Служба Контроля - Игорь Шенгальц

— С Зельденом?

— Да, именно с ним. Омфал хранился у него, и чтобы до него добраться, девочке пришлось пережить немало неприятных минут близости. Фу, даже представить противно… Но она старалась, очень старалась…

— А сами вы не могли добыть камень?

— Нет, Зельден отличался изрядным упорством и не выпускал из рук то, что к нему попало. Но ему очень понравилась Лина, в этом состояла его ошибка…

— И за это вы убили ее?

— Я бы ни за что не причинила ей вред, но Лина сама напросилась.

— Каким это образом?

— Она сказала, что не сможет убить меня, что это кощунство — лишать кого-то жизни, сказала, что я и так прекрасна и буду такой всегда. Жизнь, видите ли, естественно ведет к смерти. В общем, много чего она сказала, эта глупая девчонка, пришлось от нее избавиться. Но потом все пошло не так, она ожила. Не понимаю, как?..

— Это ваш друг Чикерс опоил ее порошком, пытаясь добиться любви.

— Вот ведь гад! — Фея была искренне возмущена. — Не мог подождать совсем немного, когда дело бы закончилось. Следовало его сразу прикончить, мешался только под ногами. Хотя это именно он обнаружил кусок Омфала у Зельдена. Тот и сам не знал об истинных свойствах камня. А Чикерс — тип весьма образованный, и поделился этими сведениями со мной по дружбе в обмен на порцию того самого порошка из лепесткового экстракта. Только мы, феи, владеем рецептом. Он это прекрасно знал и пришел сразу ко мне.

Мелюза говорила спокойным тоном, вываливая факты один за другим против себя самой. Всего сказанного уже вполне хватало, чтобы прямиком препроводить ее в тюрьму Совета, и участь, ожидавшая ее, была предсказуема и печальна. Зачем же она все это говорила?

Лишь только бросив взгляд на левую руку шефа, я сообразил, наконец, в чем дело. Его пальцы были скрещены в особую фигуру подчинения. Я, к примеру, не смог бы добиться такой откровенности даже с помощью этого приема, но шеф был старше и опытнее, и у него получилось.

Новый удар, потрясший дом, бросил меня на колени; хорошо, что я успел выйти из клетки. Оля отлетела в сторону, к счастью, не пострадав. Чингиз с Брайном, конечно же, удержались на ногах, но и им досталось — на одного свалилась лампа с потолка, а на второго — Лена. И только шеф стоял непоколебимой глыбой, не сдвинувшись ни на миллиметр в сторону, и возубра лежал у его ног, спокойно поглядывая по сторонам.

— Мадам, успокойте грозу! Сколько можно, в самом деле?..

Мелюза хищно оскалилась и покачала головой:

— Отдайте камень, и я все остановлю! Камень! Он мне нужен, понимаете?

— Я все понимаю, но повторяю в последний раз — остановите грозу!

— Ничего вы не понимаете! Я вложила в нее последние силы, если я ее остановлю до того, как камень будет у меня, то мне конец! Это смерть!

Она говорила искренне, и я ей поверил. Шеф тоже заколебался на мгновение, но тут же непреклонно повторил:

— Остановите грозу!

— Возубрик, миленький, взять его! Взять их всех! — завизжала Мелюза, но монстр даже не повернул головы в ее сторону. Шеф нежно почесал его правую голову за ухом в знак похвалы. Возубра заурчал, как довольный кот.

Фея поняла, что тут ей ничего не светит, и сосредоточилась, закрыв глаза.

— Бесполезно, «Служба Зачистки» поймала крота полчаса назад, — объяснил ей Яхонт Игоревич, с любопытством следивший за ее усилиями. — И новых танкистов вам сюда пригнать не удастся, я позаботился об этом. Кстати, действовали вы не очень оригинально и уж тем более — не продуманно. Хотя внимание наше на время отвлекли, признаю! Силы ваши велики, но чего еще ожидать от пятисотлетней феи? Я тоже сначала было подумал на бедную Лину, но быстро понял, что в теле зомби ей не собрать и сотой доли призванных вами сил. Так что мне оставалось лишь определить истинного виновника переполоха. Ваша мнимая смерть смутила меня на некоторое время, но тела не нашли, только останки вашего супруга, и я, поразмыслив, все же пришел к верным выводам. А возубрик, открыв мне свою память, лишь подтвердил мои предположения.

— Камень! Отдайте мне Омфал, и я уйду!

— Я не могу этого сделать, понимаете? В таком случае ваша жертва — вот эта некогда прекрасная девушка — погибнет безвозвратно.

— Она все равно мертва! Она лишь зомби, пустая оболочка! А я — вот она — живая, здоровая, красивая! Неужели вам меня не жаль?

— Мне всех жаль, — скорбно кивнул шеф. — Но я сделал выбор! Ладно, пора кончать со всей этой историей…

Я внезапно почувствовал, что тучи над головами расходятся в стороны. Нет, я не обладал способностью выходить в астрал без предварительной подготовки, не умел управлять погодой, как фея с пятисотлетним стажем, но сейчас импульс, посланный в небеса шефом, был настолько силен, что зацепило каждого из нас. Даже Оля вывалилась из цепких объятий Брайна, изумленно смотря вверх, сквозь потолок и перекрытия, не замечая их.

Тучи расходились, гроза прекращалась. А глаза Лины вдруг открылись, и в них больше не было звериного голода.

Шеф привязал поводок к дверной ручке, подошел к клетке и снял с рук девушки наручники, а с лица страшный намордник.

— Как вы, Лина?

— Очень странно, — голос у Лины был приятный, мелодичный. — Я все помню, что случилось. Но ничего не чувствую.

— Омфал у вас. Я оживил вас, но это ненадолго. Воспользуйтесь же помощью камня, чтобы возродиться полностью. Поспешите, у вас в запасе всего пара минут!

Фея бессильно опустилась на пол, даже не пытаясь дальше участвовать в разговоре.

— Скажите Зельдену, что он мне на самом деле очень нравился, — попросила Лина, обернувшись почему-то ко мне. — Я не притворялась, когда была с ним. Скажите ему об этом, пожалуйста!

Я молча кивнул.

— Ваш мальчик, я наблюдала за ним, — Лина повернулась к Степану. — Он очень талантлив, почему вы не научите его тому, что знаете сами? — а этот вопрос уже адресовался шефу.

Он явно не ожидал сейчас такой перемены темы и даже несколько растерялся.

— Я же была Видящей, и очень хорошей. Но видеть я могла не только Малые Народы, а многое другое. Смотрите, я покажу!

Она подошла к замершему парню и положила руки ему на плечи. Тот вздрогнул всем телом, но остался стоять, не в силах пошевелиться.

— Вот смотрите, линии идут так и так, а здесь небольшой узелок, он очень мешает, не дает выхода его Дару. Надо просто развязать его, — пальцы девушки совершали одновременно со словами ловкие манипуляции над головой Степки. — Вот так! Теперь он готов!

Она отошла на шаг в сторону, а Степан вздохнул полной грудью. Что-то в нем изменилось за эти мгновения, он явно ощущал себя по-новому, сам еще не понимая, как именно. И шеф смотрел на него совсем другим взглядом.

— Мелюза, — Лина шагнула было к фее, но замерла, так и не приблизившись. — Я прощаю тебя…