось «если станешь добрым», но она вовремя сдержалась.

Никласа не особенно прельщала мысль селить у себя дома это чудовище. Но он понимал, что это важно.

Но чудовище имело на этот счет другое мнение. Снова раздалось шипение, на этот раз более миролюбивое.

— Мы подойдем поближе. Ты же знаешь, мы твоя единственная надежда. Мы поможем тебе выздороветь и найти семью. Тебе, наверно, это не очень нужно… А еще мы поможем тебе выяснить с долиной…

Зря. Нельзя было упоминать про долину! Если она думала, что выиграла, то глубоко заблуждалась. Чудовище могло больше, чем они предполагали! Насколько же глупо и неосторожно она ляпнула, что он не знает своих возможностей!

А может, он и впрямь не знал до этого мгновенья?

Они услышали громкий вскрик, раздавшийся со стороны горы. Прямо у них на глазах монстр начал расти. Он вырос до неимоверных размеров. Он состоял из холода и льда, приобрел голубовато-зеленый оттенок. Холод от него распространялся по всей долине. Скала покрылась инеем, трещали и разрывались от мороза камни.

— Помоги, Виллему, пока нас