Расплетая закат - Элизабет Лим

– Ты стал слишком медлительным, Сина, – сказала она, протягивая ему руку. – Если будешь и дальше нерасторопно крутиться, как медведь, то тебя убьют.

– А ты ослабла, Сарнай. Может, я и нерасторопный, как медведь, но, по крайней мере, я не рублю мечом, как топором. Где твоя сноровка?

Вместо того чтобы встать, лорд Сина притянул ее за руку, и я впервые услышала смех леди Сарнай. Сина никогда не был красавцем, но после того, как он побывал в темнице Ханюцзиня, его лицо превратилось в кошмарную мозаику: передние зубы и нос были сломаны, верхняя губа порвана. Однако они все равно так смотрели друг на друга, что я ощутила тяжесть на сердце и отвернулась, чтобы пара могла побыть наедине.

Когда я наконец повернулась, они уже сидели у костра, горевшего в яме, обложенной кирпичами, которую раньше использовали для жарки мяса. И они были не одни.

Эдан опередил меня.

– Если ты пришел молить за жизнь портного, то ты опоздал, – сказала Сарнай, даже не одарив его взглядом, пока вытирала пот с висков. – Я приняла решение. Ее нельзя оставлять в живых.

– Тогда вы уже не тот воин, которого я знал по Пятизимней войне, ваше высочество.

– А ты – уже не тот чародей, – парировала она. – Возможно, мне стоит казнить и тебя? В конце концов, что ты можешь нам теперь предложить?

Эдан поднял ореховый посох, и пламя взмыло вверх, принимая форму ястреба. Лишь присмотревшись, я увидела испарину на его шее. Раньше подобный трюк был для него плевым делом, а сейчас требовал много усилий.

– Вам не одолеть отца без Майи Тамарин…

– Она останется в Зимнем дворце, – перебила его леди Сарнай, удивив даже меня столь внезапным поворотом. – Это больше милосердия, чем она заслуживает.

Эдан начал было отвечать, но я вышла вперед и вмешалась в их беседу:

– Возьмите меня с собой в Цзяпур. Я отдам жизнь за Аланди и свою семью.

Все трое удивленно повернулись ко мне, не понимая, откуда я взялась. Неужели раньше я была такой неуклюжей? Или демон наделил меня даром заставать всех врасплох?

Леди Сарнай прожигала меня взглядом.

– Твой чародей уже замолвил за тебя словечко. Я начинаю думать, что он потерял не только силу, но и рассудок. Единственная причина, по которой ты еще не в цепях, портной, в том, что ты помогла нам с Синой сбежать из Осеннего дворца. – Она многозначительно выдержала паузу, чтобы я оценила ее щедрость. – Но ты не покинешь Зимний дворец.

– Вам не удастся удержать меня, – заявила я с резкими нотками в голосе.

Леди Сарнай напряглась. Лорд Сина потянулся за мечом, но она остановила его.

– Не удастся? – Сарнай встала. Ее длинные черные волосы, свободные от боевых косичек, развевались за спиной. – Эдан говорит, что у тебя по-прежнему доброе сердце, но я знаю демонов всю свою жизнь. Зерно всей магии уходит корнями в алчность.

– Я в это не верю.

Она фыркнула.

– Мой отец тоже так говорил. Знаешь, он ведь был еще совсем молодым, когда прошлый император, Тайнюцзинь, объединил Аланди. Каждый шаньсэнь должен проявить себя на войне, и мой отец волновался, что с объединенной страной у него не будет шанса преумножить свою славу. Он жаждал войны. В его планы не входило разделять Аланди. Отнюдь. Но его злило, что многочисленные победы моего деда приписывались лорду-чародею, и он поклялся, что с ним такого не произойдет. Гиюрак пришла к отцу и предложила помочь одолеть чародея Тайнюцзиня и узурпировать трон – за определенную плату.

– Десять тысяч жизней.

– Да, – мрачно кивнула Сарнай. – Я была с ним в ту ночь – тогда я впервые увидела демона. – Она посмотрела в огонь. – Мой отец отказался, но она вселила в него ужасное желание, которое он не смог утолить, даже убив Тайнюцзиня и его наследника. Отец стал жадным и захотел достать амулет Эдана, чтобы самому контролировать чародея. Но Ханюцзинь узнал о его планах и присвоил амулет первым. Отцу пришлось отступить на Север. В местных лесах как раз и скрывалась Гиюрак, и по его возвращении она начала охоту. Отец принес кровавый обет в обмен на ее темную магию, чтобы победить Ханюцзиня с его чародеем и захватить престол.

Сарнай оторвала взгляд от костра и посмотрела на меня своими суровыми глазами.

– После этого мой отец уже никогда не был прежним. Во время Пятизимней войны я почти не замечала изменений, но мало-помалу… его охватила жажда крови. – Ее горло сдавило, лицо сморщилось от жутких воспоминаний. – Я пыталась показать ему, что происходит, и молила остановиться. Но он не слушал меня.

Я сглотнула, поскольку по-своему понимала, до чего привлекательной может быть ярость. Я по-прежнему чувствовала ее сладкий вкус на языке.

– У вас нет выбора, кроме как взять меня с собой, – спокойно возразила я. – Никто из вас не сможет тягаться с Гиюрак.

Ноздри леди Сарнай раздулись.

– Ты что, не слушала меня? Я не доверяю тебе!

И правильно. Хотя она не знала, что я с легкостью могла проникнуть в ее сознание, как Бандур в сознание Амми, и принудить исполнять мои желания. Эта идея не давала мне покоя, омрачая мою сдержанность своей соблазнительностью. Но я не поддалась.

– Если боитесь, что я предам вас, то у Эдана есть магический кинжал против демонов.

– Майя, – прошептал он. – Майя, довольно.

Я сделала вид, что не расслышала.

– Он у него с собой.

Лорд Сина поднял руку, чтобы Эдан передал ему оружие. Тот неохотно вручил кинжал воину, который, в свою очередь, передал его леди Сарнай.

– С виду вполне обычный, – заметила она.

Пока принцесса изучала кинжал и утонченные узоры, вырезанные на ножнах, я продолжила:

– Если я вдруг обернусь против Аланди, возьмите рукоять и произнесите «Джин». Это слово позволит достать кинжал из ножен. А затем вы должны пронзить мое сердце…

Я показала амулет, поскольку теперь он был моим сердцем – с каждым днем все больше и больше.

Мой голос сломался, но я еще не закончила:

– На бой я пойду в последнем платье Аманы, из крови звезд, – в горле появился комок. – Оно – источник моей силы. Если захотите убить меня, то должны уничтожить его вместе с амулетом, и тогда мне придет конец.

По измученной гримасе на лице Эдана было очевидно, что я говорила правду.

– Не вините Эдана, что он не рассказал вам всего этого. Он верит, что во мне еще есть что-то доброе. Но я-то знаю правду.

Я впервые преклонила колено перед леди Сарнай.

– Теперь вы знаете, как меня уничтожить. – Я подумала о последнем платье, которое защищало мою душу от демона. – Позвольте мне помочь вам с Гиюрак.

К моему удивлению, она встала от костра и вернула кинжал Эдану. Затем, без всяких объяснений, сказала: