Бессмертное пламя - Юлия Диппель

Его зеленые глаза оторвались от меня. Мне показалось, что я заметила в них сожаление.

– Если бы ты позвала меня, я мог бы всё это предотвратить.

– Скройся с глаз!

Он кивнул:

– Ты можешь подглядывать, но веди себя спокойно.

Когда Люциан закрыл за собой дверь, мой мир обрушился на меня. Я сползла на кафельную плитку. Слезы жгли мне горло, но я не отважилась дать им волю. Какой же я была глупой. Как же я могла так раскрыться? Я думала, что я сильная, хотела дать ему почувствовать мою злость, а преподнесла свою уязвимость на серебряном блюдечке. Но как мне выдержать это без гнева? Больше никто и никогда не увидит на моем лице ни одной эмоции.

– Что бы ни происходило, не позволяйте себя спровоцировать! – доносились до меня наставления Люциана.

Я в смятении подняла голову. Передо мной в стене ванной комнаты зияла большая дыра. Нет, просто один участок был прозрачным, как в кабинете для допросов в полиции. Люциан стоял в центре убежища, взгляд прикован ко входу. Тоби и Гидеон стояли по бокам от него, в то время как остальные держались позади. Я подкралась поближе к стене и смогла увидеть, как человек в темном костюме вошел в помещение. Мое сердце пропустило удар, когда я узнала Джирона. Он все-таки пришел. Один.

– Люциан. Давно не виделись, – отступник наклонил голову в самодовольном приветствии.

– Дядя, – ответил Люциан.

«Дядя?» Джирон – дядя Люциана? Что еще, черт побери, он от меня скрывал?!

Джирон обвел глазами комнату. Казалось, он ни капли не нервничал. Даже из-за численного превосходства своих врагов. Тем не менее уверенность в себе, которую он излучал у меня в комнате, дала трещину. Он спустился по лестнице.

– Думаю, у тебя есть то, что принадлежит мне.

– Похоже на то, – сказал Люциан. Мне было видно его только со спины, но он выглядел напряженным.

– Правильно ли я понимаю, что взамен ты потребуешь от меня информацию?

– Нет, дядя. Информацию ты мне и сам дашь.

– Ах, вот как?

– Поэтому ты и пришел, не так ли?

Джирон поджал губы и пристально посмотрел на своего племянника. Внезапно давление воздуха в комнате изменилось. Потрескивание воздуха я слышала даже из ванной. Мой позвоночник взорвался острой болью, как от тысячи ледяных игл. Кто-то здесь явно демонстрировал свою силу. Огромную силу.

– Ты изменился, – съязвил Джирон. Люциан выдержал его взгляд. Ледяное покалывание у меня на спине возросло, когда брахион тоже решил доказать свою мощь. Летняя гроза безжалостно ударила по пустынной жаре. По студии пронесся порыв ветра. Даже у меня в ванной вещи слетели со своих мест. Заморгали лампочки. Я заметила, как Лиззи беспокойно переминалась с ноги на ногу при виде этой немой дуэли. Тоби предостерегающе взглянул на нее. Рука Райана дернулась к его ациаму, но он тоже сдержался. Никто не смел ослушаться приказов Люциана.

– Они не нападут на тебя, – спокойно проговорил Люциан. Мне необязательно было смотреть на него, чтобы знать, что на его лице была улыбка. Джирон без особого интереса еще раз оглядел присутствующих и вздохнул. После этого давление начало спадать, и вскоре все снова стало как и прежде.

– Ты хорошо натаскал своих щенков.

– А ты думал, это будет так просто? – спросил Люциан.

Джирон пожал плечами и сел. Под ним возникло мягкое вращающееся кресло. Ему оставалось разве что наколдовать себе еще бокал с коньяком и белого кота…

– Хоть какое-то удовлетворение принесло бы, если бы Тимеон позаботился об этой охотничьей своре, – он скрестил ноги. Его напыщенное высокомерие вызывало во мне агрессию. Он восседал там, как король на троне.

– Что ж, о чем ты хотел узнать, племянник? – свой вопрос Джирон сопроводил элегантным, практически щедрым жестом. Люциан не обратил на это внимания. Он скрестил руки на груди и пристально смотрел на Джирона.

– Почему ты назначил за голову девчонки награду в три миллиона?

«Три миллиона?» Я ушам своим не верила. И ни у кого не возникло идеи меня сдать?

– Потому что она представляет опасность для всех праймусов.

– С каких пор тебя интересуют другие праймусы? – усмехнулся Люциан. Дядя послал ему прохладную улыбку.

– Мир нравится мне таким, какой он есть. Я нашел свое место. И не допущу, чтобы она все разрушила.

– А не слишком ли много значения ты придаешь обычной девочке? – Люциан высказал мою собственную мысль.

– Харрис поручает ее защиту своей правой руке, а ты все еще держишь ее за обычную девочку? Ты разочаровываешь меня, племянник, – Джирон тихо засмеялся.

– Там в саду был Тристан Варга?! – вырвалось вдруг у Гидеона. Он перевел глаза на Люциана. Его взгляд был сплошным обвинением.

– Ну конечно же, – невинно продолжал мятежник. – Не говори мне, что ты его не узнал, Люциан. Так часто, как вы с ним сталкивались…

– Ближе к делу! – рыкнул Люциан на своего дядю, чем вызвал у того тяжелый вздох.

– Она не обычная девочка, – сказал он. – Она Изара.

Хорошо, это слово я знала. Оно стояло на папке «Омеги». Но действие, которое оно оказало на присутствующих, я бы не вообразила себе в самых смелых фантазиях.

– Бессмертное пламя? – ахнула Мел. Она в ужасе уставилась на Люциана. Ладони у нее сжались, и Гидеону пришлось поддержать ее, чтобы праймус не упала. Даже Райан вздрогнул, а Тоби был так шокирован, что проигнорировал вопросительный взгляд Лиззи. Сплоченность, которую мои друзья образовали против Джирона, уже не казалась такой непробиваемой.

Только Люциан не показывал никакой реакции.

– Это миф, – прошептал он.

– Уже нет. – Джирон откровенно наслаждался произведенным эффектом. – Ты знаешь, что это означает, племянник.

Когда Люциан помедлил с ответом, охотники обменялись обеспокоенными взглядами. Он правда меня предаст? Почему я – бессмертное пламя? Что бы это ни значило…

– Это означает войну.

– Абсолютно верно, Люциан. Если она не умрет, начнется война, – черные глаза Джирона выжидающе взирали на собеседника.

– Как Харрису это удалось?

Отступник засмеялся:

– Ты вообще не ставишь под сомнение мои слова? – его неожиданное веселье нисколько не вписывалось в картинку отмороженного злодея. – А, значит, ты уже и сам это знал.

Люциан не спорил. Очень медленно и очень беспощадно разочарование вгрызалось мне в грудь. «Он знал об этом?»

– Я жду, – поторопил Люциан своего дядю.

– Я не имею ни малейшего представления, как Харрис сделал невозможное возможным.

– Тогда начни с того, что ты знаешь.

Джирон поменял местами скрещенные ноги и откинулся назад: